Танния
Шрифт:
Я не знала, могу ли я свободно перемещаться по дворцу. Хотя сэр Эрион говорил, что теперь это мой дом. Но всегда лучше спросить.
— Конечно, это ты здесь главная Жрица. Никто не посмеет запретить тебе, — ответила Мия.
— Тогда может составишь мне компанию? — в надежде спросила я, не зная, куда мне идти.
— С удовольствием! Пошли. Там должен быть и Волонд, — сказала Мия.
Я, конечно, не ожидала, что придётся опять сегодня с ним столкнуться. И мое сердце предательски застучало.
Мы спустились в библиотеку, которая оказалась
Энджи была жгучей брюнеткой с черными, как смоль, волосами и смуглой кожей. Она с ненавистью посмотрела на меня своими чёрными глазами, что мне показалось, в них полыхнуло пламя. Хотя, возможно, это отблески от моих горящих иероглифов. Она сидела ровно держа спину и выпятив свою грудь. Конечно красивая, зараза, но вульгарная. На мой взгляд….
Волонд обернулся и, увидев нас, тут же подошёл, поклонился и поцеловал мою руку. Затем спросил:
— Вам уже лучше? Как вы себя чувствуете, Жрица Танния?
Блин! Опять на вы? Или это он при посторонних? Я готова была разреветься. Но лишь склонила немного голову, ответив:
— Да, я немного остудилась в бассейне. Мия мне составила компанию.
— Ооо! Вам, наверное, пора делиться своей силой с Кристаллом? А то она может ненароком вас сжечь? — язвительно отозвалась эта стерва Энджи за спиной у Волонда.
Он на миг посмотрел в мои испуганные глаза и жестко ответил, повернувшись к ней:
— Наша Жрица сама будет решать, когда и что ей делать! А сейчас прошу, Энджи, оставь нас. Нам надо изучить новые свитки, — ответил мой рыцарь, за что я была ему очень благодарна.
Волонд проводил меня к стеллажу, где ровными рядами лежали древние манускрипты, свернутые в свитки. Краем глаза я заметила, как фырча, с высоко поднятой головой, из библиотеки вышла Энджи. Но, так и не посмев перечить Волонду.
— Терпеть ее не могу! — выдала нам Мия, — И зачем мама ее уговорила остаться погостить?
— Не волнуйся, Танния, решаешь всегда только ты! Никто не смеет тебе указывать, когда идти к кристаллу, — сказал мне Волонд, держа меня за руку.
Я уже не помнила, чем была вызвана эта забота. Я плавилась от одного только взгляда. Мия, заметив наши взгляды, тихонечко покашляла. Мы, как нашкодившие школьники, отошли к столу, прихватив пару свитков. Волонд развернул один, сорвал с него печать и прочел вслух:
— «Белым пухом Боги закроют пески,
Белым покроется Храм.
Жрец руками своими коснётся земли,
Прожигая ее пополам.
Из расколов ее потечет огонь,
Что веками в земле дремал.
Красным солнцем поднимется он из земли,
Даруя спасение вам…»
Меня охватило жаром. Я вспомнила свой сон, что приснился мне в пустыне. Как из выжженной земли выходит огненное солнце. Я стояла и, открыв рот, слушала это пророчество. Меня начало колотить мелкой дрожью, хотя в тоже время мне было жарко. Иероглифы на моих руках,
Волонд перевёл на меня свой взгляд и испуганно воскликнул:
— Танни, что с тобой?
Мия также с удивлением на меня посмотрела и спросила, увидев мои полыхающие руки:
— Что это? Они горят? Волонд, что делать? Волонд налил в стакан воды из графина и поднес к моим губам.
— Выпей! — сказал он — И не нужно так переживать. Это только пророчество. Не все из них сбываются.
И я начала пить, коснувшись его руки и придерживая её. Иероглифы вспыхнули и огонь коснулся его руки, обвивая ее, словно змея вокруг запястья, там, где располагались его чёрные знаки. От испуга, что причиню ему вред, я вышибла стакан с водой. И он, с треском стукнувшись о каменный пол, рассыпался по нему мелким бисером. Меня трясло. Мия стояла открыв рот и выпучив глаза. Только Волонд, казалось, смотрел на это как заворожённый. Очнувшись, он обнял меня, прижимая к своей груди и гладя, словно ребёнка, по волосам.
— Все хорошо, Танни, — тихо сказал он. — Что тебя так напугало?
— Огонь! Он коснулся тебя……- уткнувшись ему в грудь, сказала я дрожащим голосом.
— Но он не причинил мне вреда. Посмотри на мои руки…..- ответил он, и немного отодвинув меня, вынудил посмотреть на них.
И действительно. На его руках не было ожогов и вообще ничего такого, что бы их напоминало. А в моей памяти всплыли воспоминания, как я обожгла Орина, когда тот лез ко мне целоваться. Тогда мой огонь, что вырвался из моих ладоней, прожёг на нем одежду и оставил ожоги. Я разглядывала его руки и даже дотронулась кончиками пальцев, но ничего не произошло.
— Я не понимаю…….
– прошептала я, — Огонь же коснулся тебя?
— Да, и я почувствовал его ласковое тепло. Но ничего больше, — улыбаясь, ответил он.
Всполохи на моих руках, казалось, успокоились, тихонько переливаясь.
— А что такого в пророчестве, что ты так испугалась? — спросила Мия.
Они с братом смотрели на меня, ожидая моего ответа.
— Сон. Мой сон……. Точнее, я видела это во сне. Ещё в пустыне, когда направлялась сюда, — ответила я и продолжила. — Мне снилась пустыня, которая почернела, потрескалась и в ее расщелинах текла лава. А затем земля раскололась и из ее пролома вышло красное солнце, поднимаясь на небо, озаряя все вокруг. Но тогда лава затвердела и погасла. Жар утих, наступила тишина и спокойствие.
Они слушали меня, не перебивая. Затем Волонд сказал:
— Значит, пророчества начинают сбываться. Пришло время.
— А ты во сне не пострадала? — спросила Мия.
В моих мыслях опять пронеслись воспоминания.
— Кажется, нет…… Наоборот, я поняла, что все закончилось, — ответила я, подумав. Волонд пристально на меня смотрел.
— Танни, прошу, не рискуй собой никогда. Чтобы ни произошло. Ты нужна нам, — серьезно сказал он.
— Да, мы очень дорожим тобой! — подтвердила Мия, — Нам очень нужна Жрица.