Связанные
Шрифт:
Сой Фонг старалась не торопиться, выдерживая такую скорость сюнпо, чтобы девочка могла угнаться за ней. Уже в центре, на территории первого отряда, она зашла в небольшое здание и сняла дзампакто с пояса.
– Снимай, – кивнула капитан Соре, – туда нельзя с оружием.
Сора покладисто пожала плечами и повторила ритуал, оставляя ножны с мечом на столике рядом с Судзумебати. Пройдя по длинному белоснежному мосту, брюнетки приблизились к высоченной башне, чья верхушка терялась в голубых небесах. Сора, с любопытством оглядывающая всё вокруг, задрала голову. Капитан второго отряда с усилием толкнула створки дверей, высоченных, под стать самому строению.
– Башня Раскаяния, –
– Так это отсюда нет выхода? – голубоглазая проскочила вглубь и подбежала к узкому окну, засовывая нос в каждую щель по пути.
– Ну, почему, – Сой Фонг прислонилась к косяку, скрестив руки на груди. – Выход – вот он. Кстати, не советую вываливаться из окна. Стены из камня секи не позволяют пользоваться духовной силой внутри и вблизи башни, так что не рассчитывай, что сможешь воспользоваться сюнпо.
– Ясно, – Сора продолжала оглядываться, но застыла, услышав следующую фразу Сой Фонг:
– Что ж, удачи выбраться отсюда, – и створки закрылись, оставляя Сору одну в сумраке помещения.
– Эй! – Куросаки метнулась к дверям, но ожидаемо не успела. – Мне нужно быть там, в северном секторе!
– Тебе нужно быть под присмотром, – услышала она чуть уставший голос главы Омницукидо, – а здесь его обеспечить проще всего.
Сора на секунду задумалась, оценивая ситуацию.
– Ну, хоть попить принесите, раз мне здесь неизвестно сколько куковать!
Сора, развернувшись, прислонилась к дверям и легонько приложилась о них затылком. В одном Сой Фонг права – удача ей понадобится.
Иссай проснулся рано. Он слышал, как родители собирались в боевое дежурство, как они спорили. Спорили, стоит ли ему присоединяться к студентам академии, которые обычно за неделю до начала занятий возвращаются в Альма Матер, или бессовестно запереть его дома. Как ни странно для Иссая, мать на этот раз была на его стороне, упрекая мужа в неоправданной гиперзаботе, припомнила свою молодость и чуть не загубленную дядей Бьякуей карьеру.
"В итоге, – сказала госпожа Куросаки, – ему пришлось разрешить всем причастным, чтобы я могла занять должность, заслуженную способностями и силой. А я всего лишь хотела защитить тех, кто мне дорог, но это невозможно без получения опыта, – и тихо добавила: – Пожалуйста, позволь ему быть сильным, иначе однажды он окажется слишком слаб".
Иссай и прежде не собирался отсиживаться за стенами поместья или Академии, но теперь он был абсолютно уверен в том, что делает.
Впрочем, был ещё один момент.
Имея в семье четырёх капитанов, Иссай волей-неволей становился свидетелем многих важных разговоров, и нынешняя неотвратимо надвигающаяся потасовка не стала исключением. Обсуждали двенадцатый отряд с их "предсказанием", обсуждали демонов, обсуждали планы, Связанных и семейную историю, и Иссай вновь вспомнил о некогда рыжем мальчишке, что обращался с Путями Демонов не хуже старшего офицера или члена Кидосю. Это определённо наводило на мысли. Кроме того, на такие же мысли наводила неминуемо приближающаяся битва и осознание того, какую роль могла сыграть его миссия, порученная капитаном нулевого отряда. Как говорила его новоприобретённая двоюродная сестрёнка, у меня слишком мало данных.
Поэтому второй момент, в котором Иссай был уверен – пришла пора откровенно поговорить с Акиши, и, прицепив свой дзампакто к поясу, Куросаки направился к баракам пятого отряда.
Он застал Акиши, сидевшим на подоконнике одного из окон офицерского барака, и это было вовремя и удобно, так как ему не пришлось искать того по всему отряду. Заметив рыжую макушку, Хицугая улыбнулся и жестом пригласил Куросаки
– Ты собираешься на сегодняшнее мероприятие? – полюбопытствовал он у Иссайя после крепкого рукопожатия, и это было почти по-домашнему, а не безличностно-ритуальным поклоном.
– Разумеется. Мне не улыбается отсиживаться, как какому-то холёному князьку! – с вызовом ответил Куросаки. – Хотя отец поначалу сопротивлялся.
– О. У меня мама возмущалась, – понимающе кивнул Хицугая. – Впрочем, полагаю, капитану Хирако поручили лично за мной присматривать.
– Я, собственно, что зашёл… – Иссай запустил пятерню в вызолоченную солнцем шевелюру. – Помнишь нашу сделку?.. В смысле, не сделку, но ты тогда сказал "информация за информацию". Ещё не поздно? – рыжий виновато поднял глаза.
– Думаешь, это всё ещё актуально? Информация тоже имеет свойство протухать, – пожал плечами блондин.
Куросаки вздохнул.
– Думаю, это важно для сегодняшнего дня. Насколько я знаю, демоны должны напасть сегодня. И это непосредственно касается их и вас – тех, кому я отдал асаучи, – Хицугая кивнул с самым серьёзным видом, и Иссай продолжил, набрав в грудь воздуха: – Когда один из капитанов нулевого отряда выдал мне их, он сказал: "Есть легенда о ледяном драконе, что разделит своё сердце на три части, и станет сильнее в сотни раз", и что я смогу найти их, в смысле вас. Готею нужна полная сила Хёринмару – самого сильного из когда-либо существовавших ледяных дзампакто, а без асаучи полную силу меча не раскрыть.
Акиширо при словах о нулевом отряде удивился, а потом задумчиво скривился.
– Странно. Здесь как минимум две нестыковки, – и на вопросительный взгляд Куросаки, охотно пояснил: – Во-первых, я не синигами, в отличие от Каташи и Соры, которым ты вручил ещё два асаучи, я – медиум, пусть и один из сильнейших в Японии. И второе, я знаю Хёринмару, и он существует в цельном виде. Он никогда не делился.
– И ты не взял асаучи с собой в Общество Душ?
– Нет. Я пользуюсь другим мечом, и мне строго настрого запретили соединять её с асаучи.
– Её?
– Да, это она, – Акиши опустил взгляд на левое запястье, на котором болталась цепочка браслета. – Это… во-о-о!!... – разгадка неожиданно посетила юного гения.
– Что такое? – Иссай перевёл взгляд с браслета на лицо беловолосого. Тот сосредоточенно жевал губы, мысленно пребывая совершенно в другом месте, а затем начал рассказывать, осторожно подбирая слова:
– Однажды, вернувшись домой с тренировки, я застал родителей в гостиной. Нет, серьёзно, зачем делать звукоизолированную спальню, а потом уединяться в гостиной, которая от кухни отделена чисто номинально, тогда как кухня – это почти центр дома?! – Хицугая перевёл дыхание после возмущённого вскрика и вновь погрузился в воспоминания. Перед глазами, как наяву, возникла картина, когда отец, сидя на диване вплотную к матери, с трепетом проводит пальцами по её скулам. – Папа тогда сказал ей: "Ты – моё сердце. Ты и дети. И я умру без вас", – голос парня стал сиплым. – Полагаю, речь идёт о его женщине. В смысле, они же дзампакто, они не могут пожениться. Во всяком случае, не в привычном смысле. Но, говоря о его сердце, могу с уверенностью утверждать, что это его драконица и его ребёнок.