Тараканы
Шрифт:
Глава 9
Нхо вошел в Управление полиции через главный вход и остановился, увидев, как высокий светловолосый полицейский пытается что-то втолковать улыбающемуся охраннику.
— Доброе утро, мистер Холе, могу ли я помочь?
Харри обернулся. Глаза у него были опухшие и красные.
— Да, проведи меня мимо этого упрямого осла.
Нхо кивнул охраннику, и тот посторонился, пропуская их.
— Он утверждает, что не помнит меня со вчерашнего дня, — возмущался Харри, пока они ожидали лифта. — Черт побери, разве он не должен помнить
— Не знаю. Вы уверены, что вчера дежурил именно он?
— Во всяком случае, кто-то очень похожий на него.
Нхо пожал плечами.
— Может, для тебя все тайцы на одно лицо?
Харри уже собрался ответить, когда заметил на губах Нхо язвительную улыбочку.
— Вот именно. А ты пытаешься объяснить мне, что мы, белые, для вас тоже все одинаковые?
— Да нет. Мы видим разницу между Арнольдом Шварценеггером и Памелой Андерсон.
Харри широко улыбнулся. Ему нравился этот молодой полицейский.
— Ладно. Понимаю. Один-ноль в твою пользу, Нхо.
— Нхо.
— Нхо, да. Разве я сказал не так?
Нхо с улыбкой покачал головой.
Лифт оказался битком набит и так пахуч, что втиснуться в него было все равно что в сумку с несвежим тренировочным костюмом. Харри на две головы возвышался над остальными. Некоторые подняли на него глаза, одобрительно улыбаясь. Один из них спросил Нхо о чем-то и затем произнес:
— A, Norway… that's… that's… I can't remember his name… please help me. [8]
8
А, Норвегия… это… это… не могу вспомнить его имя… пожалуйста, помогите мне (англ.).
Харри улыбнулся и попробовал с сожалением развести руками, но в лифте было слишком тесно.
— Yes, yes, very famous! [9] — настаивал собеседник.
— Ибсен? — попробовал помочь ему Харри. — Нансен?
— No, no, more famous! [10]
— Гамсун? Григ?
— No, no. — Человек раздосадованно посмотрел на них, когда они вышли на пятом этаже.
— Твой кабинет, — Крамли показала пальцем.
9
Очень, очень знаменитый! (англ.)
10
Нет, нет, еще знаменитее! (англ.)
— Здесь уже кто-то сидит, — возразил Харри.
— Не там. А вон там.
— Там?
И он уставился на стул, втиснутый между другими за длинным-предлинным столом, где бок о бок сидели сотрудники. Места на куске стола напротив его стула хватало как раз для блокнота и телефонного аппарата.
— Посмотрим, может, я смогу устроить тебя в другом месте, если тебе придется у нас задержаться.
— Надеюсь, этого не
Инспектор собрала свою команду на утреннюю летучку. Собственно, в команду входили Нхо и Сунтхорн, двое полицейских, которых Харри уже видел накануне вечером, и еще Рангсан, самый старший из сотрудников отдела.
Рангсан сидел, углубившись в газету, и делал вид, что внимательно читает, но время от времени вставлял свои комментарии по-тайски, которые довольная Крамли тут же записывала в маленькую черную книжечку.
— Отлично, — сказала она, захлопнув книжку. — Итак, мы впятером попробуем раскусить этот орешек. Среди нас есть норвежский коллега, поэтому все общение отныне будет идти по-английски. Начнем с технической экспертизы. Рангсан говорил с парнем из технического отдела. Пожалуйста.
Рангсан бережно свернул газету и откашлялся. У него были жидкие волосы, очки на шнурке сползли на кончик носа, — всем своим видом он напоминал Харри школьного учителя, снисходительно и несколько саркастически взирающего на окружающий мир.
— Я разговаривал с Супавади из технического. Они нашли целую кучу отпечатков в номере мотеля, что неудивительно, но ни одни из них не принадлежали убитому.
Другие отпечатки идентифицированы не были.
— Это не так-то легко сделать, — пояснил Рангсан. — Даже если «Олимпусси» посещает не так много клиентов, все равно там осталось не менее сотни отпечатков.
— А что, нет отпечатков на дверной ручке? — спросил Харри.
— К сожалению, их там слишком много. И ни одного целого.
Крамли положила ноги в найковских кроссовках на стол.
— Мольнес, по всей видимости, сразу лег в постель, едва войдя в номер, так что не успел особо наследить. И по меньшей мере два человека брались за ручку двери после убийства — Дим и Ван. — Она кивнула Рангсану, который снова было развернул газету. — Вскрытие показало, как мы и предполагали, что посол был заколот ножом. Нож проколол левое легкое и угодил прямо в сердце, так что перикард наполнился кровью.
— Тампонада, — вставил Харри.
— Что?
— Так это называется. Все равно что засунуть вату в колокольчик: сердце не в состоянии биться и захлебывается собственной кровью.
Крамли скривилась.
— О'кей, оставим пока технические детали и вернемся к общей картине преступления. Кстати, наш норвежский коллега уже отверг версию о том, что мотивом убийства послужило ограбление. Может, расскажешь нам, Харри, что ты думаешь об этом убийстве?
Все повернулись к нему. Харри покачал головой.
— Я пока ничего не думаю. Просто я считаю, что в этом деле есть две странные вещи.
— Мы все внимание, инспектор.
— Хорошо. ВИЧ ведь широко распространен в Таиланде, не так ли?
Воцарилось молчание. Рангсан выглянул из-за края газеты:
— У нас полмиллиона инфицированных, согласно официальной статистике. В ближайшие пять лет прогнозируется от двух до трех миллионов носителей вируса.
— Благодарю за информацию. У Мольнеса не было с собой презервативов. Много вы знаете людей, которые решились бы на секс с проституткой в Бангкоке без презерватива?