Танцы с огнем
Шрифт:
«Я не смогу убежать от пули, — подумала Роуан. — Еще немного, и я не смогу убежать от огня».
Она слышала шипение и рев подкатывающегося к ним пожара.
— Мы должны идти, Мэтт. Ты должен быть рядом с Шайло. Ей нужен отец.
— У нее есть мои родители. Они будут добры к ней. — Красные и золотые отблески пламени переливались на его потном лице. Его глаза уже не были печальными. Они были безумными. — Вчера вечером я порвал с Энни. Мне нечего ей дать. И сегодня у люка я знал, что прыгаю в последний раз. Что
— У тебя есть ребенок.
— Джим мертв. Когда я смотрю на Шайло, я вижу мертвого Джима. Я вижу, как он горит. Огонь. Мне понравилось. Не убивать. Мне нравился огонь. Нравилось разводить его, смотреть на него, смотреть, что он делает. Мне это нравилось даже больше, чем тушить его. Может, мне понравится ад.
— Я не готова умереть.
Роуан перекатилась на пятки и, когда всего в ярде от нее с диким треском рухнуло дерево, отскочила и побежала. Она услышала щелчок пистолетного выстрела и уже представляла, как пуля впивается ей в позвоночник, но смерть просвистела мимо. Ро отпрыгнула, чуть не наступив на взорвавшуюся у ног головешку.
Если ее не убьет Мэтт, убьет огонь.
Она предпочла огонь и, как мотылек, полетела на пламя.
На мгновение языки пламени окутали ее, крепко обняли, не давая вздохнуть. Она завизжала, так ей показалось, но визг, дикий и ликующий, вырвался наружу, только когда она высвободилась из удушающих огненных объятий. По инерции она пролетела вперед и приземлилась на четвереньки, заскользила по земле, обдирая ладони и колени. Она попыталась встать, борясь со свинцовой тяжестью рюкзака, выдыхая вместо воздуха дым. Лес содрогался в ревущем огне, таком же безумном, как ее преследователь.
Снова за спиной щелкнул выстрел, и Роуан снова бросилась в огненное чрево.
Он приближался. Даже сквозь рев огня Роуан слышала его шаги. Гораздо ближе, чем ей хотелось бы. Она обвела взглядом клубы дыма, волны огня.
Бежать или драться.
Хватит бежать. Какого черта он гонит ее, как свинью на бойню!
Остановившись, Роуан словно вросла в землю, выдернула из-за пояса мотыгу, обхватила ее обеими руками и приготовилась к драке.
Возможно, он ее убьет. Скорее всего, он ее убьет. Но будь она проклята, если она просто так ему сдастся, не отомстив.
За себя, за Янгтри. И даже за бедную, глупую Долли.
— Я пущу тебе кровь, — вслух сказала она. — Пусть я сдохну, но сначала пущу тебе кровь.
В пелене дыма появилась желтая рубаха, затем быстро приближающийся зыбкий силуэт.
Роуан энергично задышала, накачивая адреналин. Еще есть секунда, может быть, две, чтобы решить, швырнуть оружие или броситься в атаку, размахивая им.
В атаку. Лучше держать мотыгу в руках, чем надеяться на меткость.
Ро вдохнула побольше вонючего воздуха, закинула на
Какой он быстрый, подумала она снова, и вдруг руки ее задрожали.
Очень быстрый. Слишком быстрый. О боже.
— Галл, — выдохнула она, когда он вырвался из пелены дыма.
Она подбежала к нему, почувствовала, как он сжимает ее плечи. Никакие ласки, никакие объятия она не приняла бы с таким восторгом. Какое же облегчение.
— Мэтт…
— Я понял.
— У него пистолет.
— Да. Это я тоже понял. Ты ранена? — Он напряженно вглядывался в ее лицо. — Нет, я вижу. Можешь бежать?
— За кого ты меня принимаешь?
— Тогда бежим. Мэтт не единственная наша проблема.
Роуан собралась было бежать, но замерла.
— Постой. Слышишь?
— Это у тебя уши, как… Да. Теперь слышу.
— Он близко. Вон там, — добавила она, кивнув. — Похоже, он плачет.
— Мне его очень жаль. Думаю, нам на юг.
— Хорошо бы добраться до выжженного участка. Но если сможем добраться мы, сможет и он.
— Очень на это надеюсь. Там мы его и скрутим. Бежим. Поговорим после.
— Не тормози ради меня.
— Чушь собачья. — Галл схватил ее за руку и дернул. — Бежим.
И она побежала. Будь она проклята, если заставит его сбавить скорость. И неважно, что легкие горят огнем, что дико болят ноги, что едкий пот заливает глаза.
Она мчалась сквозь взорвавшийся расплавленный мир, ослепительный в своем красно-оранжевом безумии. Она бежала сквозь зловонный дым, перепрыгивала через горящие ветви и лужицы пламени, разбросанные по земле, как медвежьи капканы.
Если они доберутся до выжженного участка, они будут драться. И они выживут.
Ро покосилась на Галла. Пот ручьями лил по его закопченному лицу. Где-то по дороге он потерял шлем, и его волосы казались седыми от пепла.
Но глаза были ясными, сосредоточенными, решительными. Глаза, которые не умели лгать. Глаза, которым можно верить.
И она поверила.
«Мы выберемся. Мы выживем».
Что-то взорвалось позади них.
Роуан оглянулась, и у нее перехватило дыхание. В небо взвилась колонна оранжевого, стремительно разгорающегося дыма.
— Галл.
Он кивнул. Он тоже увидел.
У них не было времени на разговоры, на планирование. Даже думать было некогда. Хлестал ветер, дрожала земля. Огонь отплевывался головнями и углями, горящими сосновыми шишками.
Слева бушевали и шипели, как змеи, оранжевые с голубыми прожилками языки пламени. Взорвавшаяся коряга пролилась дождем тлеющих угольков. Дым загустел, превратившись в вату, пронизанную искрами.
Впереди рванул в небо фонтан желтого пламени, и они отшатнулись от невыносимого жара. Галл лишь крякнул, когда горящая ветвь треснула его по спине, но не сбился с ритма.