Таможня дает добро
Шрифт:
«Ну где же ты? Какого черта не звонишь? — куда поехал Барановский, Токарев прекрасно знал. — Неужели что-нибудь случилось? Нет, нет, Барановский ментов никогда сюда не приведет, никогда! Мы с ним не один год знакомы, не одно ведро чаю выпили. Да какого чая — тюремного! А тюремный чай — это совсем не то, что чаепитие на свободе, совсем не то! Нет, нет, Барановский меня не сдаст, только бы с ним ничего не случилось. Приедет, я ему сразу скажу, нет, я в этом деле не участвую, ты уж меня извини. Доводи уж его до конца
Выпив несколько глотков холодной воды, Токарев вскочил с кресла и подошел к окну. Ему показалось, он слышит гул мотора. И действительно, на дороге появился джип Барановского.
— Фу, слава Богу! — выдохнул Токарев и рукавом рубахи вытер вспотевшее лицо. — Сейчас он придет, и я ему все выложу, и пусть поступает как знает.
* * *
Но все сложилось совсем не так, как предполагали Токарев, Барановский и Дорогин. Судьбе было угодно разыграть совершенно иную карту и пустить события по иному сценарию.
Мокеев–младший открыл ворота.
— Ну как дела? — спросил он, обращаясь к Барановскому.
Тот в ответ кисло улыбнулся и моргнул левым глазом Макееву. Тот открыл дверцу, помогая Барановскому выбраться.
— Где ребята? Где Овчарка с Сильновым?
— Я их оставил, — ответил Барановский. — Иваныч на месте?
— На месте. Женщина тоже на месте, — как-то безразлично произнес Макеев–младший.
Все уже было как бы предрешено и договорено, и поэтому Дорогин чувствовал себя более или менее спокойно. Пистолет он спрятал под куртку, выбрался из машины.
— Пойдем в дом, я тебя познакомлю со своим партнером и компаньоном, — сказал Барановский.
Токарев сидел в гостиной. Он сразу же поднялся, едва Дорогин переступил порог.
— Ну что? — не очень дружелюбно спросил он, обращаясь к Барановскому.
— Порядок, Иваныч, полный порядок. Мы обо всем договорились, все обсудили. Он согласен отдать металл.
— Да? — не совсем уверенно осведомился Токарев.
— Подтверди, — попросил Барановский Дорогина.
—- Согласен, но с моими условиями.
— И что же это за условия? — спросил Токарев.
— Мы его берем в долю.
— В долю? — насупил брови Токарев. — Я что-то не понял…
— Да–да, в долю, — сказал Барановский и вытер вспотевший лоб. — Денег, Иваныч, на всех хватит, так что ты не переживай.
— Где Тамара? — вдруг прозвучал резкий вопрос Сергея Дорогина.
— Эй, Макеев, — крикнул Барановский, — проводи товарища к подруге!
Макеев посмотрел на Токарева, тот подтвердил кивком просьбу Барановского.
— Пошли, — произнес он и двинулся, как моряк по палубе подскакивающего на волнах корабля.
Вскоре
— Проходи.
Дорогин вошел в темное подвальное помещение. Дверь скрежетнула, щелкнул замок. Тамара сидела в углу, на старом диване.
Дорогин щурился, привыкая к темноте.
—- Тамара! — позвал он.
Но та уже услышала, сама поднялась, быстро приблизилась к Сергею и бросилась ему на шею.
— Наконец-то мы вместе! Зачем ты сюда приехал? — прозвучали две взаимоисключающие фразы.
— Я приехал за тобой, — сказал Сергей.
— Не надо было тебе приезжать, не надо! Они нас не отпустят!
— Не волнуйся, — уверенно сказал Дорогин, — отпустят. Куда они денутся? — он держал Тамару за плечи, пытался рассмотреть ее лицо, видел большие заплаканные глаза. — Ты в порядке?
— Да. Все хорошо. Где ты пропадал?
— Попал в историю, как обычно — сказал Дорогин.
— Я уже это поняла. Они — мерзавцы, они нас отсюда не выпустят! — на ухо прошептала Тамара.
—- Не волнуйся, выпустят. Без меня они как без рук. У меня хватило ума спрятать металл.
— Какой металл?
Сергей взял Тамару за плечи, подвел к ящику, усадил. Сам опустился на корточки, взял ладонь Тамары в свои и, заглядывая в глаза, быстро принялся объяснять все, что с ним произошло. Тамара слушала молча, и по прерывистому дыханию Дорогин понимал, она волнуется.
— Так что, они сожгли Гришу и его семью?
— Да, сожгли. Но бизнесмены ни при чем, у них свои дела…
Токарев и Барановский остались наедине в гостиной.
— Не нравится мне все это. Лучше действуй дальше без меня, — говорил Токарев быстро и настойчиво, — чувствую, добром все это не кончится.
— Не переживай, Иваныч, все идет путем. Главное, что мы сообразили взять в заложники его бабу. Я и сам не рассчитывал, что он так сильно клюнет на эту приманку. Я ему еще денег посулил… А главное, когда металл окажется у нас, мы его… — и Барановский оскалился. — Ты меня понял, Иван?
— Не надо бы! Чует моя задница, чует, добром это не кончится!
— Не умирай до расстрела, Иван, не умирай. Мы уже слишком плотно влезли в дерьмо, слишком плотно, чтобы идти на попятную!
Вдруг Геннадий Павлович Барановский засуетился.
— Погоди, будь здесь! Позови сюда своих архаровцев! — сам же он заспешил в одну из комнат на втором этаже.
Токарев слышал, как заскрипели деревянные ступеньки винтовой лестницы, как скрипнула дверь, а затем хлопнула, закрытая сквозняком.
«Куда это он? Что это с ним? Нет, надо уходить, надо завязывать! Барановский с его проблемами у меня уже в печенках сидит!»
— Эй, братья, идите сюда! — снизу послышались шаги, и в большую гостиную вошел младший Макеев.
— Звал, Иваныч?