Сын соперника
Шрифт:
– Все сделано, как вы велели, ваше величество, – поклонилась она Намойе. – Запасы и снаряжение поделены между двумя частями армии…
– Хорошо, – кивнул Кевлерен. – В следующий раз, тысяцкий Велан Лаймок, мы встретимся на Великом Квадранте в Кидане.
Чтобы выжить в самых странных и неприятных ситуациях, Чиерма обычно полагался на благовоспитанность.
Одной из таких ситуаций и явился диковатый пикник у обочины. Когда обстановка накалилась, а поведение окружающих стало слишком эксцентричным,
Так получилось, что Чиерма оказался одним из первых, кто услышал выстрелы и крики, доносящиеся с южной стороны холмов. Экс-губернатор поднялся, нахмурил брови и посмотрел на дорогу. Армия Лерены преодолела перевал только наполовину, хвост колонны растянулся далеко на север.
Чиерме никогда не доводилось служить в войсках, но тут у него в груди защемило, а сердце замерло в предвкушении чего-то очень волнительного. Через секунду он испугался – а вдруг Лерена подумает, что это бывший губернатор втянул ее армию в переделку, продумав весь зловещий план диверсии заранее, а теперь методично его выполняя.
Хорошо, если бы так, отозвался внутренний голос.
Быстро пораскинув мозгами, Чиерма решил, что лучше всего поспешить к императрице, дабы самому доложить о сомнениях и подозрениях, терзавших душу. Возможно, его поведение убедит Лерену в том, что он не причастен ни к каким коварным планам и диверсиям…
– Ваше величество! – начал Чиерма. – Вы знаете, мне кажется, будто там что-то происходит…
В этот момент Лерена хохотала над очередной глупой шуткой Паймера. На краткий миг она предстала перед Чиермой не в образе правительницы огромной империи, а маленькой девочкой с длинными темными волосами, обрамлявшими славное круглое личико с абсолютно невинными глазами, полными беззаботности и надежд. Однако экс-губернатор понимал, что внешняя невинность женщины – всего лишь умелая и талантливая игра. Ее мать, покойная императрица, и весь двор растили Лерену как следующую властительницу Хамилая. Она не могла позволить себе роскошь беззаботности, точно так же как он не мог позволить себе роскошь доверия…
– Да?.. В чем дело? Присядьте и скушайте еще одну булочку…
– Думаю, с вашей армией… там, впереди… там что-то происходит, – сказал Чиерма, почувствовав, как сердце забилось чаще.
Лерена привстала и посмотрела на юг.
– Не понимаю, что вы хотите этим сказать…
И тут голос ее затих, а глаза закрылись. Чиерма видел, как потемнела кожа женщины, а черты лица заострились.
– Как они посмели… – проговорила императрица каким-то странным низким голосом. Чиерма даже сначала и не понял, что это она сказала. – Как они посмели!..
Паймер тоже привстал и смотрел на экс-губернатора с явным любопытством.
– Я слышу звуки боя, – пробормотал Чиерма, обращаясь к герцогу. – Где-то в районе холмов…
– Это засада, – произнесла Лерена, не открывая глаз. – Подать мне мой
– Ваше величество, возможно, вам лучше остаться здесь? Тут безопаснее, – попытался остановить ее Чиерма.
Она открыла глаза, и экс-губернатор отшатнулся. Ему показалось, что зрачки Лерены стали темно-золотыми и излучали внутренний свет.
– Мой паланкин, – ровно сказала императрица. – Немедленно.
Никто не посмел ей возразить. Чиерма и Паймер отступили назад.
Королевские гвардейцы, отдыхавшие неподалеку, уже выстроились в два ряда, обступив паланкин Лерены спереди и сзади. Акскевлерены и слуги бестолково бегали вокруг, пока процессия не двинулась вперед.
Вскоре на обочине остались лишь покинутые и растерянные Чиерма с Паймером.
Все могло сложиться иначе, будь Лерена его императрицей…
– Мы отправляемся следом? – спросил Чиерма.
– Я обязан, – ответил герцог. – Мой долг – защищать племянницу. А вы поступайте как сочтете нужным.
Сказав это, он гордо поднял голову и поковылял за Лереной.
Оставшись один, Чиерма огляделся. Можно скрыться. Никто его не остановит, это уж точно. Но вот куда бежать?..
После всего случившегося – кто он такой? Бывший губернатор, бывший Избранный… В Ривальде для него вряд ли найдется место. Чиерма был уверен, что раньше или позже (скорее всего – раньше), но все равно страна окажется под властью Лерены. Перспектива не радовала, но выбор невелик. Надо было думать об этом до того момента, как он перешел на сторону хамилайской императрицы.
Любой выбор, сделанный в данной ситуации, не принесет морального удовлетворения. Он – прирожденный слуга, рыскающий в поисках госпожи, которую можно полюбить, госпожи, которая полюбит его в ответ, но не как Кевлерен Акскевлерена, а как человек человека. Скорее всего Чиерма никогда не найдет того, что ищет. А может, сам виноват?.. И поэтому не видать такой любви…
Экс-губернатор собрал всю свою волю в кулак и поспешил вдогонку за Паймером.
Больше идти ему было некуда.
По окрестным холмам гулко разнеслось эхо первого залпа легких пехотинцев Терко. Кто-то из солдат противника выстрелил в ответ – и все замерло.
Некоторое время не было слышно ни звука. Харкер и все кавалеристы, находившиеся в расщелине, затаили дыхание и прислушивались к любому шороху. Стрельба возобновилась – солдаты с обеих сторон перезарядили оружие. Теперь звуки боя доносились раскатами, то усиливаясь, то затихая.
Харкер проверил, как сабля выходит из ножен, привстал пару раз в седле, похлопал лошадь по холке, притворившись, будто пытается успокоить ее, а не себя.
Ждать.
Он хотел оглянуться на своих солдат, убедиться, что с ними все в полном порядке, но если так поступить, бойцы сочтут это проявлением нервозности. Хотя, как сказал президент самому себе, он нисколько не нервничает. Возможно, немножко возбужден, но на то у него есть полное право. Харкер представлял, какое будущее его ожидает, и уверенность в своей правоте уносила прочь всю нервозность. Он уже тысячу раз говорил себе об этом.
Стрельба прекратилась. Президент поднял голову в ожидании сигнала. Снова раздались залпы огнестрелов, и он понял, что все это время не дышал.