Танец с дьяволом

Адам Сара

– Давай покажи, на что способна, Лиса! – намеренно провоцирует он, сильнее вжимаясь в холодное оружие. – Дави резче, один рывок, и сможешь избавиться от меня.

– Ты больной! – У меня подкатывают слезы. Он должен был испугаться и отступить, а не лезть на рожон…

– Воткни его, Сара! – Помещение сотрясает грубый рык Артема. – Взялась – доводи дело до конца! Никогда не давай заднюю!

Каждое слово заставляет меня дрожать сильнее, мои смешные попытки припугнуть просто жалки. На что я рассчитывала? Какая же я глупая, он как брал силой, так и продолжит, несмотря на угрозы…

Выход только один: убить себя или его.

Рука обессиленно опускается вниз в отчаянном жесте, но

затем, поднявшись вверх, разрезает воздух между нами. Артем сразу понимает, что я собираюсь сделать, это читается в его тяжелом взгляде. Я прикладываю нож ребром лезвия своей шее, да с такой силой, что оставляю на коже мелкие порезы, из которых на подол белоснежного платья, пачкая его, начинает капать алая кровь.

– Я убью себя! Мне уже нечего терять, слышишь?! – Да, дорогой, такого поворота событий в первую брачную ночь ты точно не ожидал. Надавливаю сильнее, отчего ручеек начинает бежать плотной теплой струей, уже стекая по шее на плечи и грудь.

– Убери нож, дурная! Покалечишься! – произносит он, как будто маленького ребенка воспитывает.

– Я. Сказала. Отойди. От. Меня! – Из горла вырывается истеричный вопль оттого, что он не воспринимает меня всерьез. Арт делает ленивый шаг назад, видимо лишь бы я угомонилась, но это не помогает. Процесс запущен, и обратного пути нет.

Колени подгибаются от бессилия. Я оседаю на пол, громко всхлипнув. Хочется волком выть от несправедливости, что вокруг творится… Почему именно на мою долю выпала участь жертвы со стокгольмским синдромом?! Почему моя семья повязана криминалом?! Цепочка пошла от проклятого Олега и привела в капкан к главе клана «Кольт». Я вообще никогда не должна была с ним встретиться! А теперь вынуждена жить, терпеть близость и делить постель непонятное количество времени с больным, сумасбродным бандитом! Я же свободный человек, личность, в конце концов, у которой есть свои планы, мечты и желания! А их просто смяли, как ненужную бумагу, и сожгли!

Сбежала от одной мафии, а попала в лапы другой!

Глава 12

Плещу ледяной водой себе в лицо, стоя перед зеркалом шикарной ванной комнаты. Утро выдалось по-особенному дрянным практически из-за отсутствия сна этой ночью. Стыдливо прячу глаза от собственного отражения из-за вспыхнувшей в голове сцены, вспоминая о том, что я вчера закатила…

Не ожидала от себя подобной истерики, да и Артем, наверное, в принципе, тоже. Пристальный взгляд бандита не забуду никогда, он смотрел на меня с примесью удивления и даже, какого-то черта, уважения, что ли?.. Неужели ему понравилось, что я сумела дать отпор, или моя фантазия сыграла злую шутку?

А после… после случившегося шоу он, к моему удивлению, успокаивал меня, терпеливо гладя по волосам, и игнорировал стекающие слезы, насквозь промочившие его светлую рубашку. Все происходило в немом молчании: полумрак комнаты, всхлипывающая горе-жена и насильник-муж. Хороша парочка, ничего не скажешь! Не знаю, почему я дала ему прикоснуться ко мне, позволила утешать и убаюкивать, ответа на этот вопрос нет даже у меня. Когда кое-как только под утро получилось заснуть, Артем испарился. Возможно, мне все почудилось, а его и вовсе не было рядом?

Выходить из комнаты невероятно стыдно, сталкиваться с Князевым нет желания. Разумом я понимаю, что вина за мой срыв полностью лежит на нем, но тем не менее неловко мне. Уверена, Артему подобное чувство незнакомо. Часы показывают двенадцать часов дня, в желудке предательски урчит, и я вынужденно покидаю укрытие в виде спальни, предварительно приняв душ и накинув на себя мужскую футболку длиной до бедер из-за отсутствия собственной одежды в его квартире.

Выйдя наружу, не

слышу ни единого шороха. Ну и замечательно, значит, в квартире я одна! Вряд ли Князев часто проводит время дома, а это значит, что я буду предоставлена сама себе ежедневно до наступления ночной смены в клубе.

Зайдя на кухню, обнаруживаю все в том же состоянии, что осталось вчера: заставленный едой стол и отодвинутые стулья. Тяжело вздохнув, принимаюсь за уборку, лишь бы скоротать время и параллельно придумать причину для начальства сегодня вечером, почему я отсутствовала целых два дня на рабочем месте. Придется немного помурлыкать перед Шоном, он парень добрый, все поймет и прикроет перед руководством.

Половина закусок испортилась из-за того, что в помещении слишком жарко. С горечью смотря на канапе с семгой, безжалостно выбрасываю в мусорное ведро, то же самое происходит и с остальным. То, что спасти удалось, накрываю пищевой пленкой и убираю в холодильник. Грязную посуду складываю в раковину и мою, а затем насухо вытираю салфеткой. Только после этого замечаю, что здесь имеется посудомоечная машина и я могла не мыть вручную. Все-таки хорошо, что раньше дома, в России, быт я вела самостоятельно, потому что мама была занята работой круглые сутки. Зато сейчас я все умею, и учить меня, что и как делать, не нужно. В сердце мгновенно начинает колоть от тоски по семье – до такой степени, что хочется волком выть.

Когда вокруг все блестит и сверкает, потому что я еще и фасад шкафов протерла, довольная собой, беру из корзины зеленое яблоко и, откусив сочный кусок, разворачиваюсь, чтобы выйти, но подскакиваю на ровном месте, еле сдержав испуганный вскрик. В проеме в темном спортивном костюме, скрестив руки на груди, стоит не кто иной, как Артем. Он выглядит вспотевшим: по всей видимости, занимался спортом или вернулся с пробежки.

– Уже ухожу, – тихо сообщаю ему и, опустив голову, прохожу мимо, но Князев заставляет меня притормозить, схватив за кисть. – Что? – бурчу, опасаясь, что он снова нападет на меня со своими озабоченными припадками.

– Как ты? – Чего-чего, но такого вопроса я точно не ожидала от человека, которого заботит только он сам.

– Великолепно! Просто прекрасно! – плююсь ядом, выдергивая руку, и покидаю кухню. Еще смеет спрашивать, как я?! После всего пережитого по его вине, после всех действий, которые снежным комом навалились за короткий срок, так что я даже опомниться не успела, как оказалась окольцована! Да пусть вообще спасибо скажет, что не прирезала его!

Гневно топаю, собирая внутри все больше и больше агрессии по отношению к нему. Прохожу в гостиную и застываю на месте как изваяние, увидев смирно сидящую на ковре черную бойцовскую псину, с интересом смотрящую на меня. Яблоко выпадает из рук прямо на пол и укатывается, а я с дикими воплями разворачиваюсь и бросаюсь обратно на кухню. Захлопнув за собой дверь, прислоняюсь к ней спиной. Сзади слышится агрессивное гавканье и топот; в страхе, что животное ворвется внутрь, отлепляюсь от двери и, визжа от страха, прячусь за спину повернувшегося Артема, который до этого стоял со стаканом воды в руках.

– Там собака! Огроменная! – Хватаюсь руками за его худи, как за спасательный круг.

– Собака? – переспрашивает он с напускным, как я потом поняла, удивлением.

– Ты что, не слышал лай? Она прям за дверью! – Тяжело дыша, смотрю на повернувшего назад голову Князева, на котором я буквально повисла.

– Гонишь? Где? – Артем сует стакан мне в руки, я беру его на автомате и ставлю на столешницу, даже не взглянув.

– В гостиной, Артем! – киваю истерично на дверь. Бугай делает шаг вперед, я же следую по пятам, как ребенок, боящийся потерять маму в толпе, и не отступаю ни на шаг.