Танкист
Шрифт:
Рядом с танком появился Агафон Кувалдин, который тут же негромко и вежливо пробасил:
– Прохор Владимирович, вы нам предлагайте все, что посчитаете нужным сделать для того, чтобы ваш танк пробегал хотя бы шесть месяцев или год без ремонта ходовой части. Вон, наш меньшой братец, Мишка, предлагает некоторые детали танковой подвески отливать из специальной стали, которую мы можем сами сварить сталь, а детали из нее на своем токарном станке выточить тоже сумеем. Вы только нам скажите, что нужно сделать, тогда мы этим делом и займемся!
Прошка показал Агафону из планшетника схему устройства подвески танка Т-100, с подробным перечислением всех деталей подвески,
– Агафон Петрович, вы можете все это сделать в условиях своей кузницы?
– Возможно и да, но кое-что в этой схеме я не совсем понимаю! Здесь упоминается название сталь, но не дается формула варки этой стали. Подожди, Прохор Владимирович, сейчас Мишка быстро с этим разберется. Он ваш планшетник, как букварь читает! Мишка, подь сюда и посмотри, что это такое? Можем ли мы такую сталь своей кузне отлить?
Из толпы подмастерьев выдвинулась ладная фигура восемнадцатилетнего парня. Он подошел к ним, склонился, внимательно всматриваясь в страницу Ай-пода со схемой. Затем этот парень планшетник решительно забрал в свои руки, начал его быстро перелистывать. Через мгновение он остановился на какой-то странице, что-то на ней прочитал, затем планшетник передал Агафону, сказав:
– Говорил же я вам обоим, как следовало бы ремонтировать ту хрень. А вы мне в ответ, что такого не может быть, таких танков не бывает! А вот, нате, вам и танк, которого не может быть. Вот вам и подвески, как их ремонтировать надо! На этой же странице приводятся формулы тех сталей, которые идут на изготовление различных деталей танковой подвески.
Пока братец Мишка, находясь в ударе, громил своих взрослых братьев кузнецов за проявленное небрежение к науке будущего, к незнанию формул лицензионных сталей и присадок к ним. Прошка воспользовался случаем и поинтересовался у Михаила Петровича Кувалдина, как в их условиях можно было бы добиться серьезного облегчения веса КВ? Тот раскрыл, было, рот, чтобы сразу же отвечать, но тут же его закрыл, задумался, а затем сказал:
– Это же, Прохор Владимирович, дело не простое! Его нужно сначала хорошенько обдумать! Предлагаю вам поступить следующим образом, чтобы времени даром не терять, мои братья ремонтом ходовой части танка займутся, я им буду в этом помогать. Одновременно начну и над этой новой проблемой подумать!
В эту ночь братья Кувалдины, видимо, решили не ложиться спать, после ужина, разговора с Прохором они вернулись к своим кузнечным горнам и мехам, чтобы заняться варкой различных сталей. Они и в этот раз потребовали от Прохора, чтобы он не мешался им заниматься делом, что он их покинул! А сами заперлись на ночь в кузне, даже жен с поздним ужином отказались принимать.
Прошка не послушался братье кузнецом, не покинул двора деревенской кузницы, а занялся ремонтом танкового двигателя, который всего несколько дней тому назад ремонтировал мастер наставник, немецкий капитан Гюнтер Винтер. Очевидно, ремонт оказался не совсем некачественным?! Их любимец во время переходов жрал немыслимое количество солярки, из-за чего танковое топливо им приходилось возить бочками в автомобильном прицепе.
Прошка впал в транс, как его учила бабка Евдокия Андреевна, чтобы начать свое виртуальное путешествие по камерам внутреннего сгорания, цилиндрам и поршневым группам танкового двигателя. Первым делом он посредством напыления попытался снизить люфт-зазор между поверхностями трущихся деталей, тем самым повысить качество обработки работающих поверхностей отдельных деталей танкового двигателя. В двигателе сразу же повысилось сжатие до 17 - 18 единиц, но тут же появилась
Прошка вылез из моторного отделения танка под самое утро следующего дня, усталым, разбитым человеком с сильной головной болью. Первое время ноги его не держали, поэтому парень сел на землю у танка, спиной опершись на один из его катков. В тот момент рядом с танком крутился Михаил Кувалдин, который, увидев его, подбежал и первым делом, протянув ему планшетник, сказал, что у братьев все на мази. Они во всем разобрались, сейчас заканчивают отливку деталей для ходовой части танка. После короткого сна братья начнут сборку самой ходовой части. Завтра к часам к двум - трем пополудни КВ будет готов отправиться в путь. По его расчетам танк будет способен без какой-либо профилактики пройти до пяти тысяч километров. Эта новость приятно порадовала Прошку, теперь ему оставалось проверить, как он сумел подремонтировать двигатель танка КВ. Но эту проверку можно было провести во время следующего их перехода к фронту.
В этот момент к ним подошла Матрена Александровна, женщина выглядела очень рассерженной! Прямо на людях, которые в тот момент шатались по двору деревенской кузницы, она напомнила Прошке о том, чтобы он не ужинал, ни завтракал, поэтому она предложила парню отложить на время дела и идти домой завтракать, который уже давно стоит на столе, остывает.
– Матрена Александровна, можно мне позавтракать вместе с Михаилом Кувалдиным? У меня с ним идет интересный разговор, который мне не хотелось бы прерывать!
– Да бог с ним, с Мишкой-то! Конечно, ты можешь и с ним вместе позавтракать! Он паренек хороший и тихий! Совсем не пьет, в отличии от старшего брата Агафон, который удержу с самогоном не знает!
Вечером этого дня в деревню вернулся дед Денис. Он тут же устроил развернутое совещание в доме Матрены Александровны, на который были приглашены все танкисты и уважаемые люди деревни Комарово.
Благодаря усилиям старосты, деда Дениса, в Комарово ни немцы, ни полицейские старались особо не заглядывать, словно сегодня не было войны. Все дни пребывания танкистов в этой деревушке прошли спокойными. Может быть, именно по этой причине Прошка решил следующий переход пройти по земле Белоруссии совершить в светлое время дня.
Он проштудировал всю имевшуюся у него и у деревенских людей информацию по Белоруссии, чтобы решить, куда именно их экипажу следует отправляться. После этих консультаций, конечным пунктом первого перехода в Белоруссии он сделал город Молодечно, что находился под Минском. Расстояние от деревни Комарово до этого небольшого белорусского городка составляло 85 километров. Таким образом, по километражу этот переход становился самым дальним, если его сравнивать с переходами по литовской земле. Прошка поступил так в основном потому, что хотел в ходе этого перехода проверить и оценить качество ремонта его танка, сделанного братьями кузнецами Кувалдиными деревни Комарово. Прошке очень хотелось узнать, каким стал их тяжелый танк КВ, который получил новую ходовую часть, а его двигатель был отремонтирован.