Таран
Шрифт:
– Там у них, наверное, сейчас переполох, – поделился Таран своими наблюдениями с Грифоном. – Сунулись охранники в сторожку, глядь – трупак на трупаке, штабелями лежат. Беготня, суета, повышенная боевая готовность. А не знают того, козлы, что смерть у них под боком притаилась. Я столько взрывчатки заложил, что хрен кто уцелеет. Только клочки полетят по закоулочкам.
– Как бы сейф не разнесло, – озабоченно произнес Грифон.
– Соловей лавэ в ящике держит? – спросил Таран.
– Наверняка. Ты сейф ищи.
– На первом этаже или на втором?
– Говорят, в кабинете.
– А
Машины с набившимися в них пассажирами начали выезжать из ворот: черный джип, две легковушки, еще один джип, серебристый. Бедолага, открывавший ворота, испугался, что его бросили, и побежал за кортежем, размахивая руками над головой. Родовое поместье Соловьева опустело. План Тарана сработал. Кроме того, он лишний раз удостоверился в том, что Грифон с самого начала работал на врагов Шестипалого и против Тарана. А расшифрованный предатель все равно что змея, которой вырвали ядовитые зубы. Шипеть – шипит, а укусить не может, разве что выкусить.
Тарана так и подмывало сделать соответствующий выразительный жест, но ему мешала трубка, прижатая к уху.
– Хрен его знает, где этот кабинет, – произнес Грифон скороговоркой. – Слушай, братан, без обид. Потом созвонимся, ладно? Меня вызывают по второй линии.
– Без обид, – согласился Таран. – У меня, сам понимаешь, времени тоже в обрез. Ты на всякий случай подыщи мне толкового медвежатника, лады?
– Зачем тебе?
– Так сейф вскрывать. Я же специалист не по этой части.
– А, ну да, ну да, – рассеянно сказал Грифон. – Подгоню тебе медвежатника. Жди звонка.
– Я сам объявлюсь, – пообещал Таран, устремляясь бегом в том направлении, где оставил машину. – Мобильник на время отключаю, чтобы не отвлекаться. До связи.
Отвлекаться и впрямь не хотелось. Сегодня вечером господина Соловьева ожидал еще один сюрприз. Удрав из якобы заминированного особняка, он наверняка укроется в своей городской квартире. Охраны при нем будет немного. Кому охота, чтобы в комнатах толклись здоровенные прожорливые парни, которые будут потеть, дышать луком и прикидывать, что бы стибрить у хозяина незаметно. К тому же Соловьев с подачи Грифона вообразит, что Таран занят обследованием развалин, где и будет схвачен доблестными полицейскими корешами. Не стоит рассеивать его наивное заблуждение. Часок-другой спокойной жизни у него есть. Ну а потом…
Что ж, каждому известно, что наступает после жизни.
Когда Таран добрался до городского дома Соловьева, небо заволокло тучами, стало неуютно и пасмурно. Хлынул холодный дождь, асфальт сделался черным. В сумерках одно за другим зажигались окна. Природа сама позаботилась об идеальной маскировке для Тарана. Можно было вести наблюдение, не опасаясь быть обнаруженным.
Соловьев проживал в старинном доме, облагороженном капитальным ремонтом. Солидные оконные блоки на всех этажах свидетельствовали о том, что за ними обитает состоятельная публика. О том же предупреждали дорогие иномарки возле подъездов. Среди них Таран обнаружил «Вольво» Соловьева. Номеров машин сопровождения он не знал, но предполагал, что хотя бы одна поставлена на боевое дежурство.
Припарковавшись
И как быть?
Выехав из двора, Таран отогнал «Ланос» подальше и, прихватив из багажника бутылку водки, отправился обратно пешком. Прогулка под проливным дождем была не слишком приятной. Холодные капли попадали за воротник, в рот и глаза, туфли промокли, сигарета в пальцах моментально раскисла. По пути Таран купил несколько зажигалок и предусмотрительно замотал их в целлофановый кулек. Добравшись до колодца теплового коллектора за углом дома, он промок до нитки. Чугунный люк давно сперли, так что колодец был накрыт тяжеленной бетонной крышкой размером с мельничный жернов. Поднатужившись, Таран приподнял его и немного сдвинул в сторону. Горожане, попрятавшиеся от дождя, ему не мешали, но и помочь было некому. Он совсем выбился из сил, пока справился с непослушной крышкой, выскальзывающей из рук. Затем, осмотревшись и отдышавшись, он полез вниз, нащупывая в темноте ржавые скобы.
Освещать себе путь зажигалками было не слишком удобно, да и ползанье по узким туннелям не доставляло удовольствия, но в конце путешествия Таран очутился в подвале того самого элитного дома. Выход оттуда перекрывала дверь с пижонским английским замком. Соорудив из проволоки примитивную отмычку, Таран применил на практике навыки, привитые ему в учебке спецназа. Возня завершилась полным успехом. Приоткрыв дверь, Таран увидел широкую лестницу, ведущую в парадную. Прикрыв дверь, он, крадучись, стал подниматься по ступеням, пока не увидел верхушку стеклянной кабинки охраны. Здесь он притаился.
Загудел лифт, стукнули раздвинувшиеся створки. Раздались гулкие шаги, а потом мужской голос:
– Добрый вечер, Петрович.
– Вечер добрый, Степан Кузьмич, – послышалось в ответ. – Куда это вы на ночь глядя? В такую погоду, хе-хе, хозяин собаку на улицу не выгонит.
– Дела, Петрович. Покой нам только снится.
Мягко хлопнула дверь подъезда, щелкнула задвижка электронного замка.
– Дела у него, – пробурчал Петрович, что-то жуя. – На блядки побежал. Седина в бороду, бес в ребро, хер морковкой.
В воздухе резко запахло чесноком. Таран улыбнулся. Полученной информации было вполне достаточно. Охранник дежурил один, был явно немолод, звали его Петровичем, а ужинал он домашними котлетками, заботливо приготовленными супругой. Вероятно, бывший мент. Вначале поведет себя нагло, но как только увидит пушку, станет тише воды, ниже травы.
Ну что, проверим, каков ты страж буржуйского добра, Петрович?
Сорвавшись с места, Таран в два прыжка преодолел оставшиеся ступени, пересек подъездную площадку и ворвался в кабинку, держа пистолет на уровне бедра.