Танг
Шрифт:
Ныне за всеми книгами в одиночку следит сумасшедший старик по имени Порос Барк. Конечно, это не настоящее имя, ведь в переводе с одного из древних и некогда популярных языков, ныне мёртвых, «порос барк» означает не что иное, как свиной навоз. Прозвали так старика потому, что чем старше он становился, тем меньше его можно было терпеть. Ходит по библиотеке, непрерывно что-то бормочет себе под нос, часто разговаривает с книгами, как с собственными детьми, а если кто из посетителей возьмёт книгу без спросу или чихнёт рядом с ней — Порос тут же отлупит его собственной тростью до полусмерти и
Но Феноре, ничего этого не знавшей, всё же удалось неведомым образом договориться со стариком. Может быть, действительно сработало то, что она представилась его дальней родственницей, а может и ещё что, но Фенора считала Пороса забавным и милым дедушкой, на которого, как и на любого другого дедушку, иногда снисходило чудачество.
По прибытии обратно в Давур девушка первым делом отправилась в библиотеку, пробыла там весь день, зарывшись с головой в книги. На следующий день — то же самое. А на третий день на её пути встал незнакомый человек.
— Доброго утра, госпожа Фенора Ялмива, — поздоровался он.
Зрелый, лет сорок. Среднего роста, но с фигурой атлета, которую не скрыть под обычной невзрачной одеждой, с благородными чертами лица, но со взглядом пронзительным, без малейшей тени известного высокомерия благородных. Остроносый, с чётко очерченным гладко выбритым подбородком, голубоглазый, с густыми чёрными длинными волосами, уложенными назад, как у дворянина. Голос бархатный, грудной, но мягкий, приятный. Говорит очень чётко, но по-простому, и без малейшего акцента.
Он ждал её у входа в башню, привязав своего коричневого коня к расположенным рядом пустым стойлам. Сколько он ждал её — неизвестно, подобные люди умеют ждать часами, если не днями, почти не двигаясь с места. Он вполне мог простоять здесь ещё с полуночи, хотя Фенора пришла на рассвете. Но девушка даже не догадывалась, что неизвестный мужчина ждал её ровно тридцать секунд, он чётко знал, во сколько она придёт в библиотеку снова. И он знал её имя.
То, что с Фенорой кто-то поздоровался, да ещё при этом назвал её полное имя, девушку удивило лишь на секунду.
— И Вам доброго утра, — она слегка улыбнулась ему и кивнула, проходя мимо.
Его рука тут же взметнулась к её плечу, решительным движением останавливая девушку.
— Меня зовут Энарий, и я представляю весьма важных людей в этом городе, — тут же произнёс он.
Не поспешно, но так, чтобы вовремя предупредить её, что его намерения относительно неё вовсе не такие, как можно было подумать.
— У нас есть важный разговор с Вами, Фенора.
— Для начала можете отпустить меня, —
— Простите.
Он тут же убрал руку и отступил на шаг, но при этом не смутился.
— Я привык иметь дело с людьми более упрямыми, чем Вы, — добавил он. — Но разговор действительно очень важный, он касается множества судеб.
— Вот как? — удивилась она. — Вы не преувеличиваете?
— Ответьте честно, я похож на человека, который любит преувеличивать факты? — вопросом на вопрос ответил Энарий. — Полагаю, что нет.
— Тогда, раз уж разговор такой важный, быть может, не стоит обсуждать его здесь?
Фенора оглянулась. Место и впрямь было не самое удачное. На вершине небольшого холмика, здесь негде было присесть, разве что на пробивающуюся под ногами траву. И укрыться тоже негде, а солнце уже жарило нещадно, и буквально через час, когда ослабнет ночная прохлада, здесь будет очень тепло. К тому же, двух собеседников у подножия башни видно за милю почти со всех сторон.
— Если Вы боитесь, что нас подслушают, то можете не опасаться этого, — сказал Энарий. — Отсюда всех шпионов, если только такие рискнут появиться поблизости, видно как на ладони. Так что место самое удачное.
— Если разговор затянется, то я хотела бы присесть где-нибудь в теньке, — попросила девушка.
Энарий вздохнул.
— Вы уверены? Ну ладно, знаю я одно местечко неподалёку, которое устроит и меня и Вас.
Прежде чем они ушли от башни, он непременно потребовал, чтобы Фенора села на его лошадь. Банальный жест вежливости, но ей пришлось подчиниться. Вскоре они углубились в купеческие кварталы, и, миновав несколько из них, вышли на небольшую мощёную площадь, которую окружал небольшой искусственный пруд. В центре площади были посажены несколько берёз, постриженных в форме шаров, а чуть сбоку от них расположился фонтан в виде большого гранитного камня, из вершины которого медленно текла прозрачная вода. Перед фонтаном, на его бортике, висела мемориальная табличка о какой-то группе шахтёров, ставших жертвами наводнения неподалёку отсюда.
Возле фонтана на обычную деревянную скамейку они и сели. Коня Энарию пришлось оставить на попечительство всегда дежурившего у входа на площадь скучающего городского стражника — на площадь лошадям категорически запрещено входить. Даже императорским скакунам.
— Уютное и достаточно красивое место, — заметил Энарий. — И относительно уединённое, горожан здесь обычно не много, особенно среди дня. Рядом нет ни лавок торговцев, ни зданий городских служб — только жилые. И стража под боком всё время, так что здесь тоже можно спокойно поговорить.
— И о чём же? — спросила Фенора. — Вы упомянули, что от этого разговора зависит множество судеб. Звучит это немного пафосно, не находите?
— Есть немного, — согласился он. — Но с правдой ничего не поделаешь. Видите ли, Фенора, моё начальство довольно много о Вас знает, и оно уверено, что Вы можете помочь разрешить сложившуюся неприятную ситуацию. Помочь спасти множество жизней, если угодно.
— Помочь? Выходит, что результат зависит не от меня одной?
Он коротко и сдержанно рассмеялся.