Таблоид
Шрифт:
Братец Лю открыл мне секрет приготовления старинного китайского блюда из змеиных хвостов и научил почти без акцента произносить по-китайски тост «За знакомство!».
Впрочем, наутро все эти ценные уменья как-то сами собой изгладились из моей памяти. Не знаю, из чего уж там готовил свою ароматную настоечку китаец, но похмелье она давала страшное. Ни до ни после мною не испытанное.
Эрго: чертов Чайна-Таун.
Я купался в Манильской бухте… пытался загорать под январским
Бар располагался прямо на берегу океана. Некогда именно в нем американцы снимали сцену из фильма «No Exit», в которой советский шпион Кевин Кестнер передает в Москву важное донесение.
К концу второй недели пребывания в Маниле я даже подстригся. Парикмахерская принадлежала местным конфуцианцам. По стенам висели иконки с рожами богов-первопредков. В углу на домашнем алтаре горели свечи.
Еще мне очень хотелось съездить на пляжи южных островов. Ну, я и съездил.
Филиппинский архипелаг состоит из трех больших островов — Лусон, Панай и Минданао, пары дюжин средних и многих тысяч совсем маленьких.
Северная часть архипелага сплошь покрыта болотами и непролазными джунглями. Единственные, кого она привлекает, — это рыбаки.
На хорошую наживку здесь можно поймать даже тигровую акулу. Что говорить о мелочевке, вроде трех-, четырехметровых мурен?
На восточных, почти совсем необитаемых островах, говорят, до сих пор водятся филиппинские пираты, самые жестокие во всей Юго-Восточной Азии. Местные газеты уверяют, будто пираты любят отлавливать европейских туристов, закатывать их в бочки и топить в бирюзовых лагунах.
Ну а южные острова традиционно считаются лучшими пляжами Старого Света.
На манильском пирсе за $15 я нанял настоящую джонку. У нее был цветастый, похожий на застиранные трусы, парус и команда моряков в набедренных повязках. На таких лодках островитяне катались еще во времена фараонов.
Какое-то время меня перло от осознания экзотики происходящего. Ощущение притупилось в тот момент, когда берег скрылся из виду и я понял, насколько моя жизнь зависит от прочности этой допотопной посудины.
Джонка отвезла меня на Тагайтай. Так называется ближайший к Маниле курортный островок. Я понырял в лагуне, прокатился на надувном банане с подвесным моторчиком, сфотографировался рядом с дрессированным слоном.
С трех сторон лагуна Тагайтай окружена берегом, а с четвертой вход в нее перекрывает вулканчик Таал. Действующий, но не опасный.
Кратер Таала всего полметра в диаметре. Из него валил дым, и в воду изливались неприлично белесые потоки лавы. От этого вода в лагуне становилась совсем теплой и очень полезной для кожи.
Держать сигарету мокрыми пальцами было неудобно. Щурясь от дыма, я ни с того ни с сего начал прикидывать, а как бы выглядела вон та брюнетка, одень ее в пару свитеров, шубу, шапку и зимние сапоги? С
Представить не получалось. «Отвык», — грустно подумалось мне.
Через пару дней мне предстояло возвращаться в Петербург.
А тогда, на набережной, велорикша спросил меня:
— Россия? А где это? Где-то на севере, да, мистер? Говорят, у вас там холодно?
Я кивнул. Типа того, что действительно холодно.
— Ну и как вы? На холоде-то?
Я объяснил, что если потеплее одеться, то ничего. С собой у меня был рюкзак, а к рюкзаку на карабинчике до сих пор были пристегнуты толстые финские перчатки с молнией у запястья.
Я отстегнул их и протянул аборигену. Пусть представит, что значит «одеваться потеплее».
Знаете, как он среагировал? Он решил, что я острю. Это простодушное дитя тропиков долго и вежливо смеялось, называло меня «мистером-остряком» и хлопало в ладоши, но категорически не желало верить в то, что эту странную, толстую, как подушка, штуку можно носить на руке.
Набережная плавилась от зноя. В двадцати двух часах лета отсюда люди хлюпали носами и дети играли в снежки.
Господи! Ну почему я не филиппинец?!
Спустя сутки редактор позвонил, чтобы сказать, что журналист лучше меня никогда не рождался под солнцем! только, э-э-э… как бы помягче?… в МАТЕРИАЛЕ СОВСЕМ НЕТ ТЕЛОК!.. понимаешь? а телки — это важно! вставь пару телочек, пока мы не начали верстаться, ладно?
Сперва я протестовал. Сказал даже, что это противоречит моим религиозным убеждениям.
Редактор ответил, что совсем не просит меня пропагандировать разврат. Не просит врать. Напиши э-э-э… только правду! Ты же наверняка видел там проституток, да? Вот и напиши, что видел. Кстати, выпишу тебе за переделки $150 премии.
На следующий день я отослал ему третий вариант:
— Эй, кьясавчик! Хочешь девочку?
Владелец магазина, сухонький, пожилой филиппинец, сверился с бумажкой. Насколько мне было видно, кроме русского, на бумажке данная фраза была написана еще на двух дюжинах языков.
Невероятно. Здесь, посреди Тихого океана, в городе, из которого до родного Петербурга одного только лету — двадцать два часа, зайти в сувенирную лавочку, заваленную сушеными крокодильими головами и охотничьими луками и услышать звуки родной речи.
В лавке было прохладно, а снаружи мир плавился от нестерпимого зноя. За шелковыми занавесками слышались мяукающие звуки филиппинской речи. Очевидно, там коротали время обещанные девочки.
Хозяин снизу вверх заглядывал мне в лицо.
— Решайтесь, мистер! Реальный секс по-филиппински! Хит нынешнего туристического сезона!