Сын пламени

Лилуай Айше

 - Галлу, сюда! – крикнула, опережая Рагхана и перекрывая ему дорогу, какая-то женщина, в которой он почти сразу узнал Тайшу.

 Рядом с ней тут же появилась еще одна – та самая, что на днях хотела убить вождя. Размахнувшись, она изо всех сил ударила налетевшего на нее человека коротким кинжалом, и лезвие вошло в мягкую плоть по самую рукоятку. Целительница даже бровью не повела, только вырвала свое орудие убийства и, заткнув за пояс, вместе с Тайшей подхватила на руки раненого свона. Вдвоем они оттащили его в сторону, чтобы оказать помощь, наконец-то

освободив Рагхану путь к Галлу.

 Она по-прежнему стояла рядом с оставшимся на ногах своном, и только теперь вождь увидел в ее правой руке отливающий рубиновым кончар. Острие, роняя на землю темные капли, дрожало…

 Шагнув к девушке, Рагхан быстро прижал ее к себе, ощутив сильный трепет, охвативший это хрупкое тельце. Но тут же отстранился и с тревогой заглянул в лицо.

 - Ты цела?

 Она просто кивнула, словно не находя нужных слов, во влажном и мягком взгляде можно было прочитать страх – но страх не за ее жизнь.

 - Кто эти люди? – выдавила наконец. – Как…

 - Не сейчас! – выкрикнул Рагхан, вовремя заметив предателя, набросившегося на них с увесистым тесаком.

 Хотелось крикнуть ей: «Беги!» Да только куда? Куда бежать? Нет, пусть лучше держится рядом… Рагхан знал: Галлу не из тех, кто боится держать в руках настоящее оружие, и несколько лет назад он даже давал ей уроки фехтования, но… этого было слишком мало. К тому же ее недавнее ранение… Никогда еще вождю не приходилось быть таким внимательным и быстрым, как теперь. У него не было даже времени, чтобы посмотреть на Галлу, удостовериться, что она не ранена или, не дай бог… Но слух его внезапно обострился настолько, что он слышал ее дыхание, переплетающееся с его.

 Она дышит. И кажется, нет ничего важнее.

 Нет. Нет…

 Разум отказывался верить в то, что за этот день он, кого называют сыном Рунна, убил стольких людей – тех, кого хотел спасти, одарив Светом. Хотел, обещал, должен был… Убил. И еще убьет.

 Затуманенными глазами, Сильфарин искал товарищей. Плевать, что вокруг все обезумели, что каждый второй на этом жутком поле – враг. Главное – убедиться, что с друзьями все в порядке, это должно придать новых сил его надломленной душе, а руке – твердости.

 Он знал, что Норах и Улдис тяжело ранены и находятся под присмотром Тайши и Люсмии, видел, что Шагхара, измученный после вчерашней битвы с демоном, уже еле заставляет себя поднимать меч. Сайибик и Палнаса, пытающихся применить свою силу Великих, мятежники оттеснили дальше к югу, но за них сын Рунна не так беспокоился. Здесь, рядом с ним, остался только Ругдур, верный, добрый друг… Но даже его молодой человек на время потерял из виду.

 - Где же ты?..

 - Сильфарин!

 Кто-то сбил сына Рунна с ног, и в это же мгновение копье пронзило воздух в том месте, где он только что стоял. Чудом спасся… Вернее, это внезапно налетевший незнакомец сохранил ему жизнь. А быть может, и не незнакомец вовсе…

 - Альдер! Ты?

 - Будь осторожнее и не зевай. – Альдер оттащил юношу чуть в сторону, подальше

от самого сердца схватки. – Они хотят убить тебя.

 Сильфарин мрачно рассмеялся.

 - Это я уже понял.

 - Нет, не до конца. Они охотятся именно за твоей головой. Именно за твоей. И еще Рагхана. – Альдер крепко сжал голову Сильфарина в мозолистых ладонях. – Это серьезно, Идущий За Светом, это не просто какой-то мятеж, который скоро будет подавлен. За сегодняшней резней стоит Эйнлиэт, и он не оставит…

 - Эйнлиэту не нужна моя смерть, - возразил сын Рунна.

 - С чего ты взял?

 Хм… Да, с чего бы это? Вчера демон уже был готов,… но тогда он просто жутко разозлился. Из-за чего-то…

 - Ему Ганнус приказал оставить меня в живых, потому что я…

 - Чинх, верно? Я знаю. Но, кажется, Эйнлиэту теперь уже наплевать на Поединок, Сильфарин. Он хочет убить и тебя, и вождя!

 - Зачем?

 - Я еще не понял. Но пойму.

 Бросив быстрый холодный взгляд за спину Сильфарина, Альдер вскочил и с голыми руками кинулся на кого-то. Сын Рунна даже не успел обернуться, а уже услышал хруст позвонков и дикий, едва ли человеческий крик, граничащий с истошным визгом. Дрожь пробежала по телу: не верилось, что это тот самый, постоянно витающий в облаках провидец теперь с такой легкостью и решимостью сворачивал врагам шеи.

 Влажная от пота ладонь замерзла, Сильфарин поспешно вытер ее о штанину и, еще крепче стиснув рукоять меча, с новыми силами ринулся в бой. Но почти тут же замер: метко и мощно пущенное копье с коротким и толстым древком насквозь пробило грудь Альдера под левой ключицей. Провидец по-волчьи взвыл, но выстоял и резким движением выдернул копье. Выйдя из оцепенения, Сильфарин подскочил к нему.

 - Ты как?

 - В порядке, - хмуро ответил Альдер, глубоко кашлянув и сплюнув на землю вязкую кровавую жижу. – Выживу. Наверное…

 Он пошатнулся и потерял сознание, но сын Рунна подхватил его падающее тело и потащил к месту, где женщины под защитой Рагхана и Шагхары перевязывали раненых. Стиснув зубы и едва слышно рыча от досады на весь этот чумной день, порожденный проклятой ночью, Сильфарин превозмогал усталость и твердил самому себе: «Ты должен его спасти. Должен! Он отдал самое дорогое, чтобы тебе помочь…»

 Впрочем, он сомневался, что будет теперь лучше и желаннее для умершего душой провидца – жизнь или смерть. Но это пусть сам Альдер решает, когда поправится.

 Еще усилие – и до слуха донесся низкий, надтреснутый голос княжны Реаглинской:

 - Сюда! Скорее тащите сюда!.. Тайша, тряпки!.. Терпи, воин. Терпи!

 - Люсмия! – крикнул Сильфарин, добравшись, наконец, до целительниц. – Прими раненого.

 Княжна обернулась, бледная, изнуренная, взлохмаченная. Но все еще полная сил и желания лечить. Не обращая внимания на слезы, блестящие на щеках, она вытерла окровавленные руки о тряпку, гордо распрямилась, глубоко вдохнула…

 Посмотрела на Сильфарина, будто говоря: мы выстоим. И перевела взгляд на еле дышащего Альдера.