Сын Сумрака
Шрифт:
Лоан принял нож из рук Леонтия, придирчиво осматривая оружие, а потом улыбнулся, очевидно, поняв, что сталь клинка превосходна.
– Ходят слухи, что вурдалаков породила какая-то чёрная магия, - ни слова не говоря о преподнесённом даре, произнёс Ванатор.
Георг вздрогнул, зябко поведя плечами.
– Возможно, это потомки Носферату, - ответил он голосом, который чуть дрожал.
– Возможно, хотя, я мало верю этому, - Лоан сделал знак рукой, и второй охотник, появившийся словно бы из ниоткуда, подхватил мешок и унёс его в сторону неказистых домов.
– Спасибо за оружие, Леонтий, - поблагодарил Ванатор, заложив клинок за
Он развернулся и почти отошёл от Георга, когда позади него послышался тихий голос халда.
– Ты всегда можешь рассчитывать на нашу помощь, Лоан.
Ванатор резко развернулся и ухмыльнулся, обнажая ряд ровных белоснежных зубов.
– Похоже, у тебя нет другого выбора, Леонтий.
Леонтий. За некоторое время до Апокалипсиса
Я остановил машину рядом с новёхоньким зданием, крышу которого украшали ярко-красные буквы. «Завод Брайла» - гласила надпись, заметная даже с самого приличного расстояния. Истинное назначение этого места знали лишь в узком кругу посвящённых. Я был одним из тех, кого посвятили в тайну грядущего эксперимента.
Достав из кармана куртки пачку сигарет, я прикурил, ожидая Хенрика Мога, с которым у меня была назначена встреча через десять минут. Я поднял руку и прикоснулся к амулету, висящему на шее под рубашкой – костяному полумесяцу, с нанесёнными на него рунами. Амулет был почти горячим.
Что-то не давало мне покоя, какое-то внутреннее ощущение, причину которого я пока не мог выяснить даже перед самим собой.
Я не привык полностью полагаться на кого-то кроме самого себя и своих братьев, но так или иначе многовековая жизнь научила меня одной простой вещи: без взаимодействия с другими существами, считающимися разумными расами, достичь успехов во многих областях практически невозможно. Люди на протяжении многих веков относились к магии и всему, что с ней связано, с опаской. Волхвы, колдуны, ведьмы и халды почти всегда подвергались гонениям. Но были и времена, когда колдовству поклонялись. Я не мог даже предположить, что нас ожидало в будущем, но пока те люди, которые знали, с кем имеют дело, относились ко мне и моим братьям если не с восхищением, то уважительно. Таковых было немного, и они обретали возможность получить нашу помощь взамен на то, что держали язык за зубами.
Взвизгнули тормоза, и рядом со мной остановился большой белый джип, из которого вышел Хенрик.
– Хей! – поприветствовал он меня, беспокойно пробегая глазами по моей одежде. – Подумать только, что можно спрятать под оболочкой обычного ядерного завода! – произнёс он совершенно невпопад.
Я усмехнулся, неторопливо докуривая и сощурившись, поглядывая на Хенрика, который приплясывал возле меня на месте от нетерпения. Чудаковатый на вид, с растрёпанными волосами и съехавшими набок очками, Мога не вызывал у меня смеха или снисходительного отношения. Я испытывал к нему уважение. Хенрик был первоклассным учёным, и стоило ему попасть в условия лаборатории, как он совершенно преображался, становясь абсолютно иным Хенриком.
– Идём? – спросил я, открывая багажник своего автомобиля и вытаскивая из него квадратную кожаную сумку на длинном ремне. Мога тут же вцепился в неё взглядом, словно в ней содержался секрет бытия. Впрочем, так оно и было.
– Д-да, - чуть заикаясь, ответил Хенрик, направляясь быстрым шагом к зданию завода.
Мы беспрепятственно прошли довольно внушительный контроль на входе, и Мога обхватил мою руку
Мы оказались в огромном помещении, сплошь уставленном металлическим и стеклянным оборудованием, на которое Хенрик смотрел так, будто перед ним находились золотые горы.
– Вы уверены, что эти эксперименты оправдают себя? – тихо спросил я у мужчины, находящегося в состоянии эйфории, понять которую мне было непросто. Для меня вся эта лаборатория, да и завод в целом, были лишь путём достижения своей цели. Мога же, похоже, видел в них нечто такое, что побуждало его относиться к оборудованию как к любимой матери. Или даже возлюбленной женщине. Словно эти металлические штуковины вводили Хенрика в экстаз, несравнимый по наслаждению ни с чем иным.
– Мы очень надеемся на это, - серьёзно и даже несколько сурово и веско проговорил Мога, посмотрев на меня с долей осуждения. Снова перевёл взгляд на сумку и вернулся глазами к моему лицу. – Озоновый слой представляет собой сплошное сито, он разрушен настолько, что если мы не примем меры, через год, максимум два, солнце спалит планету.
Он задумчиво прикусил нижнюю губу, а потом резко вскрикнул:
– Пуф! – сделал резкий жест рукой и рассмеялся, заставляя меня вздрогнуть от неожиданности. – И земли нет!
– Каким образом вы хотите восстановить его? – я похлопал по сумке, как кинолог, показывающий на карман, в котором лежит лакомство для питомца, предназначенное ему за хорошее поведение. Хенрик оживился ещё больше, начиная сбивчиво говорить и размахивая руками, словно это должно было помочь ему высказать всё, что он хотел.
– На море находятся установки…Топливо - это вода. Ядерное топливо тоже…Питает. Мы генерируем озоновый слой…Новый, он закроет все дыры, - Хенрик снова рассмеялся, потом опять стал серьёзным. – Если не получится, то остаётся только один способ – переселяться под воду. – Он сделал театральную паузу и вновь заговорил сбивчиво, - Я провожу эксперименты. Неофициально, - лицо Мога исказила жалобная гримаса, будто он хотел просить меня молчать о его «маленьких шалостях». – Идёмте!
Вновь ухватив меня за руку, Хенрик потащил меня куда-то вдоль рядов оборудования.
Я невольно проникся интересом к происходящему. И дело было даже не в том, что в случае удачного окончания нашей затеи Земля могла избежать гибели. Мы с братьями участвовали в эксперименте главным образом в виде финансирующей стороны. Мне стало любопытно, чем же так увлечён Мога, что он готов жизнь положить за участие во всём происходящем.
– Вот тут! – мы оказались в небольшом помещении, расположенном в конце огромной лаборатории. Вход в эту комнатушку закрывала стальная дверь.
Стол, занимающий почти всё помещение, был уставлен стеклянными колбами, пробирками и разнообразными по величине аквариумами. Справа попыхивал паром металлический агрегат, на высокой ноге. Он нависал над столом, кое-где уходя трубками в бесчисленные колбы.
Хенрик взял в руки большую стеклянную бутыль с небесно-голубой жидкостью и медленно вылил её в небольшой аквариум, стоящий на самом краю.
– Я пытаюсь создать живую воду, - сконфуженно проговорил он, опять бросив жадный взгляд на мою сумку.
Я медленно открыл кожаный портфель, доставая из него хрустальную бутылочку с зеленоватой жидкостью, и крепко сжал её пальцами, опасаясь, что Мога решит отнять её у меня силой. По крайней мере, весь вид учёного говорил, что он готов на всё, чтобы добыть у меня Виду.