Танец судьбы
Шрифт:
— Что ты имеешь в виду? — нахмурилась Грания.
— Как оказалось, мама долгие годы несчастлива с отцом. Ты же понимаешь — ему совсем не понравилось, что мы с Чарли расстались. Он заявил, что я должен быть с ней «ради приличия». Эти слова стали той самой пресловутой последней каплей для мамы. И она решила уйти от него. — Мэтт покачал головой. — Это звучит нелепо, но она говорит, что устала постоянно соблюдать условности. Она хочет, пока у нее еще есть возможность, немного пожить нормально. Знаешь, Грания, что бы ты о ней ни думала, она считает, что ты замечательная.
— В самом деле? — Грания искренне удивилась. — Ты, должно быть, расстроен? Они так давно женаты...
— Честно говоря, у меня есть предчувствие, что мама в итоге вернется, но отцу не повредит побыть некоторое время одному. Может быть, он, наконец, начнет ценить ее и немного смягчится. Тогда ему удастся наладить с ней отношения. И со своим сыном тоже, — сказал Мэтт, приподняв брови. — Как бы там ни было, мы здесь не для того, чтобы обсуждать моих родителей. Дело в нас с тобой. Что ты думаешь, дорогая? — тихо поинтересовался он.
— Честно говоря, не знаю, Мэтт. — Грания сидела, устремив взгляд прямо перед собой. — Сегодня было сказано многое, что предстоит осмыслить.
— Правда, хорошо, что у нас появилась возможность поговорить? Грания, мы должны были сделать это давным-давно, — с чувством произнес Мэтт.
— Знаю, — ответила она мягко.
— А твоя малышка постаралась, чтобы у нас появился этот шанс, — добавил Мэтт. — Она повела себя как фея-крестная из сказки.
— Ты прав, — согласилась Грания, — но...
— Что «но»?
— Наши ошибки все равно не исправить, а прошлое изменить невозможно.
— Какие именно ошибки? — Мэтт пристально посмотрел на нее. — В отличие от тебя я никогда не замечал ошибок в наших отношениях.
— Я устала, Мэтт, — вздохнула Грания. — Пожалуйста, давай пойдем домой.
— Конечно.
Они молча ехали в сторону фермы, и Грания через стекло автомобиля вглядывалась в темноту.
Когда они оказались в кухне, Мэтт поинтересовался:
— Где я буду спать?
— Боюсь, что на диване. Я принесу тебе подушку и несколько одеял.
— Грания, дорогая, пожалуйста, хотя бы обними меня. Я люблю тебя. Я... — Он протянул к ней руку, когда она проходила мимо. Но Грания, словно не замечая этого, поднялась наверх и взяла все, что могло понадобиться Мэпу.
— Держи. — Она бросила стопку белья на кухонный стол. — Извини, что размещение не слишком шикарное.
— Меня все устраивает, — неожиданно холодно произнес он. — И не беспокойся, я завтра уберусь отсюда. В среду у меня начинается цикл лекций в разных городах.
— Хорошо. Спокойной ночи.
Мэтт следил за ней взглядом, пока она не вышла из комнаты. Он понимал, что Грания растеряна и история, которую ей довелось выслушать, была непростой, но и ему было тяжело узнать подробности ее жизни за это время. И все же он по-прежнему был готов протянуть ей руку, принять, понять и оставить прошлое за спиной. Просто потому, что необходимость быть рядом с любимой женщиной перевешивала для него все остальное.
Но Грания была холодна как лед и отказывалась
Лежа наверху в комнате, Грания не могла уснуть. Она поверила Мэтту, но никак не могла выбросить из головы неприятные детали. Не важно, был Мэтт пьян или нет, Чарли все-таки оказалась в его постели. И после этого жила в лофте целых пять месяцев! Ее вещи висели в шкафу Грании. Для Мэтга и Чарли купили дом, они объявили о помолвке. Это самое ужасное развитие событий, которое Грания могла представить. Она подумала, как доволен был отец Мэтта, что сын возобновил отношения с более подходящей ему женщиной, и содрогнулась.
Но она также знала, что многие пары были счастливы, несмотря на разницу в происхождении. И большинство женщин радовались, когда их похищал прекрасный принц. Грания вздохнула. Почему она не способна на это? Хотя Мэтта вряд ли можно назвать принцем. И он не виноват в том, что его отец — напыщенный, самодовольный и ограниченный сноб, который всегда заставлял ее, Гранию, чувствовать себя не в своей тарелке, — как и собственную жену, судя по рассказу Мэтта. При мысли о том, что Элейн ушла от мужа, Грания улыбнулась.
А то, что Мэтт прилетел в Ирландию, чтобы увидеть ее, должно означать, что он не сдался и по-прежнему любит ее...
Ночь тянулась бесконечно. Грания села на кровати, притянув колени к подбородку. Она начала осознавать, что Мэтт принял решение быть с ней наперекор мнению отца. И именно Мэтт был движущей силой в их отношениях. Она не принуждала его и не заставляла вести ту жизнь, которую они в итоге предпочли. Мэтт сам стремился к этому и шел на уступки, чтобы приспособиться к Грания. Он не пытался спорить, когда она отказывалась от помощи, даже если они сильно нуждались в деньгах. Он понимал, что ей тяжело общаться с его друзьями, и сам отдалился от них. Он согласился жить с ней вместе, не оформляя отношения официально.
— О Боже...
В этот момент Грания ясно осознала, что проблемы были не у Мэтта, а у нее самой: упрямство и нелепая гордость, разрушающая ее жизнь. И еще комплекс неполноценности, из-за которого она так и не смогла оценить великодушие Мэтта. Поэтому слова, случайно услышанные в больнице, когда она чувствовала себя такой слабой и беззащитной, окончательно выбили ее из колеи. Грания решила, что потерпела полный крах как женщина, партнер Мэтта и даже как личность.
Она вздохнула, вспомнив Ханса и то, как он оценил ее поведение. За прошедшие несколько месяцев она многое узнала о себе и сейчас понимала: то, что она ошибочно принимала за свои сильные стороны, являлось и ее слабостями. Ну и что, что у Мэтта были отношения с Чарли до их встречи? Он не упоминал об этом раньше, поскольку просто не считал важным. Он не был тайно влюблен и не скрывал своих чувств к Чарли.