Талисман
Шрифт:
Джек растянулся около своего друга и крепко обхватил его руками. Звук разрывающейся простыни стал громче, и вдруг он услышал голос Моргана, ревущего от ярости:
— Что здесь делает этот поезд СЕЙЧАС, идиоты?
Он услышал визг Осмонда:
— Проклятый самозванец убил моего сына!
— Мы отправляемся, Ричи, — пробормотал Джек, крепче сжимая ослабевшее тело Ричарда, — пора назад.
Он закрыл глаза, сосредоточился… Потом был момент головокружения… И они
Глава 37
Ричард вспоминает
Казалось, будто они катятся куда-то в сторону и вниз, словно был небольшой склон между двумя мирами. Джек услышал затихающие, исчезающие крики Осмонда:
— Плохие! Все мальчишки! Аксиома! Все мальчишки! Проклятый! Проклятый!
На какой-то миг они поднялись в воздух. Ричард закричал. Потом Джек упал на землю на одно плечо. Ричард отделился от его груди. Не открывая глаз, Джек лежал на земле, обнимая Ричарда, прислушиваясь, принюхиваясь.
Тишина. Только пение двух или трех птиц.
Воздух был прохладным и соленым. Хороший запах… но не такой хороший, как в Долинах. Даже здесь — где бы ни находилось это здесь — Джек чувствовал слабый запах, напоминающий запах старого масла, впитавшегося в бетонный пол на бензозаправочной станции. Это был запах большого количества людей, заводящих большое количество моторов. Джек чувствовал его даже там, где не было слышно автомобилей.
— Джек? Мы в порядке?
— Конечно, — сказал Джек и открыл глаза, чтобы убедиться в том, что он говорил правду.
То, что он увидел, вызвало у него странное ощущение, словно, стремясь выбраться из форта до появления Моргана, они не перенеслись на американские Долины, а попали куда-то вперед во времени. Место казалось старым и покинутым, словно прошло одно или два столетия. Поезд по-прежнему стоял на рельсах и выглядел как раньше. Все остальное было другим. Рельсы, пересекающие спортивную площадку и ведущие Бог знает куда, были старыми и покрытыми толстым слоем ржавчины. Шпалы были пористыми и прогнившими. Между ними росла высокая трава.
Он крепче обхватил Ричарда, слегка скорчившегося в его объятиях. Тот открыл глаза.
— Где мы? — спросил он Джека, оглядываясь вокруг. На том месте, где была казарма, стоял сборный дом из гофрированного железа с ржавой жестяной крышей. Крыша была единственной хорошо видной частью дома, все остальное заросло ползучим вьюнком и дикой травой. Перед домом стояли два столба, которые, похоже, поддерживали когда-то вывеску. Даже если и так, это было уже очень давно.
— Не знаю, — ответил Джек и, посмотрев на то место, где была полоса препятствий — теперь там была едва видимая грязная колея, поросшая остатками флоксов и лютиков, — выразил свои самые страшные опасения: — Я мог перенести нас вперед во времени.
К его удивлению, Ричард засмеялся:
— Приятно убедиться, что не многое изменилось в
— Значит, ты знал, где мы, — сказал Джек, чувствуя себя одновременно глупо и облегченно, — зачем же ты тогда спросил?
— Я только что увидел это, — ответил Ричард, и у Джека сразу пропала охота поддразнивать его. Ричард выглядел так, как будто он был болен каким-то странным туберкулезом, влияющим на разум, а не на легкие. Виновато было не только сводящее с ума путешествие в Долины и обратно — он, похоже, адаптировался к этому. Но узнать, что твой отец является одним из тех парней в черных шляпах, подумал Джек, было не самым приятным делом.
— Ладно, — сказал он, стараясь говорить бодро. Он действительно чувствовал себя немного бодрее.
Спасение от такого монстра, как Руэл, могло взбодрить даже ребенка, смертельно больного раком, подумал он.
— Пора двигаться, Ричи. У нас еще много дел, а ты тут разлегся.
Ричард поморщился:
— Того, кто сказал тебе, что у тебя есть чувство юмора, следовало бы расстрелять, дружок. Куда мы идем?
— Я не знаю, — сказал Джек, — но это где-то поблизости. Я чувствую это. Это как рыболовный крючок у меня в голове.
— В Пойнт-Венути?
Джек повернулся и посмотрел на Ричарда долгим взглядом. Усталые глаза Ричарда ничего не выражали.
— Почему ты спросил это, дружок?
— Мы туда идем?
Джек пожал плечами. Может быть. А может быть, и нет. Они медленно пошли через заросший травой плац, и Ричард сменил тему разговора:
— Было ли это все на самом деле? — Они приближались к ржавым двустворчатым воротам. Полоса бледно-голубого неба показалась над зеленью. — Было ли что-нибудь из этого на самом деле?
— Мы провели пару дней на электрическом поезде, делавшем двадцать пять, максимум тридцать миль в час, — сказал Джек, — и каким-то образом мы перенеслись из Спрингфилда, штат Иллинойс, в Северную Калифорнию, к побережью. Теперь ты скажи мне, было ли все это на самом деле?
— Да… да, но…
Джек поднял руки. Запястья были покрыты грубыми красными рубцами, которые зудели и жгли.
— Укусы, — сказал Джек, — укусы червей. Червей, которые вылезли из головы Руэла Гарднера.