Сын Гора
Шрифт:
– Но Цезарь! – указание диктатора, казалось, расстроило распорядителя. – Зрители ждут кровавой развязки.
– Они получат ее, – улыбнулся Цезарь. – Ускорь! – вновь жестко повторил свое приказание Цезарь. – Мы что тут, до мартовских Ид сидеть будем?
Фигура распорядителя исчезла.
– Смотри, сын Гора, сейчас будет самое интересное, – Цезарь указал на арену.
Гладиаторы-фракийцы окружили один из указательных столбов, стоящих на арене, и приготовились к обороне.
Цезарь захлопал в ладоши и повернулся к Семену:
– Сейчас у эссидариев не получится раздавить строй фракийцев колесницами. Но шестеро
Вновь заиграли трубы и барабаны. Лицо Цезаря приняло довольный вид.
Ворота вновь распахнулись, и на арену выскочили четыре крупных хищника. Это были матерые львы в самом расцвете сил, с густой гривой и огромными клыками. Трибуны притихли, а потом вновь взорвались аплодисментами.
Львы, не спеша, мягко переступая с лапы на лапу, двигались по песку арены, приближаясь к строю фракийцев. Фракийцы понимали, что это их последний бой. Против таких крупных хищников они будут бессильны, если только Юпитер не явит милость. Но в этот день боги оказались милостивы к этой кучке оставшихся в живых фракийцев. Видимо, их первый бой так впечатлил Юпитера, что он решил им дать еще один шанс. Одна из лошадей в колеснице не выдержала присутствия львов и рванула в сторону ворот. Львы, увидев в ней свою жертву, бросились вслед. Настигнув колесницу, один из них вцепился в шею лошади, остальные же разорвали находившихся в ней эссидариев. Фракийцы с криком бросились на вторую колесницу, которая, увидев опасность со стороны львов, попыталась уйти по кругу арены.
Вслед за фракийцами к последней колеснице бросились другие львы. Львам было совершенно безразлично на кого нападать из людей. Они не видели разницы между эссидариями и фракийцами. Молодой фракиец, отбив коротким мечом внезапный удар копья эссидария, целившегося ему прямо в бок, сумел вырваться из общей свалки и прижался к каменному ограждению арены.
Лев, что уже трепал одного из эссидариев, истекавшего от укусов животного кровью, заметил его маневр и бросился в след. Теперь фракиец был зажат между стеной и огромным львом. Его совершенно не интересовало, что происходит с остальными участниками боя. Сейчас для него существовали лишь он, лев и смерть. Лев издал злобный рык, обнажая огромные клыки и словно демонстрируя несчастному фракийцу какой ужасный конец его ожидает. Но фракиец оказался не из робкого десятка и решил задорого продать свою несчастную жизнь. Он отбросил в сторону мешавший щит и выставил вперед левую руку, на которой был надет кожаный доспех. Лев, вцепившись клыками этот в доспех, получал один удар меча за другим. Из его тела по могучим лапам стекали ручейки крови. Лев в порыве ярости трепал фракийца за руку, не в силах выпустить ее из пасти, чем давал тому возможность наносить новые и новые удары. Наконец, обессиливший от потери крови лев рухнул прямо под ноги фракийцу. Толпа на трибунах взревела от восторга. Великолепный бой. Чуть далее оставшиеся у колесниц фракийцы сумели убить эссидариев и отогнать львов, которые улеглись у ворот и молча взирали на неожиданный триумф кучки людей.
– Великолепная битва! – Цезарь стоя хлопал в ладоши, не скрывая своего удовольствия исходом боя. – Идем на арену! – произнес он, увлекая Семена за собой.
– Зачем это? – спросил Семен у уже устремившегося вниз по лестнице
Цезарь остановился и крикнул:
– Такова традиция. Мы должны наградить победителей.
Семен тяжело вздохнул и направился вслед за ним. Легионеры уже очистили арену ото львов, и Цезарь мог беспрепятственно выйти на нее.
Цезарь вышел на арену под несмолкаемые овации народа. Это было ожидаемо для диктатора. Ведь именно он, Цезарь, дарил народу Рима такие представления, пусть даже и в ущерб для своего кармана.
Диктатор подошел к оставшимся в живых фракийцам.
– Ваша победа была по праву заслужена. Овации победителям! – Цезарь поднял руки вверх. Трибуны вновь взревели от аплодисментов. – Распорядитель и ланиста наградят вас согласно вашей храбрости. Где тот фракиец, что в одиночку сражался со львом? – спросил Цезарь.
Из толпы вытолкнули молодого фракийца, который склонил колено и пригнул голову перед властелином мира.
– Принесите мне «Рудис»! – крикнул Цезарь стоявшим чуть позади легионерам.
– Что это? – спросил Семен.
– Это деревянный меч, символ свободы.
Цезарь коснулся кончиком меча плеча фракийца.
– Теперь ты свободный гражданин. Дарую тебе этот меч в качестве доказательства. Как тебя зовут? – спросил Цезарь у молодого фракийца, все еще стоявшего преклонив колено и не верящего свалившемуся на него счастью.
– Спартатикус, – тихо ответил фракиец.
– Это имя мне что-то напоминает… – Цезарь задумался. – Не могу только вспомнить.
– Я сын раба и гладиатора Спартака! – гордо ответил фракиец.
– Клянусь всеми римскими Богами! – воскликнул Цезарь. – Я и представить такого не мог. Я бы приказал распять тебя из-за твоего отца и горя, что он причинил Риму. Но я не нарушаю традиций и обычаев этого города. Ты победитель и теперь свободный человек, иди и не вступай на дорогу, которой шел твой отец. Она ошибочна. Этот город вечен.
– Цезарь, – Семен тронул диктатора за плечо, – в этом юном фракийце есть потенциал, держи его при себе. Возьми на службу.
– Хорошо, я подумаю, – пообещал Цезарь. – А теперь идем на трибуну, – произнес он, – сейчас уберут трупы убитых и будут состязания колесниц. Надеюсь, это тебе придется по душе, – Цезарь рассмеялся.
Он и Семен поднялись на свои места.
– Сегодня изумительная погода, – произнес Цезарь, подставляя бокал для вина. – Рим – вечная обитель богов и славы. Я надеюсь, так будет всегда. С твоей помощью, сын Гора, – добавил он, поднимая кубок.
– Сын Гора, – мягкое прикосновение потревожило руку Семена. Семен обернулся. Позади него стояла девушка в белой тунике и венком из цветов на голове. – Наша хозяйка просит тебя посетить храм Весты, дабы предсказать тебе твою судьбу.
Вот уж чего он не хотел, так это знать свою судьбу. Так интереснее жить, нежели знать все наперед.
Семен сделал поклон головой и произнес:
– Я не думаю, что хотел бы знать о своей судьбе.
Цезарь услышал их разговор и рассмеялся:
– Сходи-сходи! Может быть, откроешь для себя нечто большее, чем просто знать судьбу. Говорят, весталки не только хорошие прорицательницы, но и умелые любовницы. Ты утонешь в их ласках и позабудешь, что есть Рим и есть Цезарь. Это опасное место для одинокого мужчины, – он дал знак одному из преторианцев. – Иди с ними и охраняй господина, словно это я.