Талисман
Шрифт:
Признавшись себе в этом, Лиз споткнулась, но Грэй удержал ее, прижав к себе, и, к счастью, музыка в этот момент умолкла. Она пыталась вытеснить из своего сознания мысль о характере своих чувств к нему, но они так поразили Лиз, что она едва заметила, как он увлек ее к дверям. Они выходили на террасу, и прохлада ночи была освежающе приятной после душного тепла танцевального зала.
Мерцающие свечи внутри развешанных в разных местах китайских фонариков создавали причудливый узор света и тени на каменных плитках террасы. В полумраке, напоенном сладким ароматом роз, вьющихся вдоль боковой решетки, они остановились
– Иногда в разгар всего этого праздничного шума и движения я чувствую необходимость сбежать от него в тишину, для восстановления равновесия. – Грэй насмешливо улыбнулся, но Лиз ответила с тихим пониманием:
– С самого начала я думала о том, как могла бы остаться дома в тишине и избежать всей этой суеты, необходимости все время быть настороже… – Лиз умолкла, осознав, как естественно она говорила о Бранд Хаус как о доме, и испугавшись, что такие откровения могут привести к раскрытию чувств, только что понятых ею самой, чувств, которые она, конечно, не хотела выдавать мужчине, который сожалел об их отношениях как о печальном результате обмана.
Грэй кивнул и полуобернулся к своей спутнице с нежно поддразнивающей улыбкой:
– Да, вы говорили мне о своем предпочтении мирной сельской жизни – и я поверил вам, с тем чтобы тут же испытать потрясение, увидев вас на балу у Кардингтонов. И только посмотрите на себя сейчас… Любимица сезона. Невероятно!
Смех Лиз прозвучал чистым колокольчиком. Если Грэй мог забыть гнев, вызванный этим поступком, и подтрунивать над ней, тогда она могла отвечать в таком же легком тоне.
– Это не может казаться вам более невероятным, чем мне.
Говоря это, уголком глаза она заметила легкое движение за решеткой с розами. Мгновенно повернувшись лицом к Грэю и опершись спиной на балюстраду, она облегчила себе возможность исподволь рассмотреть подозрительные тени, одновременно полностью удерживая внимание Грэя на себе. С веселой улыбкой она живо попросила его:
– Пойдемте назад и потанцуйте со мной еще.
– Мне казалось, мы только что решили побыть здесь вместе в тишине. – Грэй увидел в ее внезапном желании вернуться в бальный зал отчаянную попытку ускользнуть, так же как добыча, почуяв опасность, старается убежать от охотника. Он счел это хорошим знаком, еще одним приятным сигналом, что его стратегия завоевания приближается к цели. Сегодня? Да, сегодня он положит конец веселой охоте, в которую она его вовлекла.
– Обещаю, что могу найти куда более приятные занятия, чем танцы. – Он медленно протянул руку, привлек ее к себе и пощекотал губами ее ухо.
Взволнованная его лаской и ощущая направленные на них любопытные взгляды, Лиз в смущении опустила голову на широкое плечо, хотя многие из находившихся в зале уже видели, как Грэй целовал ее на чайном приеме у леди Холсон.
Она помогала Дру и Тимоти встречаться – частично, признавалась она, чтобы сорвать ужасный план Юфимии выдать нежную Дру за полуживого пэра. Однако то, что она увидела за решеткой с розами – парочку в тесных объятиях, – свидетельствовало об их слишком сильной увлеченности и потере всякой осторожности.
Если их игра приводила даже к слабому подобию бурных ощущений, разожженных в ней
Зная, как часто женщины под впечатлением его положения в обществе или в ожидании богатых подарков за свою благосклонность разыгрывали страсть, Грэй опьянел от сознания, что страстная реакция его жены не была притворной. Ее искренняя страстность доставляла ему еще большее наслаждение.
Грешная парочка за решеткой решила, что Лиззи специально отвлекла Грэя объятиями. Но ни Грэй, ни Лиз не заметили, как Тимоти увел несколько растрепанную Дру назад в бальную комнату.
– А, Грэй, вот ты где. Я ищу тебя. Никогда бы не догадался, что у тебя может быть интимное свидание с собственной женой. – Сэр Дэвид зафукал с нарочитым упреком. – Есть лучшие места, дружок, лучшие места для этого.
– Совершенно верно, сэр. – Улыбка Грэя ничуть не была покаянной. – Но цветы, лунный свет… – Он пожал плечами.
– И красивая женщина. Я знаю. Я не настолько стар, чтобы забыть такие сладкие соблазны. – Сэр Дэвид сиял улыбкой, как лукавый сатир. – Но знаешь, я видел, как Хейтон танцевал с твоей женой, а потом позже разговаривал с вами у фонтана. Остерегайся этого человека, Грэй.
Серьезный взгляд сэра Дэвида перешел на Лиз.
– Вы тоже, дорогая. Интерес этого джентльмена далек от платонического. Будьте настороже против его коварных уловок, иначе не успеете оглянуться, как он добьется чего хочет.
Лиз едва не рассмеялась от его серьезного предупреждения. Граф не угрожал ее добродетели. После того как она узнала страсть Грэя даже не в полной мере, ни один мужчина не мог представлять угрозы. Но, не желая обижать этого доброго друга семьи, она торжественно кивнула.
Грэй отлично знал, насколько искушен Хейтон в любовных делах. Было время – когда оба они были гораздо моложе, – они не только во многом сходились во вкусах, но и полудружески соперничали друг с другом, чтобы доказать свое превосходство. Он вышел из этой незрелой фазы. Хейтон – нет. И может быть, именно вследствие этого былого сходства он испытал трудный момент, прежде чем перестал рассматривать этого человека как возможную угрозу его отношениям с Элизабет.
– Но, Грэй, цель, с которой я искал тебя, более прозаичная. Я обсуждаю ирландский вопрос с Сейлсбери и пришел просить тебя присоединиться к нам в клубе… если твоя добрая госпожа разрешит это досадное вмешательство долга.
Грэй сильно подозревал, что ирландский вопрос сэр Дэвид использовал как прикрытие, чтобы не упоминать фактическую тему этого вечера и столь многих прошлых: вопрос о белом рабстве. Он с сожалением посмотрел на свою жену:
– Я должен пойти, но поскольку сэр Дэвид в качестве компенсации за то, что прервал мои вечерние развлечения, отвезет меня в своей карете, а потом привезет в Брандт Хаус, я оставлю нашу вам, леди Юфимии и Дру.