Сыновья Горгоны
Шрифт:
– И эти силы вам следует непрерывно наращивать, - одобрительно хмыкнул Гитлер.
– Враг не должен знать ни минуты покоя в своем тылу. Что еще?
– Совместно с руководством кригсмарине мы планируем создать на Балтике тайные базы подводных лодок, законсервировав и затопив их в ряде мест. При очередном наступлении наших войск они незамедлительно могут быть использованы по назначению.
– Хорошо, - согласился фюрер. - А теперь слово вам, Карл. Доложите, что нового предпринимает кригсмарине на морском театре. И, когда, наконец, наши новые
– Мой фюрер, - встал гросс-адмирал.
– Сейчас на морских коммуникациях противника в Арктике и Атлантике, задействован весь наш подводный флот. В ближайшее время он пополнится новыми кораблями семнадцатой серии, которые позволят переломить ход войны на море.
Помимо этого, согласно утвержденному вами проекту «Лафференц», завершены испытания принципиально новой лодки, вооруженной ракетами Фау-2 для нанесения ударов по территории США, и завтра она выйдет в море.
– Проконтролируйте эту операцию лично! - дернулся Гитлер.
– Вашингтон вслед за Лондоном должен почувствовать силу нового оружия Рейха! Оружия возмездия!
Все более возбуждаясь, фюрер вскочил с кресла и кособоко засеменил к карте. Там он остановился и, тыча в нее скрюченным пальцем, разразился бессвязной патетической речью, в адрес почтительно внимавших ему соратников. Затем, убедившись, что речь произвела на присутствующих нужный эффект, проковылял к своему месту.
– Что у вас еще, Карл? - пролаял он, усаживаясь в кресло и конвульсиво подергивая щекой.
– И последнее, мой фюрер. Я прошу разрешение на формирование соединения новых лодок, с последующей отправкой его в воды Атлантики. Там мы планируем развернуть тотальную войну на коммуникациях противника и в его базах, с использованием боевых дельфинов.
– Разрешаю, - кивнул тот головой.
– Но учтите, Карл, мне необходим успех!
После этого был рассмотрен еще ряд вопросов, и совещание закончилось.
На следующий день гросс-адмирал был на судоверфи в Штеттине, откуда к берегам США ночью должна была выйти первая ракетная лодка нового проекта.
Идея ее создания принадлежала капитану люфтваффе Эрнсту Штейнхофу из управления ракетного центра в Пенемюнде. Еще в 1942 году одна из лодок кригсмарине, U-511, была переоборудована для этих целей и на нее установили контейнеры для запуска ракет из подводного положения. Испытания превзошли все ожидания.
Ракеты запускались с глубины от десяти до двадцати метров с дальностью полета более пяти километров и поражали заданные цели. Причем их можно было беспрепятственно доставлять в любой район океана. Впоследствии был создан принципиально новый корабль, с газотурбинной установкой и двумя контейнерами с ФАУ-2, размещенными на верхней палубе, позволявший осуществлять ракетные пуски из надводного положения на расстояние до трехсот километров.
Именно такую, являвшуюся первой в серии, лодку, с «оружием возмездия» на борту и собирался проводить в море, для выполнения особого задания, гросс-адмирал.
Она стояла в гавани у отдельного,
Это был один из лучших подводников Рейха, который в начале войны, на своей U-47 проник в главную военно-морскую базу Англии Скапа-Флоу и торпедировал стоявший там, на рейде, линкор «Ройял Оун». Впоследствии, в марте 41-го, по указанию Деница морскому ведомству Великобритании была подброшена дезинформация о потоплении лодки Прина, а сам он, вместе с «погибшим» экипажем, занялся испытаниями нового корабля на секретной базе в Пенемюнде.
Встреча гросс-адмирала с уходящими в море подводниками, прошла без обычной в таких случаях помпы. Командующего сопровождали несколько офицеров штаба и военный оператор, призванный запечатлеть ее для истории. Выслушав доклад Прина о готовности к походу, Дениц пожал ему руку и прошелся вдоль строя моряков, пристально вглядываясь в их лица. После этого адмирал обратился к экипажу с напутственной речью, суть которой сводилась к важности стоящей перед кораблем задачи и надежде на ее успешное выполнение.
– Вперед, к победе! С нами Бог и Фюрер! - провозгласил он в завершение, выбросив вперед затянутую в лайку руку.
Еще через минуту по трапу загремели тяжелые ботинки, на лодке взревели дизеля, и, отдав швартовы, она двинулась к выходу из гавани.
Через две недели, дозаправившись в точке рандеву соляром, принятым с борта «дойной коровы», лодка Прина находилась у берегов США. Благодаря установленной на ее борту новой гидролокационной станции «Метокс», позволявшей обнаруживать корабли и самолеты противника в радиусе до сорока миль, переход прошел скрытно, и лодка заняла позицию для стрельбы.
Ночью корабль всплыл и, произведя со штурманом счисления по звездам, командир приказал начать предстартовую подготовку. Через час палубные контейнеры с находящимися в них ракетами были приведены в боевую готовность, расчет спустился в лодку, после чего включили метроном. На тридцатой секунде последовала команда «Пуск!» и корабль содрогнулся от титанических ударов в корпус.
Район моря вокруг лодки озарился мертвенным светом, и в сторону материка унеслись два огненных смерча. Наблюдавший всю эту картину в перископ Прин, удовлетворенно хмыкнул и отдал команду на погружение.
…Мирный сон провинциального американского городка Чапел-Хилл, расположенного в Северной Каролине, был прерван двумя оглушительными, донесшимися со стороны окраины, взрывами.
– Что за черт? - вздрогнул дремавший в своем кабинете помощник шерифа Харпер и, придерживая рукой болтающийся у бедра «кольт», выскочил на улицу.
За городком, в низине, горело нефтехранилище. Зловещие языки пламени поднимались высоко в небо, освещая неверным светом окрестности. Харпер вскочил в свой патрульный «мустанг» и помчался к нефтебазе.