Сын палача
Шрифт:
— Руки вверх! — крикнул Эльк и осветил комнату электрическим фонарем.
Она была пуста. В это время появился Гордон с сыщиками. Включили не успевшую еще остыть лампу. Взглянув на окно, Эльк удостоверился, что этим путем бежать не могли. В другом конце комнаты стоял наполненный разным тряпьем шкаф.
— Выбросьте платья! — приказал сыщик. — Там должна, быть дверь.
Гордон, заметив на столе разбросанные бумаги, стал просматривать их и вдруг удивленно воскликнул:
— Показания Мильса!
В это время задняя стенка шкафа была пробита, и сыщики ринулись
Выяснился интересный факт: несколько домов сообщались между собой. Стало ясно, что во всех этих домах жили «лягушки». Так как каждый из них мог оказаться «седьмым», арестовали всех, кто там находился.
— Сомневаюсь, чтобы мы его поймали, — заявил Эльк, вернувшись к Дику. — Я не видел ни одного стоящего. Никто не мог ускользнуть из этих домов?
— Нет, — ответил один из сыщиков. — Мы следили за всеми выходами из них. Кроме того, подъехали еще полицейские.
Гордон тем временем продолжал с интересом изучать найденные бумаги. Кроме копии показаний Мильса, здесь была еще масса других бумажек. Все они были отпечатаны на машинке и многие походили на военные приказы. В одной из записок говорилось:
«Поторопиться с Раймондом Беннетом! Л. должна ему объявить, что он „лягушка“.
Другая записка гласила:
«Гордон приглашен на четверг в американское посольство. Покончить с ним.
Эльк установил под четвертой ступенькой сигнализацию. Завтра в 4.15 он отправляется в У. допрашивать М.».
Дик улыбнулся лаконичному приказу покончить с ним.
Тут Эльк увидел в дверях своего помощника Бальдера, который, видимо, прибыл с полицейскими. Тот сообщил:
— На одном из задних дворов найден человек. Желаете его видеть?
— А ну-ка, покажите нам его, — заинтересовался Эльк.
Через несколько минут в комнату ввели человека в наручниках. Он был высокого роста, с длинными светлыми волосами и остроконечной бородкой. Гордон, взглянув на него, воскликнул:
— Да ведь это же Карло!
— А я убежден, что это еще и Хагн, — добавил Эльк. — Сними-ка бороду, «лягушка», и давай поговорим о цифрах, начиная с седьмого номера.
— Седьмой номер? — прогнусавил Хагн. — Я убежден, что «семерка» беспрепятственно пройдет сквозь все ваши кордоны. Он находится в хороших отношениях с полицией… Зачем я вам, собственно, нужен, мистер Эльк?
— Вы мне нужны как участник убийства инспектора Гентера в ночь на четырнадцатое мая. Но об этом мы еще поговорим. А сейчас уведите его.
Неожиданно Гордон, стоявший возле открытого окна, услышал с улицы голос Броада:
— Доброе утро, полковник Гордон! «Лягушечьи» акции, по-видимому, сильно упали? Между прочим, вы видели младенца?
Глава 13
Эльк сошел вниз поздороваться с американцем. Мистер Броад был во фраке, огни его автомобиля освещали грязную улицу.
— Ну
— Когда увидел в спешке отъезжавших от Хэронского клуба полицейских, не мог же я предположить, будто они спешат домой, чтобы до двух часов лечь в постельку, — весело ответил Броад. — Итак, видели вы младенца, который учится по слогам читать слово «ля-гуш-ка»?
Эльку почудилась насмешка в словах американца.
— Пойдемте-ка лучше наверх и поговорим с начальником, — предложил он.
— Садитесь, мистер Броад, — встретил американца Гордон. — Печальный вид Элька подсказывает мне, что вы достаточно убедительно смогли мотивировать ваше присутствие здесь.
Броад улыбнулся:
— Будет очень нескромно, если я спрошу, не «лягушечьи» ли это акты?
— Очень даже, — ответил Дик. — Каждое ваше замечание относительно «лягушек» есть высшая степень нескромности, поскольку вы не намерены ничего нам объяснять.
— Могу вам только сообщить, не выдавая себя окончательно, что ваш седьмой номер удрал, — ответил американец. — Я слышал, как торжествовали «лягушки». Между прочим, на нем был полицейский мундир. Но меня больше интересует, что Лягушка замышляет против Рая Беннета? Пожалуй, здесь самая интересная интрига. — Броад поднялся. — Всего хорошего! Не забудьте, инспектор, справиться в детском саду о младенце. — И, улыбнувшись на прощание, американец вышел.
Дом тщательно обыскали еще раз, но безрезультатно. Когда Эльк с грустным лицом вернулся к Гордону, тот протянул ему листок:
— Взгляните. Мне кажется, эта бумажка содержит интересную информацию.
Эльк прочитал: «Все быки должны в среду 3 слушать 1! Важно!»
— Здесь двадцать пять копий этого сообщения, — продолжал Дик. — Что касается цифр «лягушечьей» организации, то я установил следующее: номер «первый», он же главная «Лягушка», действует через «седьмого». «Седьмой» получает приказы непосредственно от него, но, если нужно, может принимать решения и сам. Хагн, чей номер «тринадцатый», — число, которое ему принесет еще несчастье, так вот: Хагн является связным и имеет контакт только с предводителями отдельных групп…
Эльк взял со стола сообщение и вновь перечитал его.
— Под «быками», очевидно, и подразумеваются эти предводители, — сказал он. — «Лягушечьи» быки! Но что они должны услышать?
— В среду в три часа ночи мы это узнаем. Мы будем слушать главную «лягушку», дорогой мой Эльк! — заявил Гордон.
Глава 14
На следующее утро Рай Беннет проснулся с ужасной головной болью. В висках у него стучало, во рту было сухо. Он с трудом доплелся до окна, растворил его и выглянул в парк. Затем, налив стакан воды, жадно выпил его, сел на край дивана и стал припоминать события минувшей ночи. Это ему удалось не сразу. Вначале он лишь смутно помнил, что произошло нечто ужасное. Однако постепенно мысли прояснились, и юноша, поняв наконец, что натворил, почувствовал стыд.