Тактик 8
Шрифт:
Я выбрал именно этого рыцаря не случайно. Он был их лидером, самым мудрым и самым… разговорчивым из всех. Именно с ним я вёл переговоры в первый раз.
Секунду ничего не происходило. А затем в пустых глазницах шлема вспыхнул ледяной, потусторонний огонь. Мёртвый рыцарь-отступник пробудился. Он медленно сел, его движения были плавными, без единого звука.
«Ты призвал меня, смертный герцог», — раздался в моей голове его голос, лишённый всяких эмоций. Он звучал как шорох ветра между могильных плит.
— Да, — ответил я вслух, стараясь, чтобы мой голос
«Говори».
— Один из моих воинов умирает. Тролль. Он использовал силу, которую не смог контролировать. Его тело живо, но его дух угас. Мои целители бессильны. Они не понимают природы его состояния.
Мёртвый рыцарь молчал, но я чувствовал, как он обрабатывает информацию. Ледяное пламя в его глазницах на мгновение вспыхнуло ярче.
«Надо увидеть».
— Он в лазарете. Это в другой части города. Нам нужно пройти незамеченными.
Рыцарь медленно поднялся во весь свой внушительный рост. Он был на голову выше меня, и даже в тесном пространстве повозки от него веяло аурой древней, нечеловеческой мощи.
«Твои люди слепы и глухи в ночи. Они ничего не увидят», — прозвучал его ответ.
Я накинул на него тяжёлый дорожный плащ с глубоким капюшоном, который прихватил с собой. Он полностью скрыл его фигуру и доспехи. В ночной темноте он будет выглядеть просто как высокий воин, закутанный от холода.
— Следуй за мной, — приказал я. — И не издавай ни звука.
Мы выскользнули из повозки. Как и обещал рыцарь, наше движение было абсолютно бесшумным. Он ступал так тихо, что я, идущий впереди, не слышал его шагов. Мы двигались тенями, по задворкам, избегая освещённых факелами участков и постов караульных. Усталые солдаты, дремавшие на своих постах, даже не пошевелились, когда мы проскользнули мимо.
Путь до лазарета занял не больше десяти минут. Я провёл своего спутника через чёрный ход, который заранее присмотрел. Внутри было тихо, лишь изредка доносились стоны раненых.
Мы вошли в комнату, где лежал Тайфун. Бреггониды уже не было.
Я подвёл рыцаря к импровизированной койке тролля:
— Вот он.
Мёртвый рыцарь-отступник медленно, почти благоговейно, протянул руку в латной перчатке и остановил её в нескольких сантиметрах от лба Тайфуна. Он не касался его. Он сканировал.
Ледяное пламя в его глазницах разгорелось с новой силой. Я чувствовал, как вокруг него концентрируется некротическая энергия, как воздух в комнате становится холодным и плотным. Рыцарь молчал, но я знал, что в этот момент он видит гораздо больше, чем я или Бреггонида. Он видел не тело, а душу. Или то, что от неё осталось.
Мгновения тянулись, как часы. Я стоял, затаив дыхание, боясь пошевелиться и нарушить эту зловещую диагностику. Холод в комнате стал почти невыносимым, на моих губах выступил иней.
Наконец, Мёртвый рыцарь отнял руку. Ледяное пламя в его глазницах вернулось к своему обычному тусклому горению.
«Его дух не угас, смертный, — прошелестел его голос в моей голове. — Он вытеснен и рассеян той силой, что он пробудил».
— Что это значит? —
«Сила, которую он высвободил, была слишком велика для его смертной оболочки. Представь себе глиняный кувшин, в который попытались вместить океан. Кувшин не выдержал. Его дух раскололся на тысячи осколков. Они всё ещё здесь, — рыцарь обвёл рукой пространство вокруг Тайфуна, — но они больше не единое целое. Они блуждают, потерянные, не в силах найти дорогу обратно к телу».
Я похолодел, но уже не от магии рыцаря. Раздроблен. Это звучало хуже, чем «умер». Шизофрения?
— Его можно… собрать? — с надеждой спросил я.
«Дело не в этом. Дело в том зове, который он испустил».
— Что за «зов»?
— «Он умирал, перегруженный магией и от той силы, что он использовал сам. Как тонущий хватается за всё подряд, он ухватился, явно неосознанно, позвал свою кровь».
— Кровь титанов? — предположил я.
— «Да».
— Погоди, а что мы можем сделать?
— «Ничего — голос Мёртвого рыцаря прозвучал в голове холодно и жёстко. — У него шанс умереть, утеряв свою душу, примерно такой же, как выжить. Вопрос только в том, сможет ли кровь титанов его вытащить обратно в мир живых».
— И что тогда?
— «Есть два варианта. Первый — хороший. Он умрёт и ты его похоронишь».
Я поперхнулся и покосился на могущественного мертвеца. Может, у него такая профдеформация? Как представитель живых, я от такого развития событий был не в восторге и наше «хороший» сильно отличалось.
— А второй?
— «Кровь титанов его вытянет и он выживет».
— И что тут плохого?
— «Плохого то, что он пробудит в себе кровь титанов. Он станет превращаться в титана. И плохое тут то, что это прямо очень не понравится богам. Пусть я и умер много лет назад, но не думаю, что их отношение к ним изменилось. Когда-то этот мир принадлежал титанам и созданным им существам, а потом туда вторглись боги и в результате войны захватили мир, а всех титанов убили. То есть, сменялись эпохи и династии, а титанов ни одного не было. И богов это устраивает. А появление хотя бы одного, пусть и новообращённого, их буквально разгневает. Если боги узнают, а они рано или поздно заметят, они убьют его, тебя и всех, кто рядом, в том числе и меня. А меня повторная смерть не радует. Понятно?».
Глава 14
Фэнтезийный дрифт
— Ну что, господа хорошие, есть две новости. С какой начать? — обратился я к своему штабу, собранному в тронном зале герцога Феллата с утра пораньше.
— Давайте с хорошей, босс, — устало улыбнулся Новак.
— Хорошая… Хорошая в том, что мы взяли за хобот столицу Бесплодных земель и даже достигли понимания с её лидером, герцогом. Коротко говоря, мы победили. Ура!
— Но есть же и вторая, которая, наверное, не такая и хорошая? — мрачно пророкотал Мурранг.