Такие нeformatныe дети
Шрифт:
Сама мать никогда не врала Маринке: не обещала того, чего не могла сделать, но обещанное всегда выполняла. Маринка росла умной и сообразительной, и мать надеялась, что та будет хорошо учиться. Вера уже «просчитывала» возможные варианты Маринкиного образования в будущем. Реальные варианты, без излишних фантазий.
А Маринка любила сказки. Сказки они читали с бабушкой. Бабушка была не такой «продвинутой», она приносила много книжек со сказками, и они с Маринкой их читали. Маринка любила представлять себя принцессой в длинном платье с короной на голове. Платье в мечтах было то золотое, то серебряное, но всегда сияло и блестело. Девочка рисовала, как она в этих платьях танцует на балу во дворце или гуляет по волшебному саду. Ей хотелось творить чудеса,
Вера была не против сказок. Все дети в большей или меньшей степени любят сказки. Но Маринка росла, скоро в школу, и Вере хотелось дать ей настоящих знаний, современной научной информации. Ведь современные дети всем интересуются!
А Маринке хотелось, чтобы вокруг все было красиво! Она поставила в вазу сухую ветку с рябиной, но мама выбросила, потому что с ветки падала труха и на столе стало грязно. «А в грязи нет красоты», – сказала мама.
Мама не любила даже цветы в вазе. Когда ей на работе в день рождения подарили большой букет, она ворчала, потому что исколола себе все пальцы шипами от роз, пока ставила букет в вазу. Маринка любовалась букетом и представляла, как она, принцесса-волшебница, танцует в своем дворце с голубым потолком под гигантским букетом из роз. Букет мама быстро выбросила. Розы стали засыхать, и хотя Маринка считала, что они все равно прекрасны, маму букет раздражал. Она сердилась, когда его выбрасывала, потому что опять укололась. Потом ей пришлось мыть вазу, ваза не отмывалась, и мать опять ворчала, что лучше бы ей подарили банку соленых огурцов: съел и выбросил банку. Вера любила соленые огурцы. А Маринка их не любила, вообще не ела.
Приближался Новый год…
Кто не любит Новый год? В последнее время, оказывается, появились люди, которые его не любили. Например, Вера. Не то, чтобы она его не любила, а, видимо, от усталости, думала: «Боже мой, еще и Новый год!» Вера не только так думала, она еще и частенько высказывалась на эту тему. В одной телевизионной передаче пошутили, что Новый год весьма странный праздник! Люди садятся среди ночи за стол и начинают много есть и пить! Дескать, а как же здоровый образ жизни? А сколько мусора приходится убирать потом! «Настоящие», натуральные елки осыпаются, и потом люди полгода выметают из квартир елочные иголки. А искусственные елки многим негде хранить! Особенно больших размеров! А дети почему-то любят именно большие или очень большие елки. Передача была юмористическая, но Вера подумала: «А ведь правда». Она рассказала об этом бабушке и Маринке. Бабушка смеялась, а дочка смотрела на мать с испугом.
На работе у Веры была запарка. Конец года, огромный объем продаж, толпа клиентов, груды документов, отчет. Подарки партнерам и крупным клиентам, сувениры сотрудникам. Вера очень устала, она плохо выглядела, а ведь она надеялась встретить Новый год с новым знакомым! В конце концов, ничто человеческое Вере не было чуждо!
Но надо еще устроить Новый год для бабушки и дочки. Тут, конечно, нужны елка, угощение, подарки. Да еще Маринка отказывается спать в новогоднюю ночь! Хочет встретить Новый год вместе со взрослыми. «Мамочка, ты же говоришь, что я уже взрослая!» – сказала дочь. И тут же добавила: «Вдруг я увижу Деда Мороза, когда он положит мне под елку подарки!»
Ну кто это придумал, что 31 декабря рабочий день! С утра Вере пришлось ехать на работу, а оставалось еще много предновогодних дел. Правда, подарки Вера купила заранее: своей маме, бабушке Маринки, – красивую теплую кофточку, а самой Маринке –
Утром Вера ехала домой. Встреча Нового года не принесла ей ожидаемой радости. Она чувствовала себя разбитой. Ей хотелось только одного: спать, спать, спать…
Но дома ее встретила заплаканная дочка и расстроенная бабушка. «Что случилось?» – испугалась Вера. «Почему, почему Дед Мороз не принес мне подарка?» – рыдала Маринка. – Наверное, потому, что у нас не было елки!»
Вере стало обидно. Дочь растет настоящей эгоисткой! Она устало спросила бабушку: «Ты отдала Маринке конструктор? Она хоть понимает, сколько он стоит?» – «Отдала, конечно, – сказала бабушка, – но Марина хотела подарок от Деда Мороза».
Вера не выносила истерик вообще и истерик дочери тем более. Ведь себе она никаких «истерик» никогда не позволяла. Она крепко взяла Маринку за руку: «Послушай, ты уже большая, взрослая девочка, неужели ты до сих пор веришь в Деда Мороза? Разве ты не поняла, что никакого Деда Мороза не существует, а подарки детям покупают их родители? Какой еще Дед Мороз? Спустись, наконец, с небес на землю».
Маринка с ужасом посмотрела на мать и убежала. «Пусть знает правду», – вяло подумала Вера.
Маринка долго плакала в тот день, так и заснула в слезах. Вера хотела ее приласкать, но потом решила: «Нельзя противоречить самой себе, надо быть последовательной!» Она очень-очень устала.
Да, плохим оказался первый день нового года. А ведь люди говорят, что как встретишь Новый год, так его и проведешь… Но Вера не была суеверной.
Зимой Маринка два раза тяжело переболела гриппом и ангиной. Стала плаксивой, плохо засыпала, перед сном ей мерещились какие-то чудовища, и она просила не выключать свет. Но Вера все равно выключала. Она объяснила Маринке, что ей совсем нечего бояться, в ее комнате никого нет. И потом, она уже большая, «надо держать себя в руках».
Нельзя сказать, что Вера не беспокоилась за дочку. Она сняла весной дачу и договорилась в деревне с молочницей о парном молоке для девочки.
Бабушка с Маринкой жили на даче, а Вера приезжала на выходные дни. Она привозила им свежие фрукты. Мама с дочкой любили лежать на травке и смотреть в небо. Каждая думала о чем-то своем.
Маринка как-то спросила: «Мама, а где конец у неба?» Вера лениво ответила: «У него нет конца, там бесконечность». Через неделю, сидя вечером на крылечке и глядя на звездное небо, Маринка повторила свой вопрос: «Мама, а где кончается небо?»
Вера рассказала, что знала: про другие планеты, звезды и галактики и повторила про бесконечность. Ночью Маринка расплакалась: она, оказывается, и не засыпала, все думала про небо и бесконечность, и не могла понять, как это может быть «бесконечность»?
Вера успокоила дочку и пообещала сводить ее в планетарий. «Вот, – подумала Вера, засыпая, – Маринка интересуется астрономией, это хорошо».
Прошло недели две и стало видно, что Маринка чахнет на глазах. Она плохо засыпала, ее мучили страшные сны, она стала плаксивой, и у нее появились сильные головные боли. Она часто спрашивала: «А у неба есть потолок? А что идет за звездами? А где конец у неба?» Вера терпеливо отвечала.
Наконец, решили везти Маринку к врачу в город. Участковый врач направил к невропатологу, тот – к детскому психиатру. Психиатр предложил проконсультироваться у психолога.
На первой нашей встрече Вера очень старалась выглядеть спокойной. Она заранее подготовила свои вопросы к психологу и записала их на листе бумаги. Она сидела в напряженной позе с озабоченным, но недоверчивым выражением лица.
Ее дочь – нежная хрупкая девочка, совсем не похожая на мать, – выглядела усталой. Она молча сидела на стуле, не обращая внимания на шкаф с игрушками.