Тактик 2

Шиленко Сергей

Я засыпал с мыслью, что завтра утром, как следует поблагодарив гостеприимных хозяев, я наконец-то продолжу свой путь на юг, в поисках своего домена, который где-то меня ждёт.

Я сам мало собирал информации про домены и всяких рыцарей, хотя бы потому, что ранее не планировал им стать. В основном информацией владел Эрик, а я, как ни странно, лучше её анализировал.

Правильно ли я поступил, расставшись со своими боевыми товарищами?

С одной стороны, мы разные люди. Да, помогли друг другу выжить, а с другой, мы дополняли друг друга, прикрывали, поддерживали, могли друг на друга положиться.

Однако, когда ты вышел из яселек или, например,

школы, будешь ли ты дружить со школьными друзьями? Не окажутся ли различия, которые были в вас всегда, но начали развиваться, такими существенными? Вдруг твоя жажда путешествий будет плохо сочетаться с его привычкой угонять автомобили и пропивать заработанное незаконным путём?

К примеру? И ситуация поставила перед нами не общую цель, а три похожие, но всё же разные цели. Домен.

Магией бога-покровителя рыцарей, Полмос (что не мешало слушать и других богов, либо же вообще не слушать никого) каким-то образом транслировал мне возможность добраться до моего домена, как и его название Пинаэрри. То есть в широком смысле я, прости Господи, рыцарь Пинаэрри. Почти блин как Пиноккио. Моя собственная фамилия меня устраивала, жаль не было яндекс карты чтобы посмотреть, где там моя дача расположена?

Для того, чтобы попасть туда, я должен был следовать на юг, в порты Лаккурийской республики, садиться на корабль, плывущий на запад и следовать по Зелёному океану до города Нэйрбано, а оттуда уже посуху. Либо же идти сразу через горы и леса на запад, но так будет дольше.

По пути я подкупил старого трактирщика и тот рассказал байку, что для полного вступления в статус рыцаря мне следует «воцарить», хотя и в меньшем масштабе. Бывают домены, где нет ни одного крестьянина, но если они есть, то им следует знать, что у них поменялся сеньор. Если там есть замок, а так бывает не всегда, мне следует хотя бы раз развести в нём очаг.

Это делает меня рыцарем в глазах богов (что бы, блин, это ни значило).

Я собирался добраться к своему домену, но, хотя я не мог тогда такого знать, прямо в этот же момент появлялись факторы, которые как ветер сбивают с пути стрелу, собираются здорово повлиять на мои планы.

* * *

Я проснулся от непривычной тишины.

Не той звенящей пустоты, что бывает в чистом поле перед рассветом, а от отсутствия привычного для этого места гула и ритмичного стука молотов из десятков кузниц, который, казалось, был саундтреком этого гномьего города. Видимо, даже самые трудолюбивые из коротышек позволяли себе немного поспать перед новым рабочим днём. Воздух в гостевой комнатке был прохладным и отдавал запахом остывшего камня и чего-то неуловимо металлического.

Левое предплечье под чистой тканью всё ещё саднило, напоминая о вчерашнем ритуале. Я осторожно размотал ткань. Татуировка «Гве-дхай-бригитт» выглядела внушительно даже в тусклом свете, пробивающемся сквозь узкое, похожее на бойницу, окошко.

— Интересно, какие пассивные бонусы она дает, кроме скидок на рынке и всеобщего уважения? Может, «сопротивление к пиву» повысилось? — хрипло пробормотал я себе под нос.

Вчера вечером, после ритуала, пока эль лился рекой и гномы наперебой рассказывали байки, один из стариков-гномов, а они сохраняли крепость и работали до самой старости, дед с глазами, которые казалось, могли видеть саму вечность, подозвал меня. Без лишних слов он взял наплечники с моего составного доспеха, которые я снял до ритуала и с невероятной точностью выгравировал такой же символ «Гве-дхай-бригитт»

на левом доспехе, в том же месте.

Металл поддался ему и теперь тот же знак был и на моем доспехе, своего рода публичная декларация.

— Чужаки не поймут, свои промолчат, — весомо сказал дед и отдал мне результат труда. — Главное, что теперь каждый встречный гном будет знать, с кем имеет дело.

Я встал, потянулся, задевая руками низенький потолок гномьего жилища и собрал свои немногочисленные пожитки: сменный комплект белья, небольшой запас вяленого мяса и сухарей, флягу с водой, точильный камень и несколько мелких, но полезных в походе вещиц. Оружие и доспехи, в том числе клевец хранились в комнатке при входе, кони в конюшне клана.

Ну что, пора бы и честь знать.

Гостеприимство клана Железного Молота было щедрым, оказанная честь велика, но мой собственный «квест» — домен покойного рыцаря Пинаэрри, имя которого я едва уловил в слабом божественном послании, ждал. Я понятия не имел, что он из себя представляет, но это была «моя» земля. Мой шанс за что-то закрепиться.

Я не говорил об этом Эрику и Мейнарду, но на меня тот факт, что богиня отказалась нас перекидывать, не сказала даже «принесите мне для этого тысячу золотых и рог единорога, шкуру жабы-альбиноса и слезу девственницы», а просто отказала — произвёл большое впечатление.

Если чего-то не могут вот так вот, запросто, местные боги, это причина задуматься.

Магию тут изучают в специально обученных академиях, но даже на уровне анализа баек и сказок я понимал, что не вся магия подвластна богам, как и её носители. В любом случае во мне разгоралась искра магического дара, пока ещё неясного, но посещение домена и признание богами меня в качестве рыцаря было следующим, с точки зрения логики, шагом. А дальше… Дальше видно будет.

Когда я уже собирался выйти из комнаты, чтобы найти Торина Остроклюва, поблагодарить его и откланяться, дверь без стука отворилась, и на пороге появился Воррин Упрямец. За его спиной маячили ещё трое крепких гномов, чьи лица я смутно припоминал со вчерашнего застолья, явно не последние лица в иерархии клана Железного Молота. Вид у них был серьёзный, почти торжественный, и это сразу меня насторожило.

— Рос, человек, — начал Воррин без предисловий, его низкий голос гулко разнёсся по маленькой комнатке. — Мы тут посовещались с советом старейшин. У нас к тебе серьёзное предложение.

Я остановился.

Мой внутренний «анализатор», отточенный месяцами выживания и постоянных подстав, тут же включился на полную мощность, сканируя ситуацию.

«Не было печали, — мелькнула мысль. — Гномы ничего не делают просто так, особенно если это „серьёзное предложение“. Сейчас начнётся какая-то подстава. Бонусы за „Гве-дхай-бригитт“, видимо, включают и повышенное внимание со стороны работодателей».

Я молча кивнул, давая понять, что слушаю.

Мы переместились в общий зал, где уже суетились первые проснувшиеся гномы, разжигая очаг и готовя нехитрый завтрак.

Запах свежеиспечённого хлеба и жареного мяса приятно щекотал ноздри, но я не позволял себе отвлечься от того, что предстоит серьёзный разговор.

Нас усадили за длинный стол, тот самый, где вчера я был почётным гостем. Налили крепкого, горьковатого отвара из каких-то трав, местный аналог кофе, видимо.

Воррин откашлялся, погладил свою густую бороду и начал излагать суть.