Танцы на снегу
Шрифт:
– А потом будешь тащить… труп?
Промахнувшись, Лион так и сел на пол. Но снова рванулся на меня. Только уже не драться. Облапил – и это было смешно, он вел себя как взрослый, утешающий ребенка.
Но через миг Лион тоже отпрянул и начал хохотать.
– Фиг тебе правда! – крикнул я. – Это был сон, сон, сон! Дурной глупый сон! А я живой, и ты живой, и с Инеем без нас разберутся, а дом ты себе еще построишь, с каким хочешь фронтоном и еще с фонтаном!
Держась за руки, мы смеялись еще с минуту. Так что слезы
– Ладно, давай не ссориться. А то я и впрямь начну с тобой драться, а меня же учили…
– Меня не учили, но я все равно умею, – пригрозил я. – Давай не ссориться. А то как идиоты… тут же все камерами просматривается наверняка!
Лион сразу помрачнел.
И будто подтверждая мои слова, открылась неприметная ранее дверь. Вроде бы не лифт, за ней угадывался коридор.
– Мальчики, вы где?
Голос был женский, приятный. Мы вскочили.
В холл вошла молодая симпатичная девушка в строгом брючном костюме.
– Кто из вас Лион? – спросила она с улыбкой.
А я вдруг понял – она знает, кто из нас кто.
– Я, – сказал Лион.
Зря сказал! Надо было мне назваться Лионом, пусть бы признавалась, что спрашивала для проформы…
– Я доктор Анна Гольц, – сказала девушка. – Зови меня просто Анна, хорошо?
Лион кивнул.
– Нам надо поговорить, пойдем. Расскажешь мне про твои сны, хорошо?
– Угу. – Лион оглянулся на меня, потом засунул руки в карманы и пошел за девушкой.
– Я без тебя не уеду! – быстро сказал я ему в спину. – Доктор Гольц, предупредите меня, когда вы закончите?
– Предупрежу, хорошо, – кивнула девушка.
– Хорошо, – передразнил я ее, когда дверь закрылась. Уселся в кресло и тоже закинул ноги на подлокотник, как Лион.
Наверняка Стась знал, что Лиона вызовут. Мог бы и предупредить…
Глава 4
Одному мне сразу стало скучно.
Я поскучал в кресле. Побродил по холлу – и нашел еще две незаметные двери. Не то чтобы замаскированные, таких бы я и не нашел, но сделанные «под стену».
Потом я посидел у бассейна. Шлепнул девушку по ноге – бронза была холодная и шероховатая. Оборвал кусочек мха, стал рассматривать. Вроде настоящий, не синтетика для красоты…
Хоть бы рыбок пустили в воду!
Вернувшись в кресло, я попытался представить, что там с Лионом. Ну не режут же его на кусочки, это понятно… наверное, надели шлем на голову и снимают всякие энцефалограммы. А чем занят Стась? Излагает совету фагов все, что про меня думает?
Я задумался так сильно, что не сразу почувствовал, как бич соскользнул с руки и просунул головку под воротник. Только когда он стал вкручиваться в нейрошунт.
Может, и стоило отдернуть голову. Мало ли что вздумает сумасшедший бич? Но я замер, лишь вспотел от страха.
Бич успокоился, лишь подрагивал,
Я закрыл глаза и расслабился.
Вначале я услышал голос. Не ушами, а внутри головы. И это был голос Стася.
– Поэтому я уверен, что мы имеем дело именно с цепочкой случайностей. Вероятность привязки бича существовала, рано или поздно мы должны были столкнуться с подобным случаем.
– Хорошо, Стась… – Этот голос был мне незнаком. – Допустим. Вся история Тиккирея фантастична, почему бы не поверить в еще одно совпадение?
Тот, кто говорил, явно иронизировал.
– Что в ней фантастичного? Мы проверили Карьер. Тиккирей покинул его на контейнеровозе «Клязьма». Мы проверили «Клязьму». Экипаж действительно пожалел мальчика и высадил на Новом Кувейте. Водителя такси я тоже проверял, отчет вам знаком. В кемпинг мальчик попал случайно.
Передо мной начала появляться картинка. Мутноватая, подрагивающая, но все-таки понятная. Очень длинная комната с таким же длинным столом. И люди в креслах. Точнее – фаги в креслах, слушающие Стася. Я видел все его глазами?
Нет! Я видел и слышал то, что видел и слышал его бич!
Удивляться я не стал, я же знал, что у бича масса способностей. Вот удивительно только, что мой бич и бич Стася наладили между собой связь.
– В конце концов, что даст похищение бича? – спросил кто-то. – Я склонен признать правоту Стася… в данном вопросе. Восемнадцать бичей данной модификации были потеряны… в трех случаях мы точно знаем, что они попадали в руки асоциальных элементов. Даже если кому-то удастся скопировать устройство…
Говоривший пренебрежительно махнул рукой. Один из тех, кто сидел в торце стола, напротив Стася, негромко, но властно произнес:
– Тогда предлагаю закрыть данный вопрос. Гораздо важнее решить, что мы будем делать с мальчиком?
Наступила тишина. Кто-то встал и вышел из-за стола. Снова заговорил Стась:
– Почему бы нам не оставить все как есть?
– Бич.
– В данном виде он не является оружием.
– Стась, вам прекрасно известно, как легко вернуть ему все боевые способности.
– Тиккирей не станет этого делать. Даже в свои годы он обладает чувством ответственности. Жизнь на Карьере…
– Стась, в любом случае мы не имеем права передавать оружие человеку. Ни ребенку, ни взрослому.
– Забрать у него привязавшийся бич – значит уничтожить оружие. Без хозяина он не выживет. И мальчик это понимает.
Ответа не было довольно долго. Я смотрел на мутное изображение, потом Стась как-то повернул руку, и я стал видеть только стол. Зато слышать не перестал. Усталый и печальный голос того, с кем Стась спорил: