Там, где ты

Ахерн Сесилия

— Моя мама любила повторять: прислушайся к своему сердцу, — засмеялся доктор Бартон, разряжая обстановку.

— Она тоже была психиатром? — улыбнулся в ответ Джек.

— Практически да, — подмигнул доктор Бартон. — Знаете, Джек, вы напоминаете мне одного человека, которого я очень хорошо знаю. — Его улыбка на миг стала печальной. — Так что вы намерены предпринять? — Он сверился с часами. — Учтите, у вас осталось всего несколько минут, чтобы рассказать мне об этом.

— Я уже пытаюсь кое-что предпринять. — Джек вдруг вспомнил, зачем пришел, и решил воспользоваться неожиданным шансом.

— Говорите. —

Доктор Бартон наклонился вперед и оперся локтями о колени.

— Я нашел в «Желтых страницах» одного человека. У него свое агентство. Агентство по розыску пропавших без вести, — подчеркнул он.

— Да? — бесстрастно спросил доктор Бартон.

— Я связался с этой женщиной, и мы поговорили о том, как она может помочь мне отыскать Донала. Договорились встретиться в прошлое воскресенье в Лимерике.

— Да? — Доктор откинулся в кресле с непроницаемым лицом.

— Забавно, но по дороге мы случайно пересеклись на автозаправке, а потом… Потом она не пришла на встречу. — Джек задумчиво покачал головой. — Я действительно поверил в то, что этот человек мог бы найти моего брата. И по-прежнему верю.

— В самом деле? — сухо спросил доктор Бартон.

— В самом деле. И я начал ее искать.

— Женщину из агентства по розыску пропавших без вести? — с каменным лицом уточнил доктор Бартон.

— Да.

— И нашли?

— Нет, но я нашел ее автомобиль, а в нем папку с делом моего брата, и телефон, и ежедневник, и бумажник, и сумку с уймой вещей с ярлычками, на которых написана ее фамилия. Она цепляет такие ярлычки ко всему.

Доктор Бартон заерзал на стуле.

— Я очень волновался из-за нее — и по-прежнему волнуюсь, — так как верю, что эта женщина может найти моего брата.

— То есть вы перенесли свою навязчивую идею на эту женщину, — произнес доктор Бартон, пожалуй излишне холодно.

Джек покачал головой.

— Однажды она сказала мне по телефону, что единственная вещь, которую еще тяжелее пережить, чем невозможность отыскать кого-то, — это когда тебя не могут найти. Она хочет, чтобы ее нашли.

— Может, она просто уехала куда-то на пару дней.

— Полицейский, к которому я обратился, утверждал ровно то же. Доктор Бартон изумленно поднял брови при упоминании полиции.

— Я связался со многими, кто ее знает, и все говорят одно и то же, — пожал плечами Джек.

— Ну, значит, стоит прислушаться. Бросьте вы это дело, Джек. Постарайтесь сосредоточиться на исчезновении вашего брата. Если она уехала на несколько дней и не смогла предупредить вас, у нее, возможно, есть на то причины.

— Я вовсе не надоедал ей, доктор, если вы на это намекаете. Нас, которых беспокоят такие вещи, совсем мало, потому-то мы и договорились встретиться и попытаться что-то сделать.

— Может, она как раз и занимается вашей проблемой, — предположил доктор Бартон. — И все с ней в порядке, просто захотела куда-то отправиться на пару-тройку дней.

— Ага, может быть. Но прошло уже четыре дня с тех пор, как мы договорились о встрече, и за это время никто ее не видел. Во всяком случае, пока не нашлось человека, который бы взялся утверждать обратное. Если бы я точно знал, что с ней все в порядке, я бы спокойно бросил все и вернулся к своей жизни. Только

не думаю, чтобы она действительно где-то бродила по собственной доброй воле, хоть многие именно так и полагают, — мягко возразил он. — Мне обязательно нужно отыскать ее, чтобы поблагодарить. Я должен сказать ей спасибо за то, что она вернула мне решимость найти Донала. Вернула мне надежду. И эта надежда вселяет в меня уверенность, что я найду и ее.

— А почему вы считаете, будто она пропала?

— Я просто прислушался к своему сердцу. ^– При этих словах, которые Джек вернул ему, доктор Бартон хмуро усмехнулся.

— А на тот случай, если голоса моего сердца вам недостаточно, есть еще это. — Джек залез в карман и спокойно положил на стол серебряные часы Сэнди.

Глава тридцать первая

После нашей последней встречи с доктором Бартоном прошло три года. Я понимала, что время должно изрядно состарить его, но на расстоянии казалось, что оно не изменило ни его, ни меня. Все оставалось по-прежнему, все было прекрасно. На расстоянии.

Перед тем как выйти из дома, я шесть раз меняла одежду, но все равно, направляясь в четвертый раз за месяц к Лисон-стрит, не чувствовала удовлетворения от своего внешнего вида. Когда я получила его визитную карточку, то пустилась в пляс прямо на лестничной площадке. Вниз по лестнице я сбежала словно четырнадцатилетняя девчонка, солнечным утром понедельника знающая, что и кто ждет ее в этот день. Промчалась от Харольд-кросс к Лисон-стрит, взлетела по ступенькам к большой двустворчатой георгианской двери, приложила палец к кнопке домофона и… застыла. А потом быстро перебежала на другую сторону улицы. Вблизи все выглядело по-другому.

Я перестала быть школьницей, которая приходит к нему за помощью. Не знаю, кем я стала теперь, но в такой помощи точно больше не нуждалась. Еще дважды я приходила и стояла напротив его дома, не в состоянии пересечь мостовую, стояла и смотрела, как утром он приходит и вечером уходит, и следила за всем, что происходит в промежутке.

Заявившись туда в четвертый раз, я сидела на бетонной ступеньке, уперев локти в колени и положив подбородок на кулаки, и наблюдала за мельтешением ног, вышагивавших у меня перед носом. Вот промелькнула пара коричневых ботинок под джинсами. Ботинки пересекли проезжую часть и двинулись ко мне. Я полагала, они протопают мимо, направляясь к двери у меня за спиной. Первая ступенька, вторая. На третьей ботинки остановились, а их владелец опустился рядом со мной на четвертую.

— Привет, — раздался спокойный голос.

Мне было страшно, но я подняла глаза. И уперлась взглядом в его — такие же ярко-синие, как в нашу первую встречу.

— Мистер Бартон, — улыбнулась я. Он покачал головой:

— Сколько раз я просил тебя не называть меня так?!

Я уже собралась назвать его Грегори, когда он произнес:

— Теперь я доктор Бартон.

— Поздравляю, доктор Бартон, — снова улыбнулась я, внимательно рассматривая его лицо, впитывая каждую деталь.

— Как по-твоему, на этой неделе тебе наконец удастся встать со ступенек и войти в здание? А то я уже устал наблюдать за тобой с такой дистанции.