Сюжет
Шрифт:
– Павлик!
– обиженно произнес Юрик.
– Хватить шутить!
– Я не ставил другой фильм! С таким глупым фильмом у меня только одна кассета!
– Ты перемотал её на начало? Может, это сериал...
– начал Юрик.
– Перемотал, перемотал!
Он надавил на кнопку изъятия. С тихим щелканьем, видеокассета плавно появилась из отверстия. Павлик спешно вытащил её обеими руками. Сквозь прозрачное окошечко было видно, что пленка на начале, и лишь несколько слоев ленты успели намотаться на правую бобину. Надписи по-прежнему
Оne show only
Павлик замер.
– Только один просмотр?
– произнес он дрогнувшим голосом.
– Ты о чем?
– не понял Юрик.
Мысли стремительно проносились в голове. Павлику внезапно сделалось холодно. Ему вдруг очень захотелось надеть свитер, который лежал в шкафу в соседней комнате.
Когда Павлик нашел кассету, надпись на ней гласила "только три просмотра". Вчера она изменилась на "только два". Эти дурацкие надписи почему-то меняются!
Павлик поднял взгляд на приятелей.
? Вчера на кассете было написано, что осталось только "два просмотра". А сейчас надпись изменилась на "один".
– Но ведь мы уже один раз посмотрели фильм!
– произнес все ещё хихикающий Ковалевский. Юрик с Павликом переглянулись.
– А ведь этот клоун прав!
– заметил Юрик.
– Из-за того, что мы посмотрели фильм, надпись изменилась?
– спросил Павлик.
– Но ведь и фильм изменился!
– сказал Прохоров.
Его товарищи правы. Два просмотра уже было. Остался один.
Павлик помотал головой, стараясь выкинуть странные мысли. Что за ерунда творится с этими "show only"!
– Может, изменилось только начало?
– предположил Павлик.
Приятели вернулись на места. Павлик перемотал немного вперед. Картинка показывала опрокинувшуюся в кювет длинную машину. Кажется "кадиллак".
– Не напрасно в начале фильма тот тип раскладывал поперек дороги ленту с шипами, - иронично заметил Ковалевский. Юрик с Павликом недовольно на него зашикали.
На экране появился старый знакомый Комбо. Он вытаскивал из салона автомобиля человека, который двигался с трудом. Возможно у него повреждена нога.
– Я - профессор археологии!
– добросовестно перевел Юрик слова человека, обращенные к Комбо.
– В старых каменоломнях Нумора я раскопал древний артефакт, который позволяет найти сокровище, спрятанное Корбэйном!"
– Все ясно, парни, - произнес Ковалевский.
– Не знаю, что ты вчера видел, Юрик, но фильм о том же! Сидите, наслаждайтесь повторным просмотром, но лично меня от этого Комбо уже тошнит. К тому же, мне пора за Анатолием Сергеичем в детский садик. Пока!
И Ковалевский покинул Павлика с Юриком, которые округлившимися глазами уставились в экран, где главный герой Комбо в паршиво снятом фильме опять искал сокровища Корбэйна, а люди так и не появившегося в кадре Мастера продолжала ему мешать. Вот только события фильма развивались по новому сценарию. Совсем не похожему на вчерашний просмотр.
Фильм
– У меня действительно эта кассета в единственном экземпляре, произнес наконец Павлик. Юрик опустил голову, уставившись в пол.
– Этого не может быть!
– произнес он.
Глава 2.
12.30
Ковалевскому-младшему было почти четыре года. Он уже неплохо говорил, и в тот момент, когда Сергей, держа его за руку, как всегда красноречиво прощался с молодой воспитательницей, сын произнес слово, обозначающее в единственном числе женский пол лучшего друга человека. Причем произнес он это слово, откровенно глядя на родного отца.
Сергей и молоденькая воспитательница в шоке уставились на малыша, одетого в джинсовый комбинезон.
– Это что ты такое произнес!
– думая что строго (на самом деле не очень), воскликнул Ковалевский.
– Это я такое имечко придумал!
– ответил Анатолий Сергеевич.
– Ничего себе имечко!
– усмехнулся Сергей и поднял глаза на воспитательницу.
– Развиваете детям языковую базу?
– Да что вы!
– всплеснула руками девушка.
– Это он от кого-то услышал!
Ковалевский вернул насмешливый взгляд на сына и попытался изобразить строгость, однако его продолжал разбирать смех.
– Это плохое слово!
– нравоучительно произнес Сергей, наконец справившись с собой.
– Очень плохое! Не повторяй его и забудь!
Анатолий Сергеевич отлично устроился на заднем сидении восьмой модели "жигулей" Ковалевского. На всякий случай Сергей пристегнул его ремнем безопасности, на что Ковалевский-младший был очень недоволен, так как из-за маленького роста он не мог заглянуть в окно. Сергею пришлось свернуть фуфайку, которая валялась в багажнике, и на неё усадить сына.
Когда Ковалевский-младший наконец оказался удовлетворен, Сергей сел за руль, поморщился от головной боли и выехал на окружную дорогу.
Стояла сухая погода, солнце скрывали кисельные облака, дорога была пуста. Ковалевский выжал сто двадцать километров в час, но потом, вспомнив о сыне на заднем сидении, снизил скорость до восьмидесяти.
– Папа!
– раздался голос Анатолия Сергеевича.
– А почему делевья плывут за окном?
– Нет, Толя, деревья-то стоят, а вот мы - движемся. Но мы сидим в машине, и нам кажется, будто мы стоим, а движется то, что за окном... Объяснение получилось никудышным. Но не объяснять же ребенку теорию относительности!
– Ну в общем ты понял?
– Ага, - ответил Ковалевский-младший.
– А почему столбы плывут за окном?
– Я же объяснял, что они стоят на месте. Просто мы едем, и нам кажется, что столбы плывут... Ты понял?