Сыщик
Шрифт:
– Хорошо, – подчинился Бертран. – Все довольно просто. Поначалу князь Сергей не собирался оказывать сопротивление. Хотя игломет лежал рядом с ним на диване. Но потом он вдруг пришел в ярость, крикнул «Ах ты, мразь!» и схватился за игломет. Почему произошла такая перемена, я не знаю. Но выстрел из игломета смертелен. В отличие от выстрела из парализатора…
Марк кивнул: особенности игломета были ему известны.
– Зачем князь Сергей хранил столь опасное оружие? – спросил Марк.
– Как бывший звездолетчик и князь из рода Рюриковичей он имел право на любое личное оружие. А вот зачем ему тем
Бертран демонстративно положил на стол коробку с инфокапсулами.
– Какие отношения у вас лично были с князем Сергеем? – спросил Марк.
Сержант задумался:
– Никаких, ровным счетом. Мы встречались два или три раза. И только. Его жену я вообще никогда не видел. Каких-то уголовных дел, связанных с князем, не вел.
– Как вы относитесь к патрициям? – спросил Марк. – Знаете ли, эти новые секты…
Сержант позволил себе криво усмехнуться:
– Мне все равно, кто вы: патриций или плебей, с Китежа или с Лация. На Психее все равны. Это основа нашего законодательства.
– Хорошо, допустим, инцидент с князем Сергеем был случайностью. Ну а гибель Эмилии и телохранителя чем вы объясните?
– У меня нет объяснений, – отрезал сержант.
– Не лгите.
Сержант вновь покосился на Флакка и проговорил неохотно:
– Правдоподобная версия одна: Эмилия изменяла мужу с телохранителем. Они задумали бежать с планеты, капитан узнал и прикончил любовников.
– Есть факты, подтверждающие эту версию?
Сержант кивнул:
– Улик достаточно. Но все косвенные.
– Какие именно?
– На погибших были защитные космические скафандры.
– Интересно…
– Планетолет стоял неподалеку на площадке. На таком кораблике можно без труда добраться до любого нуль-портала, хоть Лацийского, хоть Неронии, и исчезнуть.
Флакк усмехнулся:
– Вот именно! Куда еще бежать неверной жене? Только на Неронию.
– Все это чепуха! – покачал головой Корвин. – Я видел голограммы убитых. Князь запихал любовников в огромную мясорубку? И что за лужа, которую обнаружили рядом с тем местом, где нашли трупы?
– Нефть.
– Нефть? На Психее нет нефти!
– Ее закупили для грузовых платформ. Потом вылили из бочек и подожгли. Она горела. Роботы-пожарные огонь погасили. Видимо, князь сначала собирался сжечь тела убитых, но передумал и перетащил на склад. В доме нашли повсюду отпечатки с кровью Эмилии и Тихона и пятна нефти.
Ну конечно! Сжечь тела так, чтобы не осталось следов. Потом сказать, что сгорела нефть. Марк тут же споткнулся: «А почему князь этого не сделал? »
– Чем занимался князь на Психее? – спросил вдруг Флакк.
– Как чем? Строил поместье.
– Ну что ж, благодарю вас, сержант… – Марк неожиданно поднялся. – Нельзя сказать, чтобы вы нам слишком помогли… Но и на том спасибо.
Бертран ожидал долгого разговора и растерялся. Шагнул к двери. Остановился:
– Поверьте, этот выстрел из парализатора – несчастный случай. Представители Китежа расследовали это дело… И моей вины не нашли.
Флакк промолчал. А Корвин как будто спохватился и спросил торопливо:
– Когда вы в последний раз до того рокового выстрела проверяли свой парализатор?
– Накануне
– Парализатор был исправен?
– Да…
Трибун по-прежнему молчал.
– И после того как вы едва не убили князя Сергея, вы продолжали вести дело об убийстве княгини? – допытывался Марк.
– Меня отстранили сразу после прилета начальства из метрополии.
– Кто после вас вел дело? – Корвин напрягся, ожидая, что сейчас…
– Никто.
Марк на секунду растерялся, глянул на Флакка. Но тот, кажется, был изумлен не меньше него.
– Никто? – переспросил Флакк. – Но мне показывали кучу отчетов.
– Отписки более высокого начальства… Никто не расследовал этого дела, кроме меня.
– Но почему? – воскликнул Марк.
– Мне не объяснили. – Бертран явно что-то знал, но не желал пока делиться своими догадками.
– Благодарю… – Марк кивнул, давая понять, что вопросов у него больше нет.
– Какая-то чушь, – пробормотал Друз, когда сержант удалился. – Якобы князь прикончил жену из ревности.
– Почему же чушь? – язвительно заметил Флакк. – Ночью Марк пытался доказать мне, что именно князь убил свою жену. Правда, причина убийства у него была другая.
– Не может быть…
– Я лишь сказал, что отношения молодой пары не были безмятежными. Князь вполне мог убить Эмми… Во всяком случае, я это не исключаю. – Марку все больше и больше не нравилась такая версия. Но пока никакой другой не подворачивалось.
– Кстати, мне даже не понадобилась помощь Друза, чтобы проверить расходы князя и его жены, – сказал Флакк. – Благодаря твоему статусу следователя я получил доступ к финансовому архиву князя.
– И что?
Флакк помолчал.
– Во-первых, деньги они тратили, не скупясь. Покупки делали самые экзотичные. Украшения, картины, скульптуры. Деревянный паркет – копия того, что украшает усадьбу князя Андрея на Китеже. За исключением неронейского кедра, который весь уже извели. Но вот что мне удалось обнаружить. Князь обращался в платный роддом. Знаешь, что это такое? – Марк пожал плечами. – Непременный атрибут каждой лацийской колонии. Здешнее заведение содержит некто Василид. Судя по всему, еще тот проходимец. Кроме обычного принятия родов, он оказывает весьма специфические услуги. К нему на Психею приезжают патрицианки рожать своих незаконных детей, которые не должны обладать генетической памятью. Зародыши обычно извлекаются на двенадцатой неделе и доращиваются в искусственных матках. Итак, этот Василид получил миллион кредитов от князя Сергея в оплату за свои труды. Причем единовременно. Как ты сам понимаешь, миллион не платят просто так.
– Получается, они с Эмми избавились от ребенка и отдали его в клинику Василида…
Флакк зло оскалился:
– Не удивлюсь, если так…
– Но зачем? Они же были женаты… Их ребенок и так не обладал памятью… – Марк растерялся. «Голос предков» молчал. Похоже, эта загадка оказалась им не по зубам.
– Не знаю, Марк, – отвечал Флакк. – Думал, у тебя появится какая-то версия.
– Нет, пока версий нет. Единственный выход: наведаться в клинику Василида.
«Неужели они так ненавидели друг друга, что решили отказаться от ребенка?» – подумал Марк.