Талтос
Шрифт:
Многие пришли издалека, со всей страны, для празднования зимнего рождения, и мы слышали все больше и больше рассказов об убийствах и горе.
Однако нас тоже уцелело немало. И это было наше священное время.
Мы образовали свои круги и разожгли священные костры: настало время сообщить Доброму Богу, что мы верим в наступление нового лета; настало время совершить обряды рождения детей как подтверждение нашей веры и желания Доброго Бога, чтобы мы выжили.
Прошло всего два дня пения, танцев и совокуплений, пиршеств и возлияний – и вдруг племя человеческих существ спустилось на равнину.
Мы услышали чудовищный
Многие Талтосы, опьяневшие от музыки и эротических игр, не смогли оказать никакого сопротивления. Однако другие побежали к лагерным стоянкам и мужественно противостояли врагу.
Но когда рассеялся дым, когда всадники ускакали, когда наших женщин сотнями захватили в плен и увезли в наших же повозках, когда все до единой стоянки были сожжены дотла, нас осталась всего лишь горстка – и мы поняли, что по горло сыты этой войной.
Мы видели слишком много ужасов и не хотели снова стать свидетелями подобного кошмара. Все новорожденные нашего племени были убиты. Они были уничтожены захватчиками в первые же дни жизни. У нас осталось всего несколько женщин, и некоторые из них рожали уже слишком много раз.
Когда наступила вторая ночь после этой резни, наши разведчики снова вернулись, чтобы сообщить нам, что то, чего мы опасались больше всего, оказалось истинной правдой: налетчики соорудили свои стоянки в лесу. Это были строения для постоянного проживания. Говорили, что их деревни усеяли всю южную сторону равнины.
Мы вынуждены были уходить на север.
Мы должны были возвратиться в скрытые долины Высокогорья или в места, недоступные для этих жестоких захватчиков. Наше путешествие продолжалось долго и завершилось к концу зимы. Рождения и смерти стали повседневными событиями. Не раз нас атаковали небольшие группы человеческих существ. Не раз мы скрытно наблюдали за их стоянками и познавали особенности их жизни.
Мы уничтожили не одну вражескую группу. Дважды мы нападали на их укрепления для спасения своих мужчин и женщин, пение которых слышали с больших расстояний.
К тому времени, как мы обнаружили высокогорную долину Доннелейт, наступила весна и снег таял; густой лес зазеленел снова, льда на озере уже не было, и вскоре мы обнаружили, что находимся в безопасном месте, доступном для проникновения из внешнего мира только по дороге, проходящей по берегу реки, настолько извилистой, что самого озера не было видно с моря. Даже гигантская пещера, сквозь которую мореплаватели попадали в озеро, представлялась им обычным углублением в скале.
Вы знаете, что в более поздние времена на озере построили порт. Людям пришлось затратить много времени, чтобы превратить его в гавань и открыть выход в море.
Но тогда мы наконец ощутили себя в полной безопасности. Среди нас было много спасенных Талтосов. И какие истории они рассказали! Человеческие существа раскрыли наше чудо рождения! Они были очарованы волшебством этого явления. Они немилосердно пытали женщин и мужчин из Талтосов, пытаясь заставить их совершать это, а затем вскрикивали от восторга и волнующего страха, когда появлялся новый Талтос. Они насиловали некоторых женщин, доводя их до смерти. Но многие мои соплеменники сопротивлялись,
Когда люди открыли, что новорожденные обладали способностью к немедленному размножению, их начали заставлять это делать, и новорожденные, запуганные и растерянные, не зная, как обрести свободу, вынуждены были подчиняться. Человеческие существа познали власть музыки над Талтосами и научились ее использовать. Они считали Талтосов чувствительными и трусливыми, хотя какие слова употребляли тогда для обозначения этого понятия, мне неизвестно и до сих пор.
Естественно, между нами и чужеземными воинами развилась глубокая ненависть. Мы, конечно, считали их животными, но животными, умеющими разговаривать и совершать поступки абсолютно чудовищные, подлинные извращения, которые могут разрушить нашу прекрасную жизнь. Они думали о нас как о забавных, довольно безобидных чудовищах! Ибо вскоре стало очевидно, что широкий мир наполнен людьми их роста – и даже меньшего, чем у них, – которые размножались и жили, как и они сами, а вовсе не такими, как мы.
Во время наших вылазок мы собрали много предметов, которые эти люди привезли издалека – отовсюду. Рабы повторяли истории о великих королевствах, обнесенных стенами, о пустынных песках и джунглях, о воюющих племенах и о гигантских сборищах людей, живущих в укрепленных лагерях таких размеров, что человек не в силах представить себе что-либо подобное. И каждый такой лагерь имел свое название.
Все эти люди, насколько мне было известно, размножались как все человеческие существа. Все они рождали крошечных беспомощных малышей и воспитывали их полудикими и умственно недоразвитыми. Они были агрессивны, любили воевать, любили убивать. Безусловно, мне стало совершенно ясно, что наиболее агрессивные среди них становились победителями и в течение нескольких столетий не сможет сохраниться ни один, кто не был бы склонен к агрессии. Таким образом они должны были подготавливать себя к такой жизни, которую сами же создали.
Начало нашей жизни в долине Доннелейт – и позвольте заметить, что это мыдали ей такое имя, – было связано с интенсивным обдумыванием и обсуждением строительства самого прекрасного круга, который мы могли соорудить, и подготовкой к его освящению и молитве.
Мы отпраздновали рождение многочисленных новых Талтосов и стремились как можно скорее подготовить их к тяжелым испытаниям, которые предстояли в будущем. Мы похоронили многих умерших от старых ран и нескольких женщин, погибших во время вынашивания младенцев, как с ними это часто случалось, а также тех, которым после изгнания из долины Солсбери просто не захотелось жить.
То было время тяжелейших страданий моего народа, даже худшее, чем само массовое убийство. Я видел сильных Талтосов, беловолосых, великих певцов, совершенно отказавшихся от своей музыки, которые в конце концов падали, бездыханные, в высокую траву.
Наконец, когда был сформирован новый совет из новорожденных и наиболее мудрых беловолосых Талтосов, которые хотели сделать хоть что-нибудь разумное в этой ситуации, мы пришли к одному весьма логичному выводу.
Можете ли вы догадаться, к какому именно?