Сын Авонара
Шрифт:
Мы спустились в главную пещеру. Заговоренные огни погасли, осталось только несколько обычных факелов. В круге желтого пламени был виден потрескавшийся каменный пол со следами слякоти, заваленный сумками и седлами. Чудесные стены, мостики и лестница терялись в темноте.
Люди Мацерона привязали меня к изящной колонне за кругом света. Желтолицый молодой человек с выбритой головой, блестящими острыми глазками и бескровными губами пробежался костлявыми пальцами по моим рукам, проверяя, надежно ли затянуты веревки. Я вздрогнула от его прикосновения. Он ухмыльнулся, его голова стала еще больше похожей на череп. Но даже его присутствие здесь было пустяком по
– Вы достали то, что нужно?
Мацерон подошел в этот же миг.
– Мы схватили его. Вы слишком доверяете этому коротышке.
– Не стоит волноваться. На дульсе, связанного клятвой, можно положиться. Мы можем ему доверять.
Жиано подошел к Баглосу, застывшему между двух воинов Мацерона. Дульсе не смотрел на зида, уставившегося на него пустыми немигающими глазами.
– Хотя нужно еще завершить сделку. Младший талисман каким-то образом оказался у принца. Дульсе пришлось рисковать, идя через Мост, чтобы вернуть его хозяевам, – произнес Жиано. – Кто бы мог подумать, что такая мелочь может оказаться важной?
Баглос вспыхнул.
– Но у Наставников есть меч.
– В самом деле, священное оружие Д'Арната пригодится бедным дар'нети больше, чем Наследник Д'Арната.
Мы не возражаем, чтобы жалкий городишко пожил еще какое-то время, если талисман обладает той силой, какую вы приписываете ему. Нас это даже позабавит. Добыча наша. Победа наша. – Жиано развернулся на каблуках. – А теперь пора взглянуть на добычу. Я слышал, его разум расстроен, и я не буду великодушен, если он расстроен слишком сильно. – За напускным хладнокровием угадывалось нетерпение.
Мацерон щелкнул пальцами, и желтолицый человек исчез в темноте.
– Я слышал, он повредился при «переходе», что бы это ни означало. Но он более-менее в целости и сохранности.
– А женщина? – спросил зид. Мацерон указал на меня рукой.
– Леди с нетерпением ждет, когда вы почтите ее своим вниманием.
Холодная улыбка улетучилась с лица Жиано, когда он вытащил меня из темного угла. Зид стоял так близко, что я ощущала его дыхание; быстрее, чем я успела моргнуть, в его руке появился смертоносный кинжал. Он почти нежно провел острием по моей шее. Я вжалась в колонну.
– Ах, сударыня, меня так и подмывает положить конец вашему вмешательству. Мне редко противостоят с таким упорством, и мне было бы наплевать…
Его серые глаза раскрылись шире, втягивая в себя рассудок и жизнь. Вонь гниения, горелой плоти, горячей крови на камнях заполонила мои чувства. Я тонула, захлебывалась в ужасе. Потребовалась вся моя воля до последней капли, чтобы отвести от него глаза, но когда мне удалось, я не знала, сама ли справилась или же Жиано отпустил меня.
– …вашей жизнью интересуется некто, обладающий большим влиянием. Я же доволен, что ваше сопротивление подавлено, как и сопротивление ваших жалких союзников. Я привез вам горячий привет от одного из них.
Он кивнул одному из своих товарищей в серых плащах, и тот передал ему грязный холщовый мешок. Безрадостно улыбаясь, Жиано запустил руку в мешок и вытащил отрезанную человеческую голову. Тонкие белые волосы, широко раскрытые карие глаза. Полные страха. Якопо.
Я закрыла глаза и до крови прикусила губу, сдерживая вопль горя, страха и ненависти, чтобы не доставить удовольствия Жиано.
Узкие губы зида растянулись в усмешке.
– Оставшихся троих, что одурачили нас, недавно постигла та же участь. Ну и жалкое же зрелище
– Нет, – простонала я, смертельный холод поднимался от ступней к дрожащим коленям, заползал в пустой желудок, сжимал сердце. Только не все. Только не снова.
Свет факелов играл на золотой серьге Жиано, его ледяные пальцы коснулись моей щеки, и он зашептал мертвящие слова.
– О да, мы оставили их, вполне мертвых, на камнях под горой Кассариан. Стервятники, наверное, уже склевали мясо до костей. В некотором смысле жаль. Девчонка дар'нети могла бы быть забавной. Но благородный шериф сильно раздражал, а о калеке никто не станет печалиться. – Холодные пальцы коснулись, казалось, не только моего лица, но и разума, ненавистные… грязные… отвратительные… испорченные… Как бы я ни извивалась в своих путах, мне не избежать их прикосновения.
– Что ж, хватит, – произнес он, внезапно отпуская меня, оставляя меня оцепеневшей и бесчувственной, повисшей на веревках. – У нас в запасе есть еще сюрпризы. Надеюсь, вам понравится финал вашего путешествия. – Он нагнулся ко мне так близко, что я не могла отстраниться, и прижался холодным ртом к моим губам, слизывая кровь там, где я прокусила их. Я старалась сдержать тошноту.
Жиано оставил меня в покое, когда желтолицый вернулся с другим стражником, они вели перед собой Д'Нателя, которого втолкнули в круг света. Рот принца был заткнут кляпом, глаза завязаны, ноги стянуты веревками, а руки закручены за спину и привязаны к петле на шее; стоит ему наклонить голову или опустить руки – и петля задушит его. Его плечи выгибались от напряжения. Левая часть лица залита кровью и покрыта синяками. Мацерон кивнул Жиано.
– Можете осмотреть покупку.
– Уберите покровы, – сипло проговорил Жиано. – Вообще все. Я хочу видеть, что живет в его теле.
Один их серых жрецов снял повязку с глаз принца и вытащил кляп, обещая отрезать ему язык, если он заговорит. Д'Натель закашлялся и содрогнулся, когда тряпку вынули у него изо рта. Пока один стражник держал нож у его шеи, второй разрезал одежду, и принц остался стоять связанный и голый, его тело было покрыто темнеющими синяками. Я смотрела ему в лицо. Здесь так темно. Лоб, щеки. Отчего я так дрожу? Он не видит меня в тени, его глаза, ослепленные факелами, превратились в щелки.
Жиано обошел вокруг Д'Нателя, разглядывая его, словно призовую лошадь.
– Наконец это произошло. Спустя тысячу лет Наследник Д'Арната столкнулся лицом к лицу с врагами. Ты когда-нибудь думал, что им окажешься ты или что ты будешь последним из них? Хотя бы маленькое зернышко сомнения пустило ростки в твоем истощенном разуме, озарило ли тебя мгновенное просветление, что скоро тебе придется доказать, достоин ли ты того доверия, которое оказывало вашему семейству несчастное королевство, а ты окажешься неспособным? – Он ударил принца по завернутой за спину руке, а когда Д'Натель попытался отстраниться, гневно зарычал, и стражники крепче вцепились в принца. – Какой жалкий конец столь многообещающего рода, такой же, как конец любого раба. Однако, – он остановился и посмотрел принцу в лицо, холодное и надменное даже в его нынешнем положении, – в тебе явно есть что-то странное. Дассин, старый пройдоха, что ты сотворил? Если у тебя так мало мозгов, почему он потрудился скрыть это? Преследовать тебя было нелегко, надо отдать ему должное. Ты не тот, каким был полгода назад, даже не тот, каким был при переходе. – Жиано обхватил голову принца. – Один внимательный взгляд, чтобы удостовериться, – и мы в расчете с этими кровожадными мирянами.