Танец мертвых
Шрифт:
– Добро пожаловать, Уилен, – выступила вперед Дева. – Ешь и отдыхай, все будет рассказано за обедом.
Они окружили себя кругом света в темноте, сев за обед. Уилен с удовольствием выслушал рассказ Лариссы о ее приключениях в топях и весело смеялся над поведением Длинноухого, признавшего Лариссу.
– Его другом стать нелегко, – сказал Уилен. – Если ты услышишь выражение «осторожен как Длинноухий», то это означает очередной кризис его доверия.
– Вероятно, будет в соответствии с
– У меня прекрасный учитель, – ответила Ларисса комплиментом на комплимент.
– В таком случае… – Уилен помедлил, затем спросил: – Ты знаешь, кто ты? Ты помнишь свою первую поездку в Сурань?
Танцовщица утвердительно кивнула, облизывая слегка обожженные пальцы. Уилен внес элемент напряженности в беседу, причины этого ей были неизвестны:
– Я больше не боюсь топей, если тебя интересует это.
Юноша облегченно вздохнул:
– Ты не представляешь, как мне это приятно слышать, Ларисса.
– А что нового с кораблем? – прервала, молчание Дева.
– Лонд укрепляет свои позиции, – помрачнев, ответил Уилен.
Ларисса поежилась, хотя бы теплый вечер. Уилен подвинулся к ней, полуобняв ее. Ларисса взглянула на него:
– Сколько их?
– Почти вся команда теперь. Не считая Касильды, артисты остались нетронутыми. Но, как я понимаю, здесь возникнут трудности. В помещении, где содержатся пленники, слышна музыка спектакля, в который вплетены волшебные чары. Лонд хитер и понимает, что только живые артисты издают волшебные звуки, а зомби этого не могут.
– А почему Касильда стала… – Ларисса не смогла окончить фразу из-за того, что в горле образовался комок желчи.
– Должно быть, она увидела что-то, что ей нельзя было видеть, – ответил Уилен.
– Вероятно, это так. Я полагаю, что Дюмон убил неудобных ему артистов раньше. Лиза, у которой Касильда была дублершей, была убита, причем убийц найти не удалось. Возможно, она обнаружила рабовпленников. – Она покачала головой: – Какая грязная история!
– Как пленники? – спросила Дева.
– Держатся.
– А Буки?
– Он подружился с лисьим лоахом. Я думаю, что Буштейл пойдет против своего брата из-за него. Это доведет Длинноухого до припадка, – сказал Уилен.
– Сколько времени ты еще выдержишь? – спросила Дева.
Улыбка сошла с лица юноши:
– Не знаю. Я направил их кружными путями, насколько это возможно, не возбуждая подозрения Лонда. Он ведь знаком с топями. Я пока могу выезжать на том, что знаю глубины и фарватер, но это долго не протянется.
– Он всегда был хитер в своей корысти. Ты протянешь неделю? Или две?
Уилен трезво оценил ситуацию:
– Самое большее несколько дней.
– Лариссе потребуется больше времени.
– У нас нет этого времени.
Дева отвернулась и прошла к краю опушки. Лариссе была видна ее стройная фигура. Дева стояла неподвижно.
Танцовщица обратилась к Уилену:
– Я рада, что все обошлось. Я боялась, что тебя заподозрят.
– Все идет хорошо. Мне все доверяют. Это очень удобно.
Ларисса была довольна. Вокруг юноши крутились блуждающие огоньки.
– Они тебя любят. Я впервые вижу их после моего появления на острове.
– Как не любить. Я – один из них.
– Ты – блуждающий огонек?
– А ты не знала?
– Откуда?
– Я полагал, что Дева… Ты разве не помнишь, когда ты стала Белой Гривой? – Ларисса кивнула. Уилен положил свою руку на ее. – Я был тем блуждающим огоньком, который не хотел покинуть тебя, когда отец увел тебя, – объяснил он. – Когда Дева спросила, кто добровольно хочет обратиться в человека, я тотчас же согласился. Я стал человеком ради тебя и ради моего народа.
– Так ты не полностью человек? – прошептала Ларисса.
– Не совсем.
Тихая радость Уилена растаяла как лед в тепле. Он почувствовал испуг:
– Я в достаточной мере человек. Посмотри! Мои руки покрываются мозолями, периодически мне нужен сон, еда…
– И ты читаешь мысли прикосновением, – возразила Ларисса, складывая руки на груди. – Что происходит?
– Ларисса! – Глаза Уилена увлажнились. Он неловко поднялся и пошел к Деве.
Ларисса беспомощно посмотрела вслед ему. Не зная, что делать, она занялась огнем. Временами она поглядывала на две фигуры в тени. Они не спеша переговаривались. Она видела, как Дева обняла Уилена, а он положил голову ей на грудь, как ребенок. Ларисса вздохнула и стала готовить себе постель из мха.
Через некоторое время к ней подошла Дева:
– Не сердись на Уилена. Он стал тем, кто он есть, из любви к тебе. Не полностью человек, но он никогда не сможет стать снова блуждающим огоньком. Он вполне естествен, Ларисса. Будь добра к нему. Поговори с ним, прежде чем он вернется на плавучий театр к своим обязанностям.
Она повернулась и растаяла в лесу, потерявшись из виду.
Танцовщица села, когда к ней подошел Уилен. Ее лицо отражало теплоту костра, а волосы – холод лунного света. Не произнеся ни слова, он сел подле нее, глядя на звезды. Затем он повернулся к ней, и она удивилась той боли, которая была видна в его глазах. Они молча смотрели друг на друга, затем Уилен нарушил молчание.
– Настало время истин, – сказал он тихо. – Надо высказаться сейчас, иначе мы будем жалеть, что не высказали правды, когда было можно.