Связанные
Шрифт:
Дверь распахнулась так резко, что я даже не успел убрать Жени с предполагаемой траектории нападения. Лишь прикрыл руками наиболее уязвимые точки. И эльфу повезло, что руки у меня были заняты! Если бы не девушка — свернул бы ему шею, как цыпленку.
Я не стал прислушиваться к разговору Жени со светлым, так как был занят более важным делом — внушал своей плоти, что если только она посмеет среагировать более бурно на ерзанье девушки на моих коленей, то будет отрезана Дарелином лично! Тело соглашаться отказалось на отрез. Мне так и слышался чей-то настойчивый
Я настолько увлекся борьбой с самим собой, что не заметил нападение. Эльф с торчащей из спины стрелой ввалился в карету. Чтобы закрыть дверь, мне пришлось втащить его внутрь, благо безопасности Жени он уже не угрожал в таком состоянии.
Схватив девчонку в охапку, я усадил ее и сунул в руки кинжал.
— Сиди здесь и не высовывайся. Я во всем разберусь.
Не увидев в ее глазах отклика на свои слова, я как следует встряхнул Жени за плечи.
— Я сейчас должен быть снаружи, а ты сиди здесь. Попробуй помочь эльфу. Если что — зови либо меня, либо Ингра, он тоже неподалеку. И не вздумай выходить!
Дождавшись растерянного кивка, я выскочил и плотно прикрыл за собой дверь, дракона рядом не было видно, поэтому я предположил, что он с другой стороны кареты. Оценив ситуацию, я занялся командованием, не забыв обнажить свои парные мечи.
— Всем собраться около кареты! Два кольца! Огонь из арбалетов выборочный! Не заденьте своих! Приоритет — жизни Наследницы и эльфа!
Про то, что эльфа можно и потерять, я добавил в пол голоса. Незачем моим сородичам знать о том, что я его терпеть не могу.
В нападавших я еще по стреле опознал степных орков. Дикие, кровожадные твари, воюющие и со светлыми, и с темными. Они не знают страха, беспощадны и кровожадны. Эти не отступят и будут сражаться до последнего, пытаясь дорваться до кареты. Им нужна только добыча. И ведь не объяснишь, что золота там нет, а драгоценностей — всего одна шкатулка. Не считая сундука с подарками Владычице эльфов.
Неожиданно рядом со мной зажегся фаербол. Обернувшись, я увидел, что рядом со мной изготовилась к схватке дриада. Та самая ведьмочка светлых, которая месяц назад напала на Жени.
— Ты тоже будешь сражаться, светлая?
— А ты предлагаешь отсидеться за вашими спинами и потом расслабиться, когда они будут нас насиловать? Не дождешься темный. Я буду драться за свою жизнь! А если ты боишься, что я ударю в спину, то не равняй меня с собой!
Я усмехнулся. Невысокая, чуть повыше моей подопечной, а такая дерзкая и нахальная!
— Я буду нападать сзади только на тех, кто будет угрожать моей госпоже. Пока ты ведешь себя смирно, я тебя не трону. А если попросишь — даже помогу.
Она фыркнула, как породистая кобылица и отвернулась, чтобы запустить очередной фаербол в орка, от которого остался лишь догорающий костяк.
Наконец нападавшие добрались до нас и я вступил в бой, отдаваясь
Но даже в пылу битвы я сумел заметить, как к вырвавшейся вперед светлой ведьмочке, со спины подбирается орк. Не раздумывая, я перехватил поудобней меч и швырнул его во врага. Срезав дриаде зеленую прядку волос возле уха, мой клинок вонзился орку прямо в горло. Она испуганно оглянулась, но быстро взяла себя в руки и кивнула мне.
— Будем считать, что я тебе должна.
— Сочтемся как-нибудь.
И тут я увидел, как несколько нападавших прорвались к двери кареты, от которой я отошел.
— Жени, осторожно!
Я не успевал…
Энувиэль
Эта темная наследница, да что она себе позволяет? Хамит мне постоянно, ведет себя как распутная девка! А слово «манеры», наверно, только раз в жизни и слышала. Деревенщина! Неужели она не знает, что ехать вдвоем с мужчиной в карете — неприлично. С ней всегда должна быть компаньонка, иначе она погубит свою репутацию! Хотя, какая у нее уже репутация? Она же темная Наследница. Куда хуже-то? И почему меня так это бесит?
Я скомандовал привал и раздраженно направился к двери, намереваясь выяснить с ней все раз и навсегда. И открыв дверь, я первым делом увидел, как эта потаскушка прижимается к своему телохранителю, явно готовясь соблазнить его. Волна отвращения снесла у меня все барьеры вежливости.
— Я всегда знал, что нравственность у темных не на высоте. Но чтоб Наследница с собственным телохранителем, да еще и в карете… Ниже падать некуда.
Она так резко обернулась, что я с трудом удержался, чтобы не отшатнуться.
— Я догадывалась, что светлые не блещут умом и сообразительностью, но у них же еще и манеры страдают. Неужели вас, светлый эльф Энувиэль, так и не научили стучать? И искусству ведения светской беседы вы тоже не обучены. Но если хотите, то это можно исправить. Я попрошу своих учителей позаниматься с вами.
Это она меня обвиняет в недостатке манер? Да сама-то!
Завязался наш обычный спор. Я был готов растерзать нахалку собственными руками, не взирая на охрану, когда мир вдруг покачнулся и взорвался тысячью осколков боли. Я не заметил, как оказался внутри, но когда открыл глаза, то наткнулся на обеспокоеныый взгляд темной.
— Ты как? Может мне попробовать вынуть стрелу?
Опустив взгляд, я заметил, что мы оба сидим на полу, и при этом я на нее опираюсь всем своим телом. Боль не давала связно мыслить и притупила мою ненависть.
— Вынь ее. Не могу даже пошевелиться…
Я застонал, хотя девчонка и старалась меня аккуратно уложить на пол. Уткнувшись лбом в пол, я почувствовал, как она аккуратно разрезает на мне одежду, чтобы добраться до раны. Скоро в нос ткнулась какая-то палка.
— Сожми зубами, чтобы язык не прикусить.