Танец смерти

Шрайбер Эллен

Мы прошли между надгробиями, мимо сторожки смотрителя и оказались у недавно выкопанной могилы.

Здесь ничего нет,- сообщил Стерлинг, заглянув в пустую яму, и мы пошли дальше, к платану под которым в свое время нашли коробку с амулетами.

Александр нарочито небрежно, чтобы Валентину не показалось, что это ловушка, разбросал вокруг дерева пять амулетов.

– Подождем пару минут.

Мы укрылись за сторожкой, освещенной луной. Возлюбленный обнял меня, и мы прижались друг к другу.

– Расскажи мне, как

проходит твои день. Чувствую, в твоей жизни есть многое, чего нет у меня,- сказал он.

– Ты говоришь о биологии или об алгебре? Невелика потеря.

– Я представляю себе, как ты рассеянно заполняешь каракулями тетрадки, сбегаешь с уроков, перекусываешь с Мэттом и Беки.

– Как я выгляжу в это время?

– Ты прекрасна, как темный ангел, светящийся в солнечных лучах, заливающих класс, как на том портрете, который стоит рядом с моим гробом.

Я вздохнула.

– Вчера Беки развесила в своем шкафчике фотографии. Они с Мэттом снялись в торговом центре. Жаль, что у меня нет твоих снимков.

Александр устремил на меня печальный взгляд и вздохнул:

– Да, многое из того, что может дать тебе любой парень из школы, я никогда не смогу предоставить.

– Зато они не могут делать то, на что способен ты. Ты даешь мне гораздо больше, чем любой смертный,- искренне заявила я.

Александр сжал мою руку. Я почувствовала, как ему одиноко. Он очень хотел стать сопричастным моему миру, впрочем, точно так же, как я горела желанием стать сопричастной его миру.

– Становится поздно,- сказал он.

– Если мы уйдем сейчас, то можем упустить Валентина,- посетовала я.

– У меня такое ощущение, что некоторое время он сюда не вернется. Мы можем прийти сюда завтра, снова вместе.

В эту ночь, закрывшись в спальне, я занялась примеркой нового бального наряда и подбором украшений из моей шкатулки, нацепила ожерелье из оникса, уставилась в зеркало, но тут же задумалась о том, как готовится к балу Александр, не имеющий возможности увидеть свое отражение. Готова ли я навсегда отказаться от этого ради того, чтобы навечно связать с ним свою судьбу? Каково это, отбросить многие привычки, устоявшиеся за шестнадцать лет жизни? В городе меня и без того считали сдвинутой. Если я буду красить губы и глаза, не пользуясь зеркалом, то это лишь укрепит земляков в их мнении.

***

На следующий день мы с Мэттом и Беки встретились у наших шкафчиков и направились к спортивному залу, чтобы купить билеты на бал. Протиснувшись через тесные коридоры, мы прошли мимо спортзала, свернули за угол, и тут я увидела нечто невообразимое - огромную очередь учеников, змеившуюся через холл, как чудовище из озера Лох-Несс.

– Неужели там продаются и билеты на « Роллинг стоунз»?
– пошутила я.

– Если так, то я куплю, - отозвался Мэтт, когда мы встали в хвост очереди.

У меня создавалось впечатление,

что все без исключения ученики нашей школы собрались посетить предстоящий бал. Некоторые парочки держались за руки, девушки трещали по мобильным телефонам, одна пара ссорилась. Мэтт обнял Беки, и она просияла, как новогодний хрустальный шар на Таймс-сквер, а у меня сжалось сердце, потому что Александра здесь не было. Обнять меня он сейчас не мог.

С того места, где я стояла, был почти не виден вход в спортзал, где за складным столиком сидели ученики, продававшие билеты. К счастью, очередь неуклонно продвигалась к конечной точке.

Казначейша нашего класса стояла в сторонке, держа клипборд так, будто проводила анкетирование.

– Запись добровольцев! Дополнительный набор помощников для украшения зала, - во всеуслышание заявила она.

Беки помахала этой девушке, которая отвечала за сбор денег на нужды нашего класса, записала на листке свое имя и обернулась ко мне.-

– Ты запишешься?

– В последние дни у меня мало свободного времени.

Казначейша бросила на меня хмурый взгляд, быстро забрала клипборд и направилась в конец очереди, Наверное, она боялась, что мне взбредет в голову передумать.

– Ты слышала о прикольном парнишке, который объявился в городе?
– услышала я разговор парочки, стоявшей за моей спиной, когда мы продвинулись на несколько футов вперед.

Мне даже пришлось немножко повернуть голову, чтобы лучше слышать.

– Ага, а как же! Говорят, он в родстве с теми придурками из Румынии, которые были с Тревором на кладбищенском празднике. Надо думать, он болтается по улицам и охотится за душами.

– Точно, но поговаривают, будто это не парень вовсе, а призрак!

– Наверное, сторож находит на кладбище пустые обертки от конфет.

– Прикинут готом, смотреть противно!

Девица сказала это вроде бы шепотом, но достаточно громко для того, чтобы мне было слышно. Я чуть подалась назад, покачнулась и отступила на полшага, чтобы не потерять равновесие.

– Эй!
– воскликнула Хизер Райан.- Это моя нога!

– Прости,- искренне сказала я.

Это происшествие, кроме смеха, ничего не заслуживало, но Хизер почему-то отреагировала на него так, будто я тоже только что вылезла с кладбища, чтобы поохотиться за душами.

– Это, между прочим, очень дорогие туфли, последняя модель!
– заныла девица.

– Мои ботинки тоже не из дешевых. Чего ты на меня взъелась?

– По-моему, ты их поцарапала!
– заявила Хизер, глядя на меня исподлобья.

Я уставилась на ее блестящие белые туфли.

– Скажи спасибо, что легко отделалась. Но если хочешь, то я могу наступить еще разок, как следует, чтобы ты не зря ворчала.

Ее приятель рассмеялся.

– Нехорошо подслушивать, - укорила она меня, как будто была учительницей.