Связной
Шрифт:
Двор и в самом деле был небольшим – несколько десятков шагов по периметру. При действующем монастыре здесь размещались хозяйские постройки. Их снесли, остались лишь толстые каменные стены, выщербленные временем.
– Хорошо. Сейчас я пойду в комнату для допросов.
– Может, вас нужно как-то подстраховать, мало ли чего?..
– Не нужно, – заверил старший лейтенант Романцев. – Придерживайтесь плана.
– Все понял, – с готовностью отозвался майор. – Тогда позвольте, я вас провожу.
Распахнув
– Тут находятся служебные помещения, – быстрым шагом зацокал он по каменному полу. – Вот по этому небольшому коридорчику. – Остановившись у небольшой двери, подле которой стоял надзиратель, он объявил: – Мы пришли. Прошу вас!
Старший лейтенант Романцев прошел в такую же тесную комнатенку со сводчатыми стенами, из которой вышел несколько минут назад. Те же самые выщербленные красные кирпичи, толстые метровые стены с зарешеченными окнами. Единственное отличие от первой комнаты заключалось в том, что в центре был привинчен небольшой стол, за которым сидел Копылов. Увидев вошедшего Романцева, он поднялся и сконфуженно улыбнулся.
– Оставьте нас, – посмотрел Романцев на майора. – Нам есть о чем поговорить.
Едва кивнув, начальник тюрьмы вышел из комнаты.
– И как тебе здесь, Копылов? – спросил Тимофей, присаживаясь на стул с противоположного конца стола.
– Жаловаться грех, – ответил Геннадий, – прогулки каждый день. Вчера вот на ужин рыба была… Вполне сносно приготовлена. Признаюсь, даже не думал о таком отношении.
– Знаешь, что эта за тюрьма?
– Понятия не имею, – пожал плечами Копылов.
– Специальная тюрьма НКВД. Просто так сюда не попадают. Ты содержишься на облегченном режиме… Значит, говоришь, рыба была?
– Так точно!
– Это хорошо… Распоряжусь, чтобы завтра принесли яблок. Витамины тебе нужны.
– Даже не знаю, как и благодарить вас, това… гражданин начальник, – смущенно произнес Копылов.
– Отблагодаришь своим усердием. Значит, сегодня резервное время для связи? В шесть?
– Да.
– Вот что сделаем, а давай мы с тобой прогуляемся во внутреннем дворике. Что-то ты выглядишь бледновато, – сочувственно произнес старший лейтенант. – И воздух тут какой-то затхлый! Неудивительно, все-таки тюрьма.
– А нас пропустят? – с сомнением посмотрел Геннадий на Романцева.
– Не переживай, со мной где угодно пропустят, – усмехнулся старший лейтенант. – Ну, чего сидишь? Потопали! Ты по свежему воздуху не соскучился?
Вышли в коридор. Надзиратели с равнодушными лицами, завидев старшего лейтенанта с арестованным, предусмотрительно открывали двери. Вышли к короткой лестнице, выводившей во внутренний двор, и под присмотром бдительного начальника караула, молодого парня с лейтенантскими погонами, ступили на гранитную брусчатку.
Романцев задрал голову.
– И как тебе здесь? – неожиданно спросил старший лейтенант, кивнув на караул, размеренно прохаживающийся по каменной кладке. – Не тесно?
– Было бы трудновато, если бы не было никакой надежды… А так ничего, справляюсь.
Неожиданно распахнулась соседняя дверь. Четверо бойцов с карабинами за плечами под командованием строгого капитана вывели немолодого мужчину с завязанными за спиной руками и поставили у противоположной стены, на которой можно было рассмотреть отметины от пуль.
– Да, я тебе забыл сказать, – продолжал старший лейтенант Романцев. – Здесь еще приводят в исполнение приговоры. Приговоренных привозят едва ли не со всей области. Место удобное, малолюдное, не расстреливать же их в Лефортово! А здесь как-то сподручнее.
Вошел капитан и, не обращая внимания на Романцева с Копыловым, скомандовал:
– Становись!
Бойцы привычно выстроились в линию в нескольких шагах от арестованного.
– Заряжай!
– Ты знаешь, кто это такой? – неожиданно спросил Романцев, повернувшись к побледневшему Копылову.
– Ни малейшего понятия, – выдавил тот из себя.
– Вот как… А я думаю, что вы знакомы. Это ведь хозяин явочной квартиры. Надумал с нами хитрить? Но такие вещи не проходят. Война, братец! Становись с ним рядом!
– Постойте, не нужно, – вцепился Копылов в рукав Романцеву, – это не хозяин явочной квартиры, вы что-то путаете! Хозяин явочной квартиры совсем другой человек!
– Так, значит, хозяин явочной квартиры все-таки имеется? А ты нам про него ничего не рассказывал. Становись к стене, рядом с ним!.. Чего стоим? – повернулся старший лейтенант к расстрельной команде. – Связать предателя родины и к стенке!
Подскочившие красноармейцы расторопно перетянули запястья Копылова веревками, накинули ему на голову мешок и поволокли к месту расстрела.
– Позвольте, я все скажу! Я сделаю все, что нужно!
– Готовьсь! – привычно произнес капитан, отступив в сторону.
Солдаты вскинули карабины.
– Богом прошу!..
– Богом, говоришь… Отставить! – приказал Романцев. – Снимите с него мешок, – показал он на Геннадия Копылова. – А другого увести обратно в камеру.
Подскочивший боец сорвал с головы Копылова мешок.
– Так мы будем говорить?
– Да, – трясущимися губами произнес диверсант.
– Что ты мне забыл сказать?