Танцы во льдах

Лисина Александра

Да. Я знаю сейчас, что права. Потому что ты все-таки коснулся ее, молчаливый призрак прошлого. Взял своими когтистыми пальцами, потянул, уверенный в своей безнаказанности, но не доглядел, что в тот момент моя голубая хранительница уже обрела новую хозяйку. Ты так глупо оплошал, мой скрытный и двуличный зверь. Расслабился и непростительно подобрел. А она в ответ ударила тебя всем, что накопила за долгие годы ожидания. Всей моей болью, страхом, отчаянием и горечью, с которыми я смотрела когда-то в твои черные... такие же черные, как сегодня... глаза.

Она отбросила тебе далеко за пределы видимости, демон. Она ошеломила тебя, едва не сломала волю, надломила гордые крылья и надолго заморозила, лишив всякой возможности спастись из этого позорного плена. Она сделала тебя совершенно беспомощным - как недавно, в Кроголине, когда я бездумно

приморозила тебя к полу. Не в первый раз, верно? Но и не в последний. Да, в ту ночь я не смогла многого. Я слишком устала и почти потеряла сознание. Я даже не помню, как это сделала! Но, тем не менее, смогла тебя обездвижить - как раз на то время, пока, привлеченный слухами об оборотне и запахом необычной магии, туда не пожаловал благословенный господин Ригл. Он не знал ничего о Крылатых, оберонах и прочей мерзости, что еще уцелела в нашем мире после Последней Битвы. Не знал о погоне, о жемчужине, за которой ты так настойчиво гнался. В тот день он... хвала Двуединому!.. увидел только одно - истерзанное тело у самой воды, которое уже не поддавалось опознанию, и бешено рвущегося на волю зверя, в котором и признал свою долгожданную удачу.

Благодаря какому чуду и какому провидению у него в тот день оказалась с собой клеть из гномьей стали с вкраплениями черного серебра, я не знаю. И, вероятно, никогда не сумею понять. Как, на кого и зачем он тогда охотился со столь внушительным арсеналом, мне тоже неведомо. Но черное серебро тем и ценно, что признает, во-первых, лишь одного хозяина, а во-вторых, очень больно бьет по тому, кто рискует его сломать. Даже если это окажется ослабленный и взбешенный от неудачи Шиир.

А потом все оказалось просто: пока я выздоравливала и ведать не ведала о том, что случилось, ты благополучно путешествовал по Симпалу в образе свирепого оборотня, на котором милейший господин Ригл сумел так славно набить свои карманы. Пока я хромала и мучилась страхами, он все-таки нашел способ укротить твою ярость, Шиир. Сумел отыскать (случайно, конечно!) твое единственное уязвимое место, но при этом настолько удачно вложил свой капитал в ту проклятую клетку, что она смогла, вопреки ожиданиям, удержать даже тебя. И это стало бы твоей погибелью, если бы не наша вторая встреча... случайная, совершенно случайная, но по-настоящему роковая встреча, которая будет стоить мне слишком дорого.

Я не знаю, почему ты оставил меня тогда в живых, Шиир, ведь вполне мог закончить, наконец, с этой нелепой погоней. Возможно, сил уже ни на что не хватало. Возможно, в бреду позабыл, кому именно обязан этим кошмарным пленом. Но в то прекрасное утро в Тирилоне мы снова чудом с тобой разминулись. К счастью, наверное, что я не застала тебя на месте? Потому что, если бы ты меня все-таки дождался в тот день на пустом чердаке, вряд ли я смогла бы сейчас смотреть в твои холодные глаза. Вряд ли смогла бы стоять и медленно умирать от того льда, который был в них так хорошо спрятан прежде. Да. Это так. Не зря я тебя когда-то перепутала с НИМ. Выходит, действительно не зря.

Я знаю, кто я, Шиир. Я могу сложить два и два и понять, что за народ когда-то дал мне жизнь. Могу предположить, что раз уж демоны Иира оказались далеко не так красивы, как это изображено на картинках, то и их вечные противники вряд ли будут соответствовать ожиданиям смертных. Точнее, не противники, а самые что ни на есть противницы... Аллиры. Повелительницы Бурь. Белокрылые Девы Небес. Светлые Жрицы, с которыми у вас столько веков идет непрерывная и кровавая война. Ведь если есть на этом свете вы, то и они наверняка где-то близко. Такие же живые и непримиримые.

Я знаю теперь, зачем ты преследовал меня после Тирилона, Ширра. Догадываюсь, почему эта крохотная жемчужина стала так важна для вас, Повелителей Гор. Я даже знаю в глубине души, от кого мне достались такие пугающие глаза и безупречно белая кожа, и верю, что моя способность менять обличья во многом обусловлена именно этим, но...

Я дам тебе возможность ответить на этот вопрос самому. Сегодня. Сейчас. Потому что я должна услышать от тебя причину, по которой ты привел меня этой ночью сюда, в самое средоточие мощи своего народа. К подножию Мглистых Гор и основанию Летящих Пиков, где начиналась эта долгая история, и где, вполне возможно, она очень скоро и закончится. Ты долго шел к этому, мой лживый проводник. Ты долго скрывал от меня эту правду. Ты терпеливо ждал, пока мой природный страх перед тобой не исчезнет и пока я не начну тебе

доверять. Ты сделал все, чтобы все случилось именно так. Ты решился показать мне одно из своих многочисленных обличий, нашел убедительный способ заставить не пугаться и долгое время напряженно ждал, пока я, наконец, не устану бороться. И ты многого добился на этом неверном поприще, Ширра. Ты открыл, вопреки всем законам, мне свое второе лицо. Ты даже заставил себя принять общество смертных и не слишком обращать внимание на их нелепые попытки хоть немного смягчить твой тяжелый нрав. Ты заставлял себя сдерживаться на наивные просьбы малышки Зиты, стойко терпел шумное присутствие неугомонного Луки, с неимоверным трудом сдерживался в присутствии говорливых людей и вынужденно охотился, чтобы иметь возможность постоянно держать на виду меня и мою жемчужину. Ты берег меня, Ширра, ради того, чтобы однажды я вступила на эту землю. Защищал, охранял, терпеливо сносил мои прикосновения, чтобы быть более убедительным. Ты даже позволил мне взять с собой попутчиков, чтобы все выглядело достоверным, потому что хорошо знал: ни один из них не сможет противостоять твоей силе и ловкости. Как бы ни повернулось дело. Даже если бы все открылось раньше. Ты быстро заставил замолчать наших эльфов, которые, мне теперь кажется, давно знали, что же ты за зверь. Заключил недолговечную сделку с моим духом, добиваясь от него покорности и послушания в обмен на возможность в безопасности добраться до спасительной глуши. И ты, как, наверное, задумывал с самого начала, все-таки добился своего - я пришла сюда, в твое царство Иира. Пришла сама, добровольно. Вместе со своим сокровищем.

И вот, наконец, смотрю на тебя и жду: каков же будет ответ?

– Я нашел ее, отец, - донесся до меня спокойный голос Ширры.
– Ты был прав: она оказалась именно там, где мы и предполагали.

– Ларесса?
– пророкотал король демонов, довольно скалясь.

– Верно.

– Так ты принес ее нам?

– Лучше, - тонко улыбнулся Ширра, скосив глаза на побледневших от волнения эльфов.
– Я нашел того, кто сумеет донести ее сюда в целости и сохранности.

– Кого?!

По нестройным рядам шаддаров пробежал взволнованный гул, а их повелитель даже вперед подался, чтобы как следует рассмотреть торжественное лицо вернувшегося из опасного предприятия сына. Но тот только кивнул в нашу сторону и властно кивнул:

– Беллри, помоги Трис снять капюшон.

У меня внутри что-то противно сжалось, но эльф, к чести сказать, даже не пошевелился. Только побледнел еще больше, до боли прикусил губу и медленно, с трудом выдерживая потяжелевший взгляд бывшего тигра, покачал головой. А Шиалл с готовностью выдвинулся вперед, закрывая собой и брата, и меня, и даже Леха. В то время как у Ширры окончательно почернели глаза, сделав его неотличимым от сородичей, а его отец вовсе выдохнул наружу раскаленный добела пар, будто внутри него горел дикий, неугасимый огонь ярости. Той самой, которая меня всегда так пугала.

– Вы знали?
– быстро уточнил Крот, осторожно высвобождая меч.
– Вы все знали, гады ушастые? О Крылатых, демонах этих проклятых, обо всем остальном? Не могли не знать! Так?! Вы ведь сразу его признали! Верно?! Я прав?! И знали, что он приведет нас сюда?!!

– Нам запретили говорить, - беззвучно оборонил Беллри.
– Мы не были уверены, что придется идти именно в Иир. К тому же, он обещал, что никто не пострадает. Прости, Трис. Ты сказала, что веришь ему, как себе, понимаешь и доверяешь во всем...

– Господи...
– пошатнулась я. Ведь действительно: так и сказала, не зная, не подозревая даже, кого пригрела на груди. Своими руками позволила... и им не велела трогать. А Ширра...

Эльфы виновато опустили глаза.

– Он убил бы нас, если бы правда открылась раньше. И мы ничем не смогли бы тебе помочь. Прости.

Лех до скрипа сжал челюсти, а мне вдруг припомнился его странный взгляд в ночь, когда я впервые так нелепо сорвалась и ненароком продемонстрировала ему свое настоящее лицо. Вспомнила, как случайно Ширра угодил лапой в лунный свет и, будучи взволнованным, ненадолго потерял над собой контроль. Это произошло мгновенно, в долю секунды, но Лех видел, ВО ЧТО превратилась тогда тигриная лапа. Быть может, не вся, только кончик, самый краешек, но это заставило его задуматься и засомневаться. Возможно, именно тогда он начал догадываться, КТО идет с нами в обличье смирного зверя, поэтому и оставил меня в покое. Правда, как ни печально, никому ничего не сказал.