Танец с саблями
Шрифт:
Часы на башне показывали четверть восьмого.
Владимир Александрович ещё раз, на всякий случай, сверился с путеводителем, свернул его и сунул в карман — даже жалко, что маршрут до сидрерии так прост и недолог!
С уверенным видом местного жителя майор зашагал по направлению к ближайшему ориентиру, площади Плаза дель Кармен… Миновал её, двинулся дальше — но вскоре понял, что теряет ориентировку. Крохотные, короткие — в несколько домов — улочки умудрялись так пересечься и переплестись, что сопоставить их с изображением
Тут уже было не до магазинов… Красоты утопающего в теплых сумерках городка тоже перестали интересовать — стрелка на циферблате неумолимо приближалась к назначенному времени. Виноградов замысловато выругался в чей-то адрес, скомкал ни в чем не повинную туристическую схему и с размаху запустил ею в урну.
В конце концов, ошалевший и мокрый от пота, он вышел на оживленную магистраль — с указателями, светофорами и множеством разговорчивых местных жителей. Отсюда осталось рукой подать до вожделенного «Бальбино»…
— О, буэнос диас! — Прямо с порога завопил Виноградов. В такой ситуации главное было вести себя как можно естественнее.
— Буэнос ночес! — сочно улыбнувшись малиновыми губами, поправила его Габриэла.
— Никакой разницы, — успокаивающе махнул рукой Владимиру Александровичу немец. Он фамильярно положил ладонь на загорелое плече соседки и только после этого предложил:
— Садись к нам!
— Гуляешь? — поинтересовалась итальянка, одновременно привычным движением стряхивая с себя руку Эриха. Судя по всему, она проделывала это уже не в первый раз.
— Да… Изумительный город! — Виноградов взял стул и уселся напротив парочки.
Немец тут же заказал ещё бутылку сидра — это граничило с благородством, потому что в его глазах пришелец явно казался ненужной помехой. Габриэла же наоборот, судя по всему, пресытилась нордической бесцеремонностью — и третий в данной ситуации был явно не лишним.
Выпили… Нервному, разгоряченному майору напиток пришелся как нельзя более кстати:
— Здесь неплохо, друзья мои.
— Да, тихо… Ты что — бежал?
— Нет. Просто климат непривычный!
В заведении столиков было явно больше, чем посетителей — то ли не время, то ли на период праздника народ предпочитал места повеселее.
— Как ты после вчерашнего, русский?
— Ну, сейчас уже неплохо.
Посмеялись, поговорили о том, о сем… С каждым новым стаканом сидра господин Юргенс вел себя все развязнее — чувствовалось, что итальянка давно уже не знает, как от него избавиться.
— Вау, я совсем забыла… — неожиданно спохватилась она, придвигая сумочку и одновременно выдернув из-под тяжелой соседской лапищи аппетитную коленку. — Эй, полегче! Уже есть восемь часов? А, русский?
— Давно! —
— Тогда нужно бежать… Сегодня пресс-конференция самого Даниэля Чеваррия, а у меня по плану с ним интервью.
— Плюнь ты на это, Габи! Смотри — мы с русским куда интереснее. Посидим еще…
— Нет, мальчики, работа есть работа…
Итальянка затушила в пепельнице сигарету и посмотрела — сначала на Эриха, коротко, а затем и на Владимира Александровича:
— Терпеть не могу необязательных людей — это причиняет ненужные неудобства и тому, кто ждет, и самому опоздавшему.
— Но, может быть, мы сейчас все вместе…
— Чао! — Демонстрируя полную финансовую независимость от представителей противоположного пола, красавица выложила на скатерть две монеты по двести песет. — Хватит? Встретимся в «Каса Пачин».
И прежде чем мужчины успели должным образом отреагировать, она легко поднялась и шагнула на улицу.
— Чертова баба, — по-немецки подвел итог раскрасневшийся господин Юргенс. Но затем перешел на английский:
— Хороша, верно?
— Эбсолютли! — подтвердил Виноградов. Честно говоря, он был очень рад, что на этот раз «контактом» оказалась именно Габриэла.
Неожиданный, но приятный подарок судьбы — за долгие годы оперативной работы у майора создалось впечатление, что красавицы-шпионки встречаются только в плохих детективных романах. Ан — нет! И плевать. что первая встреча комом.
— Надоело это газированное пойло!
— Да, пожалуй, — глядя вслед удаляющейся загорелой фигурке рассеянно кивнул Владимир Александрович.
Как, однако, она прозрачно намекнула — и насчет восьми часов, и насчет опоздавших… С другой стороны, сама не без греха — не смогла отвязаться от приставучего кавалера! Все равно при нем толку от встречи не было бы никакого.
Кстати, о кавалере — нужно ни в коем случае не подавать виду, что третьим лишним за столиком оказался именно немец. В целях конспирации, да и вообще…
— Эрих, давай я закажу водки?
— Водка здесь дерьмо! Лучше — два рома с колой. Пробовал?
— «Куба либре». У нас это тоже было когда-то модно.
Заказали. Выпили…
— Слушай, Эрих… Я, наверное, не вовремя появился? — следовало продемонстрировать, что немец ни секундочки не должен считать его конкурентом в борьбе за расположение Габриэлы.
— Брось, русский! Ты, конечно, опоздал, но…
— Прости, пожалуйста, — каждое слово, произнесенное собеседником, было само по себе понятно, однако общий смысл фразы никак не укладывался в голове. — Кто и куда опоздал?
— Ну, не я же! Я-то как раз пришел в эту дерьмовую забегаловку ровно в восемь. — Господин Юргенс сунул руку во внутренний карман широкого светлого пиджака. — Думал, пока посижу, почитаю…
И на столике, между не убранными ещё бутылками из-под сидра появился сложенный пополам журнал.