Сыновья Горгоны

Ковалев Валерий Викторович

– Надеюсь, старый Шмундт не пожалел для нас новых торпед, а Вилли? подмигнул Меендсен-Болькену фон Майер.

– Не пожалел Отто, – потрепал его по плечу собеседник. – Больше половины из них электрические, с акустической аппаратурой наведения.

Доставленное оружие действительно были чудом германской военной мысли.

Созданная на базе торпеды с электрическим двигателем, новая, получившая название T-IV, не шла ни в какое сравнение с прежними образцами. Перед запуском в нее вводились стрельбовые данные: глубина хода, курсовой угол и скорость. Они

выводили торпеду в точку захвата вражеского корабля гидрофонами, где включался боевой режим аппаратуры самонаведения, и у цели практически не оставалось шансов уцелеть. Удар был точным и разрушающим.

Понаблюдав несколько минут за разгрузкой, оба командира спустились в стоявший у трапа катер, застывший на его носу матрос оттолкнулся от борта отпорным крюком и, взревев двигателем, катер понесся в сторону бухты.

Удобное место для твоих лодок! – оглядывая нависшие над ней мрачные скалы и ежась от ледяного ветра – прокричал Меендсен-Болькен. – Настоящее волчье логово!

– Отличное сравнение! – оскалился фон Майер.

Через несколько минут катер ткнулся носом в плавучий пирс у берега, у которого стояла еще одна субмарина с работающими дизелями. На ее палубе несколько моряков вооружали торпедопогрузочный лоток.

– Это моя вторая лодка, – гордо сказал фон Майер. – А третья находится на позиции.

Миновав пирс, офицеры оказались на берегу, у кромки которого, под камуфлированной сетью, призрачно светилось иллюминаторами и парило среднего тоннажа судно.

– Ведь это плавбаза? Откуда она здесь? – удивился Меендсен-Болькен.

– Из Швеции. Значится затонувшей в Северном море в начале войны. На ней мы и живем. А вот там, – указал фон Майер в сторону ближайших скал, – в пещерах у нас склады горючего и продовольствия.

– В пещерах? – округлил глаза капитан 1 ранга. – Немыслимо!

– Да. Наши предшественники обнаружили здесь целые подземные лабиринты. С гротами и термальными источниками. Настоящее царство Вотана. Помнишь, как в древних германских рунах?

«Легко отгадать,где Одина дом,посмотрев на палаты:стропила там – копья,а кровля – щитыи доспехи на скамьях»

процитировал он. – И оборудовали все это под склады и хранилища. Мы пришли практически на обжитое место.

– И кто же этим всем занимался?

– Ведомство Канариса, через подставные шведские фирмы. И такие базы разбросаны у нас по всей Арктике, о чем русские до сих пор не догадываются. Есть также ледовые аэродромы и метеостанции.

– Насчет последних я осведомлен, но такую базу вижу впервые.

– Для этого нужно служить в подплаве, мы всегда прячемся в укромных местах. А теперь предлагаю

взглянуть на наши подземелья, они того заслуживают.

Вслед за этим спутники направились к скальному массиву и, пройдя сотню метров по деревянному настилу, остановились перед глухими железными воротами в нем. Фон Майер нажал кнопку звонка, где-то в глубине скалы послышалось журчанье электромотора, и одна из металлических створок покатилась в сторону.

За ней оказались егерь в зимнем камуфляже и с автоматом, который при виде начальства щелкнул каблуками, вскинув руку в нацистском приветствии, после чего доложил. – Обер-лейтенант Мольтке! К вашим услугам!

– Это мой комендант, – представил офицера фон Майер. – Гюнтер, сопроводите нас.

– Слушаюсь! – рявкнул тот. – Прошу следовать за мной.

Меендсен-Болькен был поражен открывшейся перед ним картиной.

Обширная, созданная природой в скале, пещера была ярко освещена исчезающими за поворотом, подвешенными на кабелях фонарями, в лучах света которых искрились свисающие с ее свода сталактиты.

– Она восхитительна и является началом целого лабиринта, – с гордостью произнес фон Майер и пригласил гостя следовать за собой. Офицеры двинулись вперед, ступая по дощатому трапу, рядом с которым была проложена узкоколейка.

– По ней мы доставляем боезапас и горючее в хранилища, – перехватив взгляд гостя, – сказал Мольтке. – А вот, кстати, и первое из них. С торпедами.

В низком сухом гроте, у стоящих вдоль стен стеллажей, на которых лежали серебристые сигары, колдовали несколько моряков в черных комбинезонах.

– Господин капитан! – вытянулся перед вошедшими бородатый унтер-офицер, – дежурное отделение занимается вентиляцией электроторпед!

– Вы готовы к приему новой партии, Эрих? – поинтересовался фон Майер.

– Так точно! – заявил бородач.

– Продолжайте, – кивнул головой капитан 3 ранга.

– Дальше, по ходу, склады с горючим и продовольствием, – обернулся он к Меендсен – Болькену. Но я хочу показать тебе, Вилли, наши термальные источники. Этот архипелаг, безусловно, вулканического происхождения. Наверху льды и арктический холод, а в недрах отголоски великого катаклизма.

Выйдя из грота, спутники направились дальше и вскоре оказались у разветвления пещеры. Левое уходило вниз, а правое преграждалось металлической дверью.

– Что за ней? – поинтересовался Меендсен-Болькен.

– Камеры, – с готовностью ответил обер-лейтенант. – Мы содержим в них пленных, захваченных в тундре и на море, используя для тяжелых работ. К сожалению, эти скоты очень быстро дохнут.

– Я пополню вашу рабочую силу, Отто, – хлопнул фон Майера по плечу капитан 1 ранга. – У меня на борту два десятка русских, с потопленного ледокола. Прими их в дар. Кстати, среди пленных, молодая женщина – врач. Настоящая валькирия*.

– С удовольствием, Вилли, это очень кстати. Мы, завершим, наконец, обустройство нашей термальной станции. А русская валькирия будет делать мне ванны и минет. Как когда-то француженки в Париже.