Такие как мы
Шрифт:
— Ты им точно объяснил чего делать?
Немо хмуро кивнул головой, и приложил дрыном мужика стоящего с открытым ртом, по пятой точке. После того как я, под очень большим секретом, разложил ему по полочкам, что произошло и почему сархи меня не тронули, он пересмотрел свои взгляды, и стал относиться к чистоте с благоговением. И благоговение, был готов излить на любого, и любым предметом попавшимся ему под руки.
Секрет моей «непобедимости», после небольшого совещания ближнего круга, мы решили не разглашать.
— Охотники,
— Говорить нельзя, — поддержала подругу Ева. — Там есть хотеть стать вождём.
А вот этого мне совсем не надо!
— Нам не надо другой вождь, — угадала мои мысли старшая жена и, придвинулась ко мне ближе.
Все посмотрели на Надю.
— Нельзя, — согласилась она, и подвинулась ко мне с другой стороны. — Я не хочу.
Немо сидел молча, и толи думал, толи обижался за своих собратьев по ремеслу, о которых так нехорошо высказалась Верка.
— Немо, ты не молчи. Ты скажи, тебя сразу прибить, чтобы не разболтал, или молчать будешь?
— Я не скажу, — встрепенулся Немо, получив от Верки кулаком в бок.
Я, прищурившись, посмотрел на единственного мужчину в своём ближнем окружении.
Немо умён, силён, лучше адаптирован к местным условиям, чем я. Быстрее меня научился пользоваться новым для себя оружием, охотник он тоже хороший….
— Немо, почему ты не хочешь бросить мне вызов? — задал я мучащий меня вопрос. — Из тебя получится хороший вождь.
Немо, когда до него дошёл смысл сказанного, закаменел лицом и посмотрел сквозь меня.
— Если он станет вождём, — вылезла на первый план Верка, — нас убьют.
Меня как током прошибло.
— Это почему?
— Мы нарушили обычаи, — насупилась Верка
— Я тоже нарушаю обычаи, — возразил я.
Привстав, Верка перегнулась через стол, и под внимательными взглядами моих жён провела рукой по неровному ежику светлых волос на моей голове. Увы, от слюны сархи можно было избавиться только с помощью ножниц и бритвы. А канцелярский нож, не очень хорошая замена опасной бритвы. Поэтому лицо всё заклеено мелкими бумажками.
— Ты другой. Ты совсем другой. И ты знаешь, как это делать. А мы…. — Верка замолчала, поводила рукой по моей голове и сев обратно, продолжила. — Немо не сможет.
— Что ты скажешь? — я посмотрел на «статую» сидящую рядом с Веркой.
— Я самурай, — произнёс непонятную фразу Немо.
— Кто? — я чуть не заржал, но посмотрев на раскосые глаза парня, попридержал свои эмоции. Похож. Внешне.
И тут я понял, что он хотел сказать. Насмотревшись фильмов, и почитав, по моему настоянию, некоторые
Верка удовлетворённо прикрыла глаза и, скрестив пальцы рук на животе блаженно улыбнулась.
Не без помощи её однако, он пришёл к таким выводам. Ох, Верка, Верка…. Из неё получился бы хороший министр пропаганды.
Но эта секретность теперь играет против нас. Охотники не очень понимают, зачем им надо мыться. Толстый слой жира с запахом тухлятины, это же круто. Это запах победы над диким зверем. И не одной победы. Ведь так заведено от дедов прадедов. И не смотря на мой статус Великого Охотника, сопротивляются, как могут, и что удивительно, по очень знакомой, с Земли, методе. Косят под дурака, думая, что я сам такой. Разбежались.
— Немо, поддай им пару, замерзают бедняги.
Немо, приподнял дрын и, не смотря на грозные взгляды и злое ворчание своих двоюродных и троюродных братьев и дядек, «поддал жару».
О, так дело пошло лучше. Пучок травы теперь предпочтительнее чем увесистая оглобля.
— Молодцы товарищи охотники, — подбодрил я трущихся и чешущихся мужиков, — так держать. Ещё немного и мой помощник раздаст вам мыло.
С мылом дела пошли ещё хуже. Если травой пользоваться дикари могли так-сяк, то мыло у них вызывало сильное недоумение, а попадая в глаза жуткую злость, а после направляющего удара дрыном, и боязнь.
— Немо, вытаскивай их из воды, скоро рыба вся сдохнет. Веди их к душу, там домывать будем. Боюсь, мы половину охотников поскользнувшихся на мыле потеряем. И скажи, что если потеряют, хоть один кусок, батоги будут к их услугам.
Около душа нас уже ждала помывочная команда из семи человек во главе с Веркой, и «рекрутированной» на время Светкой, нашей непризнанной амазонки.
— Готовы? — я вопросительно посмотрел на Верку и, увидев утвердительный кивок, подтолкнул первого охотника к тесной кабинке летнего душа, около которой его ждала скво.
Охотник упирался. Охотник сопротивлялся. Охотник под дружным нажимом влетел в кабинку, и застыл под мягкими струями льющейся сверху тёплой воды, которую специально грели для этих целей. Надо, не только отмыть страждущих, но и удивить до самого копчика. И удивить, важнее всего.
Первого охотника отмыли быстро, мужик так и не пришёл в себя от пролившегося на него чуда. В таком обалдевшем состоянии его усадили на стул, обрезали, не поддающиеся расчёсыванию, волосы и, выдав ему, травяного плетения юбку для прикрытия срама, отправили к длинному столу, сделанного из оконных ставней, на плетёных ножках. Где ему тут же поставили железную миску с варёным мясом и овощами. Ложку не дали. Потом учить буду. Сейчас не до этого. Но и того, что сделано, вполне хватит для закрепления условного рефлекса.