Тактик 2
Шрифт:
Картина вырисовывалась всё более мрачная и безрадостная. Гномы Туманных гор Оша — древний, гордый и умелый народ, лучшие шахтёры и кузнецы в мире, но они проигрывали эту войну.
Причём причины проигрыша все указывали разные, сводясь только к тому что правящая династия Микрингов отринула благословение богов и опиралась только на собственное величие.
Были ли они, гномы, слабее в бою, хуже вооружение? Скорее всего, нет. Редкие описания битв даже не давали численного расклада, орков называли «орда», «толпа», «ватага».
От такого не математического подхода я морщился, но молчал.
Гномы были организованы, но излишне упрямы, сильны,
Они строят неприступные крепости, а орки просто обходят их или берут измором, отрезая от поставок.
Орки же, по словам беженцев, действовали совершенно иначе.
Они были дикими и неорганизованными поодиночке, но в больших количествах, под предводительством хитрых и жестоких вождей, превращались в грозную силу. Они быстро учились на своих ошибках, меняли тактику, использовали местность, устраивали засады, нападали внезапно и быстро отступали, не давая гномам опомниться.
И что самое неприятное, они не брезговали использовать трофейное гномье оружие и доспехи, которые были на порядок лучше их собственных грубых поделок. Гномы же, в свою очередь, с презрением относились ко всему орочьему, считая ниже своего достоинства даже прикасаться к их оружию.
«Гордость — это, конечно, хорошо, — размышлял я, — но когда она мешает выживанию, это уже глупость, причем смертельно опасная».
Я всё реже представлял себе домен Пинаэрри, который я никогда не видел и знал только по названию. Где-то там, далеко, меня ждала другая жизнь — спокойная, мирная, посвящённая обустройству и созиданию. Я представлял себе небольшой, но крепкий замок, плодородные поля, послушных крестьян… Эта картина манила, обещала покой и стабильность, которых мне так не хватало.
С другой стороны, ну какой из меня нахрен землевладелец и феодал?
Зерно сомнения, посеянное хитрым Воррином ещё в доме клана Железного Молота, начало давать всходы. Что важнее, мой личный покой и благополучие или судьба целого народа, который оказал мне такую честь и назвал своим другом? Знак «Гве-дхай-бригитт» на моём предплечье и наплечнике доспеха словно становился тяжелее с каждым днём, напоминая об ответственности, которую я, возможно, невольно взял на себя.
* * *
Путь до Узина занял почти шестеро суток, и каждый из этих дней был как две капли воды похож на предыдущий: монотонное покачивание в седле, пыль дорог, въедающаяся в каждую складку одежды и скрипящая на зубах, да разговоры гномов, которые я теперь, к своему несказанному удивлению и некоторой внутренней тревоге, понимал всё лучше.
Гром и Варранга тоже притомились, хотя и держались молодцами. Сам же я чувствовал себя выжатым. Мой «простой контракт на охрану» явно затягивался, превращаясь в нечто более сложное и, чего уж там, более интересное.
Узин встретил нас не хлебом-солью, а густой, почти осязаемой волной суеты, шума и какого-то давящего, гнетущего предчувствия.
Вольный город, то есть поселение, купившее себе свободу от хозяина земель и теперь имеющее статус «самоуправления», располагался в предгорьях.
Отсюда уже рукой было подать до Туманных гор Оша, чьи мрачные, подёрнутые сизой дымкой вершины маячили на горизонте, словно молчаливые стражи неизбежной
Город был наполовину человеческий, наполовину гномий, он сочетал в себе грубоватую основательность гномьих построек, словно вырастающих прямо из скальной породы, с более хаотичной и цветастой архитектурой людских кварталов. Это смешение культур витало в воздухе, ощущалось в гомоне толпы, где резкие, гортанные выкрики на гномьем то и дело переплетались с более певучей, но не менее громкой человеческой речью, в запахах еды, доносящихся с многочисленных лотков. Тут тебе и аромат жареного мяса по-гномьи, сдобренного какими-то острыми травами, и сладковатый дух человеческих лепёшек с мёдом.
Но война, эта ненасытная тварь, уже успела наложить на Узин свою липкую лапу.
Город кишел вооруженными до зубов людьми и гномами. По улицам, спотыкаясь от усталости, брели колонны новобранцев, одетых кто во что горазд, сжимая в руках новенькие и не лучшего качества копья или грубоватые топоры.
Из госпиталей, больше похожих на наспех сколоченные сараи, доносились стоны раненых.
А у самых городских стен, под открытым небом, ютясь в грязи и отчаянии, разбили свои жалкие лагеря беженцы, женщины с пустыми глазами, прижимающие к себе перепуганных, плачущих детей, старики, чьи лица были похожи на высохшую, потрескавшуюся землю, да немногочисленные мужчины, чудом уцелевшие в орочьей мясорубке, но потерявшие всё, кроме жизни и ненависти.
«Добро пожаловать в Узин, город контрастов, — хмыкнул я про себя, оглядывая эту пёструю, но мрачную картину. — С одной стороны — витрина героизма и стойкости, с другой — изнанка войны во всей её неприглядной красе. Аттракцион » Почувствуй себя на краю пропасти ' — билеты уже в продаже, скидок нет'.
Я заметил, как гномы из моего сопровождения, включая Воррина, сразу как-то подобрались, их лица стали ещё серьёзнее, а взгляды — острее и настороженнее.
Они молча сканировали толпу, их руки непроизвольно ложились на рукояти топоров. Похоже, для них Узин был не просто перевалочным пунктом, а чем-то вроде последнего рубежа перед зоной боевых действий.
Мой собственный вид, особенно составной доспех с выгравированным на левом наплечнике знаком «Гве-дхай-бригитт», который в точности повторял татуировку на моём предплечье, не остался незамеченным.
Местные гномы, встречавшиеся нам на пути, сначала провожали меня удивлёнными, почти недоверчивыми взглядами. Человек, да ещё и в таком явно странном доспехе, а у меня были и гномьи пластины, и орденская кольчуга, и даже лепестки усиления вдоль позвоночника с орочьего доспеха, да еще и со знаком высшего гномьего почтения… это было слишком даже для такого плавильного котла, как Узин.
С некоторым трудом разглядев символ, их лица менялись. Удивление сменялось изумлением, а затем глубоким, почтительным уважением. Некоторые даже останавливались и низко кланялись, прижимая кулак к груди.
«Так, это уже не просто „неожиданное уважение“, — отметил я про себя, чувствуя себя немного не в своей тарелке от такого внимания. — Это, блин, какой-то культ личности в миниатюре. Ачивка „Местный Идол — уровень Гном“ разблокирована. Интересно, какие еще бонусы она дает, кроме возможности бесплатно парковаться в гномьих кварталах?».