Танец демона
Шрифт:
Герцогиня на глазах теряла свою красоту, трансформируясь в чудовищную фурию. Её змеиные волосы шипели на разные голоса, создавая страшный шипящий шепот в комнате. Свернули сталью удлинившиеся когти. Мелькнула тень. И мелодичный звон встретившейся стали.
Потрясенный Рубин увидел, что в руках его гостя сверкают два клинка. Тех самых, которыми он победил Тумана в поединке. Как? Все его оружие должно было быть у Горечи!
— Живые клинки! — шелест страшного женского голоса. — Империя еще помнит секрет их изготовления.
— Это
Яростный рев оскорбленного чудовища.
И Император Крина очень четко понял, что кто-то сейчас здесь ляжет мертвым.
Он одним рывком пересек комнату, в железные тиски, зажимая тонкие запястья имперца, но, уже осознавая, что опоздал.
Сияющая сталь вошла в плоть и замерла, не имея возможности двинуться дальше.
Синие глаза цвета осеннего неба, с темными безднами, как холодные колодцы взглянули в алые.
Герцогиня отшатнулась, снимая себя с меча, и медленно опустилась на ковер.
— Жаль, что я встретил тебя только теперь, — мягко улыбнулся Янусу Рубин. — Возможно, тогда бы не было Раскола.
И все-таки все еще мальчишка, подумал он про себя, видя, как расширяются его зрачки и теряют свою льдистость.
Он отпустил его.
— Уходи, Янус. Сейчас тебе лучше уйти. Горгона моя, и только моя. Ни тебе, ни Сурану не решать её судьбы. Тем более моей. Я выслушал тебя и понял, что хотел сказать мне твой император. Думаю, ты понял мой ответ.
Он взглянул ему в лицо и кивнул:
— Вижу, что ты его понял. Хорошо.
Рубин опустился на колени рядом с Изначальной, рядом со своей леди, и положил руку на её рану. Её змеи ластились к нему, как обиженные любимцы.
Янус мрачно смотрел на него.
Император почти гневно вскинул голову:
— Убирайся, Ян! Пока я не сделал тебя своим, забрав тебя у твоего Императора!
Имперец вздрогнул и вылетел из кабинета, плотно закрыв за собой дверь.
— Господин! — Тамир рванул мне навстречу, но резко остановился. Умный мальчик.
Я взглянул на Лорда Горечь, который мрачно созерцал мои клинки, обагренные кровью.
— Идите туда, Лорд. Императору потребуется Ваша помощь. Я ранил Леди Горгону.
— Это невозможно!
— Все в этой жизни возможно. Возможности — это весьма безграничное явление. Особенно, если с перепугу, — криво усмехнулся я. — И не волнуйтесь, Ваша охрана приглядит за мной, до ваших или императорских дальнейших распоряжений. Хотя, что-то мне подсказывает, что нас довольно быстро отправят обратно домой. Я встал поперек горла даже Его Величеству.
Кринит резко кивнул и вошел в комнату.
Очень хорошо. Я устало прислонился к стене.
— Ну и денек.
— Вам надо отдохнуть, повелитель, — Тамир остановился рядом, встревожено рассматривая мое лицо.
— Надо, — кивнул я. — Очень надо, Тамир. А еще я бы не отказался
7.
— Мне приказано продолжить Ваше сопровождение, — он стоял, почти потупив глаза.
Мальчик боялся меня еще больше, чем в нашу прошлую встречу. Однако в наклоне его головы я читал искреннее восхищение. Так восторгаются слабые, когда сильные уничтожают их врагов и обидчиков.
История о том, что я сражался с Леди Горгоной и остался жив, расползлась видимо по всему Крину. А дополнение к ней о том, что я послал Лорда Горечь на верную смерть и этот хитроумный демон поддался мне, была просто шедевральной.
Действительно, я убил Горечь тем, что послал его в кабинет, где Изначальной срочно требовалась энергия для выживания… И Император согласился пожертвовать своим лучшим воином и стратегом ради своей безответной любви. А может он просто не успел помешать… Говорят Горгона и Горечь не лишком ладили между собой.
Я склонялся ко второй версии, не так уж я и наивен. А император достаточно опытен, что бы просто так потерять такого воина, как Горечь. Особенно накануне войны.
Я переплел пальцы рук и аккуратно уложил их на поверхности стола, только после этого взглянул на своего юного гида.
— Это странно, что тебе приказали продолжать сопровождение… Ведь мы покидаем Крин.
На меня посмотрели с тихой ненавистью:
— Его Величество лично приказал мне проводить Вас до самой границы. И проследить, пока Вы не скроетесь из виду.
— Ага, — задумчиво кивнул я. — А почему не кто-то поопытнее? И поопаснее? Он сказал что-то на эту тему?
— Сказал, — опустил он глаза. — Сказал, передать Вам, что терять лучших воинов в ваших смертельных объятиях ему надоело.
Наверное, это горько, малыш, когда император напрямую сообщает тебе, что ты никчемен. Наверное, именно поэтому ты сразу из его кабинета направился в апартаменты раненной герцогини. Какая жалость… Его Императорское Величество Рубин действительно не любил терять своих людей. Он сделал все, чтобы ты не достался мне. Даже убьет тебе своими собственными словами.
— Хорошо, Ворон, — я кивнул. — Я понял. Спасибо.
Он поклонился и вышел.
Я откинулся на спинку стула и горько улыбнулся. Да, Ваше Величество, Вы достойный противник. Жаль, что мы по разную сторону баррикад.
И я долго не забуду Вашу угрозу, сделать меня своим. Вы разгадали мои планы насчет Ворона. Мальчишка все-таки умрет. И я постараюсь сделать все, чтобы он не успел воспользоваться своим смертельным сюрпризом.
А пока пусть потанцует.
Ворон лежал на своей кровати и рассматривал потолок. Его терзала тоска. Он знал, что умрет. Он сам выбрал свою смерть. Наконец-то сам. Он больше не игрушка в руках кого бы то ни было. Ни императора, ни Лорда Януса, ни своих братьев. Они все послали его на верную смерть. Однако он нашел четвертый путь. И свою смерть он выбрал сам.