Сын планеты
Шрифт:
Наместник был согласен с ее выводами. Вместе они перебрали все значимые силы метрополии, способные отправить на Вегу энергостанцию и войска. Способные и заинтересованные. Таковых оказалось… немного. Собственно, сама материнская планета на это и была способна. Вывод устрашал. Мощь материнской планеты они представляли, и преувеличить ее было невозможно.
— Ну зачем им нужна наша Вега? — тоскливо вопросил наместник. — На всей планете единственный город и кучка племен в джунглях, цена всему — меньше затрат на переброску энергостанции!
— Не дает им покоя наша свобода! — угрюмо сказала Эстер. — Вот и вся причина. А затраты… что им затраты! У них мощи столько, что девать некуда. Э… это что?!
Эстер вздрогнула и вцепилась в наместника, таращась куда-то в ночь. На камне перед Стражем в лунном сиянии кружилась-текла-сияла-пела незнакомая девушка, черные волосы вразлет по плечам, глазищи в пол-лица. …Какая-то сила властно закрутила волю наместника, и он застыл, очарованный видением, неизвестно на сколько времени. В себя он пришел от боли. Пальцы Эстер с такой судорожной силой сдавили плечо наместника, что наваждение отступило.
А долговязая красавица, раскинув длинное платье, сидела рядом со Стражем и что-то страстно говорила: взлетали в стремительных жестах тонкие изящные руки, губы беззвучно шевелились — и ни одного слова не пробивалось сквозь мертвую тишину. Страж покачивался, сжав виски руками. Танцовщица вскочила, сердито дернула плечом и резко отвернулась. Взгляд ее отстраненно скользнул по наместнику, по Эстер, по притихшим бойцам — искра узнавания блеснула в глубине огромных глаз. Неуловимо качнулись тени. На камне остался только Страж, уронивший голову на колени.
— Я не знаю, что это такое, но оно мне не нравится! — дрожащим голосом заявила Эстер. — Ходят по нашей планете неизвестно кто, неизвестно как… ой!
На камне рядом со Стражем несокрушимым изваянием застыл серокожий гигант, только желтые глаза вспыхивали из-под прикрытых век. В свободно лежащей руке синевато поблескивало какое-то оружие. Поэтому первым движением наместника было закрыть Эстер собой. Вторым же — отодвинуться от нее подальше, потому что кстати вспомнилось, как хладнокровно она может стрелять из-за живого щита, не интересуясь планами последнего.
Гигант равнодушно глянул на них и отвел взгляд. Они сидели рядом, два воина, не обменявшись ни словом.
— Галлюцинации его галлюцинаций! — припомнил наместник. — Вот про что рассказывала Анни-ко, оказывается… что-то мне все это не нравится…
— А если пальнуть?
— Без приказа Стража не вздумай! — предостерег наместник. — Это, скорее всего, просто изображение…ну, очень хорошее изображение…но все равно ему ничего не грозит. Мы — иное дело. Я не знаю, как отреагирует Страж на стрельбу по его друзьям — и не хочу узнавать! За расстрел детей он тебя пощадил… думаю, в память о прошлом. Но больше дикостей он тебе не позволит. Я бы точно не позволил.
Эстер убрала
— Ты ведь начала стрелять из ревности, так? Как же, какая-то сопливая девчонка взяла гипнозом настоящих бойцов, Заре Побережий такого никогда не достичь! Женские слабости есть даже у таких необыкновенных девушек, как ты, я понимаю это… и прощаю.
— Если это комплимент, то очень сомнительный, — выдавила из себя Эстер.
— Это не комплимент, это гораздо большее, — серьезно сказал наместник.
— Да?! А Анни-ко?
— Ну… мы вместе жили, — признал мужчина. — Но оказалось, что я ее и не знал. Я ее сейчас просто боюсь, если честно. Сверхъестественные умения откуда-то, еще этот меч Стражей… это не для меня. Я человек простой, мне нужна понятная женская красота, а не… даже и не знаю, что это.
После долгого томительного молчания наместник почувствовал, как голова Эстер снова опустилась на его плечо.
Серокожий гигант исчез, вместо него возникло странное создание, похожее на огромную стальную улитку, затем и оно исчезло. Около Стража всю ночь менялись, струились и мерцали призрачные фигуры. Уцелевшие бойцы махнули на все рукой и спали беспробудным сном, Анни-ко где-то затерялась в ближних скалах, а Заря Побережий и наместник больше не замечали ничего вокруг.
Звонкое, чистое утро наконец пришло в горы, и ночные наваждения отступили.
— Ну ладно! — вдруг ясным голосом произнес Страж, словно подвел итог каким-то долгим размышлениям. Непонятная угроза слышалась в его «ну, ладно!», да некому было это прочувствовать. Отряда грозных птиц больше не существовало. Немногие оставшиеся в живых спали, даже не выставив охранения. Только наместник и Заря Побережий бодрствовали — но в стороне от лагеря. И занимались они чисто личными делами.
Наместник поднял голову на шум. Страж уходил из лагеря.
— Убегаешь? — сказал ему в спину наместник. — Ну, хоть спасибо за сказки о Болдуине. Они нас здорово поддержали в трудный момент. Это и была твоя обещанная помощь?
— Сколько можно валить все беды на отца?! — с непонятной горечью ответил Страж. — Выросли уже, самим пора разбираться! Он-то свое давно отвоевал — и оплатил каждую минуту вашего покоя кровью своей и своих детей. Но — вы все же получили помощь. Разве что не заметили ее…
Страж вышел из лагеря, и ни одна проклятая мина не запротестовала. Хромающей походкой, устало сутулясь, он отправился вниз по ущелью. Туда, откуда они с таким трудом вернулись.
Наместник недоуменно глянул на Эстер. Девушка задумчиво следила за уходящим. Наконец она приняла какое-то решение и легко поднялась, словно и не на камнях спала. Затрепетали, оживая, системы «призрака».
— Проводим.
А вот это было по-настоящему опасным. Энергию могли отрезать в любой момент, и тогда… Но когда это «дракон» уступал в храбрости женщине?!