Танго вдвоем

Аветисян Гаяне

Весь следующий субботний день Варя провела за городом, чтобы больше не думать о тайне, ей не принадлежащей. Только на природе вместе с воздухом, напоенным ароматами пришедшей весны, она почувствовала себя абсолютно свободной. И в воскресенье утром, счастливая и немного взволнованная, Варя открывала калитку, за которой, как и прежде, цвели кусты жасмина и роз. Как давно она здесь не была!

Двери дома были распахнуты, и на пороге стоял зеленоглазый мужчина, лет тридцати пяти, в светло-зеленой спортивке. Он удивленно

посмотрел на Варю, потом, что-то вспомнив, жестом руки пригласил ее в дом.

– Хорошо, что вы меня застали. Я собирался на утреннюю пробежку. Знаете, никак не могу заставить себя вставать рано, этак часиков в шесть, семь. Люблю поспать в утренние часы. А вы не бегаете по утрам? Может быть, составите компанию? Потом попьем кофейку. Я его привез из Кубы. Вы ведь не торопитесь?

Варя хотела сказать, что нет ей никакого дела до утренних пробежек нахального молодого человека, но не стала грубить, а только резко ответила:

– Тороплюсь.

Зеленые глаза улыбнулись, потом стали такими же строгими, как и Варины карие.

Варя прошла в гостиную, где стоял старый рояль учительницы, подошла к нему, набрала несколько аккордов на память и, повернувшись к незнакомцу, сказала:

– Это рояль моей учительницы. В детстве я приходила сюда заниматься музыкой. Ваше объявление я увидела в газете. Случайно, потому что не читаю газет. У Елены Георгиевны не было родных, и вот теперь вы стали хозяином дома и продаете этот рояль?

Зеленые глаза снова улыбнулись.

– Случайное объявление в газете? Думаю, что это не совсем так.

Я ведь сразу заметил, что вы чем-то встревожены, будто ищите что-то важное для себя. Угадал? Вас как зовут?

– Варя.

– А меня Роберт. Хотите холодный сок? Сейчас принесу.

Варя осталась одна в гостиной. Здесь почти ничего не изменилось, будто и не было этих двадцати лет. Только со стен исчезли картины и большой портрет Елены Георгиевны. Те же кресла, тот же маленький столик с изогнутыми ножками.

Роберт принес сок и сел напротив Вари.

– Я ведь не ради денег продаю все это. Мне нужно освободить дом от любой вещички, чтобы начать ремонт. Я хочу здесь все перестроить под офис. Хотим создать корпоративное сообщество.

Варя кивнула головой в знак согласия, будто представляла чьи-то интересы на переговорах, затем, повернувшись в сторону соседней комнаты, спросила:

– А что еще осталось из вещей? Может быть, какие-нибудь письма?

– Письма? Не знаю, – Роберт пожал плечами.

– Остались книги и всякая другая мелочь, возможно, и письма. Надо посмотреть.

Он провел Варю в соседнюю комнату, где в коробках лежали собранные вещи, а на подоконнике – стопка книг. Варя наугад взяла маленький томик со стихами. Книга была подписана самим автором.

К большому удивлению Роберта, девушка вдруг засуетилась, положив книгу в сумку, и поблагодарив за сок, мгновенно исчезла

за дверью, пообещав, что непременно зайдет через день, чтобы приобрести рояль.

Роберт так и остался стоять на пороге дома до тех пор, пока странная девушка совсем не исчезла за калиткой сада. Посмотрев на часы и поняв, что потерял тридцать минут драгоценного утреннего времени, он не стал перегружать психику ненужной информацией, чтобы не дать ей «зависнуть», как перегруженный компьютер, а лишь закрыл двери и, обогнув дом, побежал по узкой улочке, ведущей к зеленому парку. В конце концов, девушка пообещала прийти еще раз.

* * *

Тем временем Варя торопилась в музей. В книге с дарственной надписью она обнаружила два исписанных листка. Она бы ни за что не стала читать их в доме своей учительницы, да еще и при свидетеле, так как считала эту тайну только своей. Любопытство ускорило ее шаги, и очень скоро она прочитала, наконец, долгожданное письмо-улику. Вначале наспех, лишь для того, чтобы убедиться в том, что не ошиблась, потом стала перечитывать так внимательно, будто сама получила это долгожданное теплое письмо, письмо родному человеку.

В мемуарах не было ни одной фотографии, ни одного воспоминания об этой женщине. Но почему?

Она снова перелистала толстую книгу о жизни писателя и с какой-то неприязнью стала рассматривать женские лица. Варя представила их здесь, возле рояля, перешептывающихся в злобной ревности. Теперь никого из них уже нет, а если кто и остался, то вряд ли вспоминает учительницу музыки, жившую в тихом доме на окраине города. Нет и самого рояля. Варю вдруг осенила чудесная мысль. Почему бы рояль Елены Георгиевны не перетащить сюда? И это надо сделать сию же минуту, чтобы никто другой не смог бы его перекупить.

Через час Варя снова стояла на пороге дома учительницы. Она, не раздумывая, вошла в прихожую и, столкнувшись с Робертом, спокойно сказала:

– Помогите мне перетащить этот рояль в музей, где я работаю. Это очень важно, поверьте. Деньги я заплачу.

Роберт не очень удивился ее появлению, но последняя фраза, видно, ему не понравилась и он, сделав притворно-озабоченное лицо, ответил:

– Перетащить? Вдвоем? Вы думаете, что этот рояль такой же легкий, как и бабочка?

Произнося слово «бабочка», он заговорчески посмотрел на Варю.

Варя не растерялась.

– При чем тут бабочка! Я только хотела попросить вас помочь мне организовать перевозку рояля, – произнесла она уверенно, но сама подумала о другом. Неужели он что-то знает?

– Хорошо, хорошо, я вам помогу, если вы мне расскажите, наконец, за кем мы гонимся и кого ищем.

– Я не могу вам рассказать свою тайну.

– Тайну? Однако как много тайн вокруг одного томика малоизвестных стихов. Ведь вы нашли то, что хотели? Верно?

– Да. А как вы догадались?