Таркин
Шрифт:
Вейдер замолчал, и зал заполнил громкий шум его дыхания. Таркин не сводил с него взгляда.
«Наследие Таркинов даст тебе доступ ко многим влиятельным лицам и во многие круги общества, — говорил ему отец. — В дополнение к этому мы с матерью сделаем все, что в наших силах, чтобы помочь тебе осуществить свои желания. Но только сила твоих амбиций способна свести тебя с теми, кто поддержит тебя на пути к вершине и в конечном счете вознаградит тебя властью».
По окончании войны подобную поддержку Таркину иногда оказывал Вейдер, как в окрестностях Джеонози-са, так и во время политических
— Чтобы ваша нынешняя деятельность не препятствовала планам Императора, — продолжал Вейдер, — советую подумать о том, чтобы перебраться в сектора Внешнего Кольца. Или можете остаться на Корусанте, рискуя получить длительные сроки в имперской тюрьме. — Он сделал паузу, давая осознать смысл услышанного, а затем, уперев в бока руки в перчатках и расправив плечи под черным, до пола, плащом, добавил: — А может, и похуже. — Вейдер снова начал расхаживать по залу. — Как мне сообщили, кое-кто из присутствующих так и не осознал, что его недавние поступки демонстрируют вопиющее неуважение к Империи. Судя по его дерзкому поведению, он ими даже гордится. Но его двуличие не осталось незамеченным. Пусть же он станет примером, который, возможно, будет полезен остальным.
Вейдер внезапно замолчал, обводя слушателей взглядом, от которого наверняка бросило в дрожь каждого — и тойдарианцев, и дагов, и деваронцев. Он медленно поднял правую руку, сжимая ее в кулак, и многие нервно потянулись к воротникам, но целью Вейдера оказался стоявший меньше чем в метре от него префект-тви’лек, который неожиданно судорожно вздохнул и схватился за грудь, будто пронзенный копьем в сердце. Лекку Фоки Сута раскинулись в стороны от его головы, словно от электрического разряда, и он в агонии рухнул на колени. Из горла его вырвался хрип, кровеносные сосуды в головных хвостах начали лопаться. Глаза его остекленели, красная кожа стала бледнеть, затем руки его взмыли над грудью, словно в отчаянной мольбе, и он опрокинулся на спину, с силой ударившись головой о скользкий от крови пол.
Какое-то время тишину нарушало лишь дыхание Вейдера. Наконец, даже не взглянув на дело своих рук, темный владыка сказал:
— Пожалуй, на этом и завершим наше собрание. Или, может быть, у кого-то есть вопросы?
Командир штурмовиков сделал быстрый жест рукой, и двое солдат в белой броне шагнули вперед. Взявшись за безжизненные руки и ноги префекта, они поволокли его из зала, оставляя на полу кровавый след. Когда они прошли рядом с Таркином и Амеддой, голубое лицо визиря исказила гримаса смешанного с удивлением гнева.
Таркин едва заметно улыбнулся — ошеломленный вид Амедды доставил ему удовольствие.
— Владыка Вейдер, — сказал Амедда, когда к ним приблизился заместитель Императора, — мы воздержимся от просьбы не устраивать казни на виду у всех, но неужели среди них нет никого, кого вы готовы простить?
— Я подумаю над этим вопросом, — ответил Вейдер.
Бросив на него раздраженный взгляд, Амедда удалился, оставив Таркина и Вейдера наедине. Если на Бейдера и произвели какое-то
— Давно мы не встречались на Корусанте, губернатор.
Таркин мельком глянул на нагрудник Вейдера, за которым скрывалась система управления дыхательным аппаратом, затем на ничего не выражающие черные линзы маски.
— Империя требует нашего присутствия в других местах, владыка Вейдер.
— Именно так.
Таркин посмотрел вслед уходящим штурмовикам:
— Меня заинтриговало случившееся с префектом Сутом.
Вейдер скрестил мощные руки на сверкающем огоньками нагруднике:
— Жаль, что так вышло. Перед ним стояла задача контролировать преступность в своем секторе, но он поддался искушению, предложив услуги «Дроид Готре».
— Что ж, похоже, душа его к тому не лежала, — заметил Таркин. — Странно, однако, что среди вашей аудитории не было никого из преступного синдиката «Край-мора».
Вейдер посмотрел на него — то ли безразлично, то ли возмущенно.
— С «Крайморой» мы достигли договоренности, — объявил он.
Таркин ждал продолжения, но Вейдеру, похоже, нечего было добавить, и они вместе направились к турболифтам. Амедда и его свита из имперских гвардейцев следовали за ними.
В Вейдере ничто не выглядело естественным — ни высокий рост, ни низкий голос, ни старомодная дикция, — но, несмотря на все это, а также маску и респиратор, Таркин считал, что он все же в большей степени человек, нежели машина. Хотя Вейдер явно подчинил Силу своим собственным темным целям, вряд ли можно было сомневаться в его прирожденной мощи. Столь же неподдельным был и его едва сдерживаемый гнев, не имеющий ничего общего с результатами действия некоей убийственной киберпрограммы. Но самой человеческой чертой Вейдера являлась его неистовая преданность Императору.
Именно постоянная готовность Вейдера исполнить любое задание Императора породила множество слухов. Говорили, будто он — двойник генерала Конфедерации Гривуса, которого Император держал в резерве, или генетически усовершенствованный человек или гуманоид, обученный или обучившийся древнему темному искусству ситхов, или попросту созданное в какой-то секретной лаборатории чудовище. Многие полагали, что подобное доверие подобному созданию со стороны Императора не сулит ничего хорошего в будущем, поскольку ни у кого не имелось сомнений, что Вейдер — самое ужасающее оружие Империи.
Таркин не всегда был согласен с тем, как поступал Вейдер с противниками Империи, но относился к темному владыке с немалым уважением, надеясь, что и сам Вейдер относится к нему так же. Еще в самом начале их сотрудничества, вскоре после того, как обоих посвятили в секрет мобильной боевой станции, Таркин понял, что Исидор знает о нем намного больше, чем говорит, и из-за выпуклых линз черной маски на него направлен внимательный изучающий взгляд. Именно тогда у Таркина появились первые подозрения относительно личности Вейдера. Позже, наблюдая полное взаимопонимание между темным владыкой и поддерживавшими его штурмовиками и его мастерское владение красным световым мечом, Таркин все больше убеждался, что подозрения его верны.