Талисман
Шрифт:
Что-то пробило воздух, поранило его… Оно влетело с нашей стороны?
О, Джейсон, неужели это сделал я, когда переносился сюда?
Джек прекрасно знал, КТО может использовать подобный способ, чтобы проникнуть сюда.
Он побежал к ручью.
Треск нарастал. Волк стоял на коленях около ручья, пытаясь помочь затоптанному животному подняться на ноги. В это время другое продолжало тонуть на противоположном берегу, дрожа и извиваясь всем телом.
— Вставай,
Волк изо всех сил хлопал и пинал коровцу, которая только мычала и смотрела на него грустными глазами, затем он схватил животное за шею и потянул вверх.
— ВСТАВАЙ! ВСТАВАЙ СЕЙЧАС ЖЕ! ВОЛК! — кричал он.
Расстегнутые рукава его рубашки обнажали мускулистые руки. Это напомнило Джеку Дэвида Баннера, который под воздействием рентгеновских лучей превратился в невообразимого монстра. Везде вокруг хлюпала вода. Волк взглянул под ноги, сверкнув ярко-оранжевыми глазами. Его комбинезон, когда-то синий, стал теперь черным. Вода вытекала из ноздрей животного, которого Волк прижимал к груди, как щенка-переростка. Глаза коровцы закатились, оголив белые с прожилками кровеносных сосудов яблоки.
— Волк! — крикнул Джек. — Это Морган, это…
— Мое стадо! — кричал Волк в ответ. — Волк! Волк! Черт бы побрал мое стадо! Джек! Не пытайся…
Конец фразы утонул в мощном раскате грома, потрясшего землю. На какое-то мгновение гром заглушил даже этот монотонный, сводящий с ума треск рвущегося воздуха. Почти такой же растерянный, как скот Волка, Джек посмотрел вверх и увидел над собой чистое голубое небо без малейшего намека на тучи — лишь несколько пушистых белых облаков медленно плыли вдалеке.
Гром вызвал небывалый переполох в стаде Волка. Животные пытались удрать, но по своей непроходимой тупости бросились назад. Они спотыкались, сталкивались и падали в воду. Джек услышал хруст ломающейся кости, сопровождающийся отчаянным блеянием пострадавшего животного. Волк вскочил на ноги, уронив голову коровцы, которую пытался спасти, и бросился к болотистому берегу ручья.
Прежде чем он успел приблизиться, полдюжины коровец налетели на него и сбили с ног. Джек увидел, что теперь сам Волк находится в опасности, рискуя быть растоптанным тупыми бегущими животными.
Джек бросился к ручью, теперь черному от поднятой грязи. Блеющие и мычащие коровы с бешено закатившимися глазами проносились мимо, едва не сбивая с ног. Брызги летели в лицо, и Джеку приходилось то и дело вытирать глаза.
Звук, казалось, заполонил весь мир: «РРРРРРРТТТТТТТТТ-ЧЧЧЧЧЧ».
Волк!.. К черту Моргана, по крайней мере сейчас. Волк в беде.
На какую-то секунду Джек увидел его мокрую лохматую голову. И в этот момент три коровцы пробежали между ним и Джеком; теперь он мог видеть только одну покрытую шерстью руку. Он снова побежал вперед, пробираясь между бегущих и упавших коров.
— Джек! — раздался голос,
— Джек!
Еще один раскат грома — словно по небу ударили тяжелой дубиной.
Отбросив с глаз мокрые пряди волос, Джек через плечо смотрел на… Интерстейт № 70, около Льюисбурга, штат Огайо. Он видел ее словно сквозь грязное, исцарапанное стекло… но он видел ее. Кирпичный угол туалета находился за левым краем этой бесформенной, пенящейся дыры. В правом появилось что-то похожее на фургон «шевроле», возвышаясь на три фута над полем, где еще пять минут назад они с Волком сидели и мирно беседовали.
А в центре, как в фильме об адмирале Берде на Северном полюсе, стоял Морган Слоут. Его полное красное лицо подергивалось от ярости. От ярости и чего-то еще. Торжества. Да. Он торжествовал победу. Он стоял посреди ручья, погруженный в него до пояса, не обращая внимания на скот, который, блея и мыча, обходил его с обеих сторон, и вглядывался в это прорубленное им окно между двумя мирами, выпучив глаза и глотая ртом воздух.
Он нашел меня… Боже мой, он нашел меня!
— Вот ты где, маленький кусок дерьма! — заорал Морган.
Слова дошли до Джека, хотя голос Моргана Слоута исказился, переходя из реальности того мира в реальность этого. Так человек на улице слышит голос другого человека, кричащего в телефонной будке.
— Теперь посмотрим! Посмотрим!
Морган наклонился вперед; его лицо, словно сделанное из резины, плыло и колыхалось. У Джека было достаточно времени, чтобы увидеть что-то зажатое в его руке. И еще что-то висящее у него на шее. Что-то маленькое и блестящее.
Джек стоял как парализованный, пока Слоут проходил в дыру между двумя вселенными. Перешагнув через дыру, он проделал свой собственный номер с перевоплощением, превращаясь из Моргана Слоута — инвестора, торговца недвижимостью и временами представителя Голливуда — в Моргана Орриса, претендента на трон умирающей Королевы. Его толстые красные щеки и двойной подбородок втянулись, краска исчезла с них. Волосы начали быстро расти, сначала затеняя голый череп, будто кто-то невидимый красил голову дяди Моргана, затем покрывая его. Волосы двойника Слоута были длинными, черными, развевающимися по ветру и какими-то… мертвыми. Они доходили до плеч, оставляя, однако, большие залысины на лбу.
Парка колыхнулась, исчезла на секунду, а затем вернулась в виде черного плаща с капюшоном.
Замшевые ботинки Моргана Слоута превратились в черные кожаные сапоги с отворотами. Из одного из них торчало что-то похожее на рукоятку большого ножа.
А маленькая серебряная штучка в его руке обернулась длинным тонким стержнем, который окружало голубоватое электрическое сияние.
Громоотвод? О Боже…
— Джек!
Голос был низким и булькающим, словно кричавший набрал полный рот воды.