Танец Дилиаков

Тесленко Александр

– Путь познания никогда не бывает прямым, Зоряна.

Она кивнула:

– Я знаю это, Центурион. Но порою становится так обидно и больно терять друзей... Нет, я все-таки скажу ему сама. Пусть Драголюб вспомнит моего отца и увидит, что я унаследовала его характер.

– Послушай, Федор, - громко сказала Зоряна.
– Когда еще на Базе мы обсуждали нашу программу, помнишь, кто-то говорил о гравитационной западне?

– Помню. Это был Виктор Гар.

– Да, мальчишка-аспирант, ты так издевался над ним. Говорил, что из него получится хороший фантазер, так здорово он придумывает разные теории. Но наука, как ты говорил, интереснее и сложнее любой сказочки.

– Зоряна,

я понимаю, что ты хочешь сказать. Твой отец тоже считал, что я... Но разве стоит напоминать об этом сейчас?

– Ты не мог серьезно воспринимать мысль о гравитационной западне на Центурии только потому, что наши экспериментальные установки пока еще похожи на игрушки. Не мог допустить, что на этой планете может существовать...

– Зоряна!
– воскликнул Драголюб.
– Ты хочешь, чтобы я извинился? Пожалуйста... Но не забывай все-таки, что у нас... гости...

– Извините, - обратился он к центурианам.
– Зоряна Астрагал говорит правду - я не верил, что когда-то на Центурии существовала развитая цивилизация. Не верил... Но сейчас вижу, что был не прав. Создать искусственные "черные дыры" могли только мыслящие существа чрезвычайно высокого уровня развития...

– Искусственные "черные дыры"?
– переспросил Тиридан, и мы ощутили в голосе из прибора растерянность и любопытство.

Драголюб принялся рассказывать, подбирая самые простые термины и сравнения. Сначала говорил про башню необычайной высоты, которая рушится от собственного веса, потому что не выдерживает нагрузки первый этаж. Потом перешел к громадной массе где-то в космосе, которая сама собой сжимается в маленький шарик под действием силы притяжения. Затем рассказал, как после познания законов гравитации были созданы генераторы этого поля и появилась возможность, по крайней мере теоретическая, рождения "черных дыр" даже на самой планете. Достаточно генерировать поле такой интенсивности, чтобы вызвать гравитационный коллапс... Федор не вдавался в подробности. Не говорил, что землянам уже несколько столетий не удается достичь критического уровня интенсивности гравитации. Ничего не сказал о проблеме стабилизации, отделения гравитационной западни от окружающей среды поясом антигравитации. Эти проблемы решались на Земле пока лишь на бумаге. Но Драголюб рассказывал обо всем этом как о самых привычных вещах. Такой уж был у него характер, счастливое свойство всегда быть уверенным в собственной правоте. Говорил убежденно, давало себя знать то, что когда-то преподавал в политехнической академии. Он умел заинтересовать своим рассказом.

Тиридан и его товарищи завороженно слушали, а Зоряна улыбнулась: "Умеет же! Если б не знала его, сама бы заслушалась".

Тиридан смотрел через шлем, широко раскрыв и без того большущие глаза. На его сером лице сменялись чувства страха и любопытства. Так смотрят люди в пропасть, в глубины космоса. Страх, отвага, ребячество и глубочайшая мудрость в этом взгляде.

– Мы должны выработать общую программу исследований.

– Вы хотите пойти туда?

– Куда?
– спросил Драголюб, хотя прекрасно понимал, что имел в виду Тиридан.

– В зерна Мейбомия...

– Думаю, что нет, - спокойно ответил наш командир, но глаза его заблестели.
– Мы еще не готовы к этому. Хочется сначала получше изучить, как устроены эти штуковины. Ваша древняя цивилизация имела такой высокий уровень... Одним словом, нам нужно еще немного подучиться.
– Он напряженно улыбнулся.
– Мы, земляне, не можем еще создавать такие большие гравитационные ловушки...

И вдруг засветился восьмой экран видеосвязи. На нем появилось лицо Франциско Трелинга.

– Слышите меня?
– с усилием выдавил он

из себя.

– Трелинг?!
– Драголюб мгновенно оказался возле пульта.

– Да, Федор, это я. Кажется, меня не подменили.

– Франциско?!

– Да не смотрите на меня, как на призрак. Сейчас все расскажу. Я, кажется, жив, - ужасно хочу есть... Когда моя машина упала, я выключил генератор антигравитации и почувствовал какую-то странную слабость, впал в забытье...

– Ты смеялся, Франциско.

– Возможно. Я этого не помню, потерял сознание. А когда опомнился, включил генератор антигравитации. И сразу почувствовал, как снова наваливается слабость. Успел лишь взглянуть... Всего на миг. Был яркий свет. Какое-то дерево... но оно двигалось. По крайней мере так показалось. И еще какие-то существа... похожие на людей, но зеленые...

– Такие, как дилиаки на рисунках Астрагала?
– перебил его Вилли Брет.

– Нет, больше на людей похожи... на центуриан... но зеленые. Я видел их вверх ногами, не могу сказать сколько, но больше одного. Вот, пожалуй, и все. Когда снова пришел в сознание, за иллюминатором светились звезды на небе. Долго не мог ничего понять. Припоминал все по порядку - упал, машина врезалась левым ребром, потом выключил генератор... И еще вспомнил тень от руки того зеленого существа. Громадная тень на блистере. Длинные или удлиненные проекцией пальцы... Точь-в-точь человеческие. У меня в голове сейчас страшный хаос. Исчезло чувство реальности. Склонен думать, что все это мне приснилось или померещилось. Я немного ушибся при падении. Может, видения эти анормальны? Результат сотрясения?

– Франциско, как себя чувствуешь сейчас?

– Не знаю... Никак. Вроде бы это вовсе и не я, а кто-то похожий на меня. Тело легкое или тяжелое - не понять. Чужое тело... Но ничто не беспокоит.

– Ты понимаешь, что произошло с тобой?

– Кажется... Гравитационная западня?

– Да.

– Я уже более часа пытаюсь выбраться отсюда, но это невозможно. Я - как во сне. Действовал как сумасшедший. Долго надрывал генератор, стараясь взлететь. Потом пробовал выехать на гусеничном ходу. Все впустую. Наконец меня осенило, и я вспомнил о вас, о нашей "Центурии". Радиосвязь не действует. Вы не отвечали. Потом я вспомнил про аварийный дублирующий блок нейтринной связи... Хочу есть. А в машине у меня ни крошки, - болезненно улыбнулся Франциско.
– И никто мне теперь ничем не поможет.

– Мы что-нибудь придумаем, ты не волнуйся.
– Голос Драголюба задрожал.

– Вряд ли, командир. Придумаю я сам. Я уже решил. Мне терять нечего. Опять - туда! Пусть накормят, - пошутил он.
– Меня пригласили в гости, и я не могу отказаться... Очень рад, что сумел связаться с вами, сообщить вам всем, порадовать, что это еще... еще не смерть...

– Не торопись, Франциско.

– Не тороплюсь. Просто я все уже продумал. Помочь вы мне не сможете. Я произвел расчеты. Масса моей машины семнадцать тонн. Интенсивность поля в стабилизированной системе должна быть не меньше трехсот граве. Жаль, что не могу замерить. Если диаметр этой штучки 13 804,66 метра, как мы определили локаторами...

Но тут вмешался Тиридан:

– На Плато Вечности все видится не таким, каким оно есть на самом деле. Так написано в книге Борукана.

– Кто это? Чей голос?
– воскликнул Трелинг.
– Слышу речь диору. У вас гости?

– Да. У нас Тиридан с двумя товарищами... Ты его знаешь по видеозаписям Астрагала.

– Тиридан? Пусть подойдет к телекариусу, чтобы я мог видеть... Спасибо... Все еще в таких же черных комбинезонах... Так что вы сказали? На Плато Вечности все видится не таким, каким оно есть на самом деле?