Танец страсти

Лонг Джулия Энн

Сильвия слегка нахмурилась.

– А ваши родители…

– Они умерли, и я никогда не знал своего отца. – Том усмехнулся, увидев выражение ее лица. – Ну, таких мальчишек, как я, тысячи, мисс Шапо. Просто я оказался везучим, вот и все.

Сильвия была в замешательстве и не знала, что ответить. Ей хотелось сказать: «Сомневаюсь, что найдется тысяча таких мальчишек, как ты. Невозможно вообразить даже одного, похожего на тебя».

Неожиданно для себя она словно выдохнула:

– Я тоже не знала своих родителей.

Том был изумлен – то ли

потому, что она сделала такое признание, то ли из-за того, в чем она призналась. Он продолжал разглядывать Сильвию, как бы сверяя то, что он услышал, с тем, что он себе представлял до сих пор.

Вот теперь Сильвия была уверена, что кое-что понимает. «Белая лилия» была тем, что Том Шонесси создал, чтобы отделить себя от своей прежней жизни. Подобно тому, как балет поднял ее над заурядностью.

Пожалуй, они скорее были похожи, чем отличались друг от друга. Эта мысль взволновала ее.

– Эго была ваша игрушка, когда вы были ребенком? – Сильвия взглянула на лошадку, стоявшую на полу. Ей показалось, что возникла довольно интимная и не совсем привычная для нее тишина. И следовательно, более опасная.

Он посмотрел на игрушку.

– Так или иначе, сейчас она – моя. – Вряд ли эти слова можно было назвать ответом. Непостижимый Том Шонесси. – Я всегда хотел иметь такую, когда был маленьким.

Было трудно понять, вполне ли серьезно он говорит.

– А я всегда хотела иметь… – Сильвия запнулась, подбирая слово… – carillons a musique. – Что-то шевельнулось в ее душе при воспоминании об этом.

– Музыкальную шкатулку? – Похоже, Тома это заинтересовало. Он улыбнулся.

Сильвия вдруг замолчала и выпрямилась, как бы пытаясь отбросить воспоминание. Когда Сильвия была совсем юной, им с Клод едва хватало денег на самое необходимое. Клод не имела возможности покупать для девочки такие легкомысленные вещи, как музыкальная шкатулка.

Том Шонесси взглянул на часы:

– У меня назначена встреча со строителем, мисс Шапо. Я выдал вам сегодня зарплату потому, что вы работаете у меня временно. Другим девушкам я плачу раз в неделю. Если вы решите остаться, я соответственно смогу платить вам иначе – как всем. Но возможно, есть резон повременить и посмотреть, как пойдут дела… день заднем.

– День за днем, если вас это устраивает. – Сильвия согласно кивнула.

– Меня это устраивает, – мягко подтвердил Том. Каким-то образом он умел произносить слова так, что они звучали как обещание.

Она почувствовала, как тепло разливается по щекам, сделала книксен и быстро покинула кабинет Тома Шонесси. Зажав в руке плату за подбрасывание попки кверху.

Глава 10

Птицы подбирали крошки неподалеку от фонтана, струи которого, казалось, бьют прямо в небо.

– Если ты, дорогая, будешь так крутить головой, она отлетит и, как шар для кеглей, сокрушит всех голубей. – Кит Уайтлоу, виконт Грэнтем, кивнул на стаю разноцветных птиц, расталкивающих друг друга.

– Мы в Париже, а не в Италии, –

напомнила ему Сюзанна. – Полагаю, ты нервничаешь точно так же, как и я.

– Нервничаю? – Кит фыркнул. – Большую часть войны я только и делал, что преследовал врага, уклоняясь от пуль…

Сюзанна высвободила свою руку и закрыла уши. Она не желала слушать эти ужасные истории.

Несколько сконфузившись, какое-то время Кит шел рядом молча. Поцеловал тонкие пальцы Сюзанны и, как бы извиняясь, снова взял ее под руку, нежно прикрыв своей ладонью ее кисть. Это было молчаливым символическим обещанием: я буду оберегать тебя всегда.

Не слишком разумно с его стороны напоминать Сюзанне об опасностях, которые Киту Уайтлоу довелось пережить совсем недавно. Пережить ради благополучия Англии и ее, Сюзанны. Об этом напоминают шрамы. Однажды, смеясь, Сюзанна рассказала Киту об опасностях, некогда подстерегавших ее. Несколько раз Сюзанну пытались убить. Видеть, как страдает Кит, слушая эти истории, было невыносимо.

– Ты прощен. – Сюзанна склонила голову ему на плечо. Кит улыбнулся.

Он резко остановился и придержал Сюзанну за плечи, как бы предлагая взглянуть вверх, на одно из окон ближайшего дома. Высокое послеобеденное солнце окрашивало стены в персиковые тона. В окне второго этажа, на которое они смотрели, были видны яркие, но привядшие цветы в горшке.

– Это то самое место, Сюзанна.

Идти по следу Клод Ламорье было не слишком простым делом. Однако Кит Грэнтем имел опыт преследования и сейчас был рад применить свои навыки, приобретенные на королевской службе. Вряд ли их поиски были сопряжены с такими же опасностями, которые Киту довелось пережить на службе. Чета Грэнтем уже успела познакомиться с несколькими немолодыми танцовщицами, давно оставившими сцену. И до сих пор не случалось, чтобы кто-то бросался на них с ножом или нацеливал пистолет. Наконец поиски привели их сюда, к этому дому на окраине Парижа.

Наверх вела узкая каменная лестница. Действительно, это был тот адрес, по которому Сюзанна отправляла письма из Лондона. Единственное, что оставалось выяснить, – почему никто на них не отвечал?

Кит чувствовал, как пальцы Сюзанны напряглись в его ладони. Да, Сюзанна права, он нервничает. Сейчас больше всего на свете Кит переживает из-за этой женщины. Им уже многое пришлось преодолеть вместе. Кит страстно желал, чтобы у Сюзанны наконец появилось то, о чем она так долго мечтала, – семья.

Дверь открыла экономка. Седые вьющиеся волосы, беспорядочно выбивающиеся из-под чепчика, маленький французский нос с горбинкой, пронизывающий взгляд темных крошечных глаз.

Спустя мгновение из-за спины экономки, откуда-то из глубины дома, скрипучий голос произнес по-немецки нечто невыразимо похабное.

Сюзанна увидела, как у Кита округлились глаза и дрогнули уголки рта.

– Что он сказал? – Она вопросительно посмотрела на Кита.

– Скажу тебе позже, – прошептал Кит на ухо Сюзанне. – Когда раздену тебя. Совсем…