Там, где сердце

Бакстер Мэри Линн

– Послушай, маленький негодник, – сказала Эмма, смеясь. – Дай мамочке вымыть тебя, а затем будешь играть.

Логан улыбнулся и продолжил плескаться.

– Тебе лучше немного отойти, – обратилась она к Кэлу, – иначе ты промокнешь до нитки.

Он засмеялся.

– Это будет не самое худшее, что со мной случалось.

– Особенно после того, как на тебя выплюнули персиковое пюре, – напомнила Эмма, улыбаясь.

– Как видишь, я остался жив, – хрипло произнес он.

Эмма сосредоточила внимание на Логане, будто боясь

снова встретиться с ним взглядом. Господи, как же она сексуальна! Эмма была самой чувственной из всех женщин, с которыми ему приходилось иметь дело.

В отличие от Конни, она явно не придерживалась какой-либо диеты. У нее была высокая пышная грудь, казавшаяся слишком большой для ее фигуры. При виде ее крутых бедер и округлых ягодиц у него текли слюнки.

Только присутствие ребенка удерживало его от того, чтобы взять ее за подбородок и поцеловать мягкие сочные губы.

Кэл устало вздохнул. В этот момент Эмма крикнула:

– Логан, прекрати!

Кэл резко повернул голову, и ему в лицо полетели мыльные брызги. Не открывая глаз, он слышал, как Эмма рассмеялась, а затем сказала:

– Несносный мальчишка! Посмотри, что ты наделал.

Улыбаясь, Кэл протер глаза, затем открыл их. Эмма, держа одной рукой ребенка, широко раскрытыми глазами уставилась на него; ее губы приоткрылись.

– Я…

Застонав, Кэл совершил невероятное. Он наклонил голову и впился ртом в ее губы. Казалось, они оба на мгновение застыли, затем его язык стремительно проник вглубь ее рта. На этот раз Эмма застонала от наслаждения. Кэл взял в ладони ее грудь и начал поглаживать, пока соски не затвердели. Ему казалось, что его шорты лопнут по швам, когда он представил, как их обнаженные тела переплелись на полу в страстном объятии.

Но Логан остановил это безумие. Издав радостный вопль, он заставил их отпрянуть друг от друга.

– Логан, что такое…

В ответ малыш улыбнулся и скорчил смешную рожицу. Ему явно не нравилось, когда про него забывали.

– Кажется, он таким образом пытается привлечь твое внимание, – отдышавшись, сказал Кэл.

Не глядя на него, Эмма кивнула.

Снова повисла напряженная тишина, и Кэл задумчиво смотрел на ее профиль, проклиная себя за то, что своим опрометчивым поступком все испортил.

– Думаю, тебе лучше уйти, – произнесла она дрожащим голосом.

– Ты права.

Снова молчание.

– Посмотри на меня, Эмма.

– Не хочу, – произнесла она тоном обиженного ребенка.

Он вздохнул.

– Прости, если я…

– Пожалуйста, уйди.

Кэл не стал спорить и выполнил ее просьбу. Только очутившись в кабине своего грузовика, он понял, что так и не поел. Не имеет значения, заверил он себя, заводя мотор. Все равно в присутствии Эммы он не смог бы проглотить ни кусочка. К концу вечера ему хотелось лишь одного – напиться до полусмерти.

Подъехав к своему дому, Кэл еще какое-то время оставался в машине. Вдруг какое-то жужжание рядом

с головой вернуло его к реальности. Увидев осу, Кэл вылез из кабины. Посмотрев на покосившийся забор, он поморщился и пробормотал:

– Черт с ним.

Все, на сегодня хватит. Прокручивать в уме непростую ситуацию, в которой он оказался, – пустая трата времени. Что сделано, то сделано. Он чувствовал себя изможденным, но знал, что не сможет спокойно отдыхать. Безумие это или нет, он примет душ, а затем сделает то, что должен сделать, – поедет к своему сыну.

Логан.

Этот очаровательный малыш был его плотью и кровью, и Кэлу отчаянно хотелось стать с ним одной семьей. Но пока Логан был для него недосягаем, и это причиняло ему мучительную боль.

Все же он сам выбрал для себя этот путь, и у него нет другого выхода, кроме как пройти его до конца. Или хотя бы попытаться.

Собрав инструменты, Кэл решительной походкой направился к дому.

– Сколько еще грязи может съесть этот ребенок?

Эмма закатила глаза.

– Логан, прекрати. Сейчас же.

Барри засмеялся, когда она села на корточки и начала вытаскивать у малыша изо рта травинку. Несмотря на вчерашний инцидент, она приняла его приглашение погулять в парке. Прошел уже целый час, а Логан все еще носился как угорелый. Когда же он, наконец, угомонится?

– О чем ты думаешь? – поинтересовался Барри.

– Мечтаю, чтобы Логан поскорее захотел спать.

Барри ухмыльнулся:

– Попробуй рассказать ему сказку.

– Сказкой делу не поможешь. Понадобится настоящее чудо, чтобы наш постреленок успокоился и заснул.

На этот раз он запрокинул голову и громко расхохотался, и у Эммы перехватило дыхание. Затем в довершение всего он подмигнул ей. Тогда, чтобы не выдать себя взглядом, она опустила голову и вновь переключила свое внимание на Логана.

– Ты можешь убежать, но тебе не спрятаться, – хрипло произнес Барри.

– Не понимаю, что ты имеешь в виду.

– Уверен, что понимаешь, – протянул он.

Нет, приказала Эмма самой себе, не поддавайся на его обаяние. Барри уже два раза целовал ее, и если она не будет соблюдать осторожность, добром это не кончится. Ей следовало выбросить Барри из головы и вернуться к привычной жизни. Хотя ее влекло к нему, он по-прежнему оставался для нее загадкой. Разве можно доверять мужчине, который ничего не рассказывает о себе?

– Сегодня ты особенно красива, – произнес он тем же хриплым голосом.

Не подумав, Эмма подняла голову и утонула в его глазах, которые бессовестно разглядывали ее с головы до пят. Это было больше, чем она могла вынести.

– Э-э-э… спасибо, – пролепетала Эмма, краснея.

Она не старалась сегодня особенно наряжаться. На ней были розовые капри, расшитые внизу бисером, и короткий топ того же цвета, оставляющий открытой часть загорелого живота.

– Пожалуйста, – насмешливо протянул Барри.