Святые бастарды

Туров Тимур

Иво четкого мнения по этому вопросу не имел и склонялся к варианту, что если Вереск найдется и с ним все будет в порядке, то можно особо и не наказывать.

– Ха, тутти-ту! – воскликнул неожиданно и зло альв. – Я предлагаю вариант получше! Надо просто позвонить кому-нибудь из «Ложи» и сдать им Тек-Чата!

Это предложение не вызвало энтузиазма ни у Атаниэля, ни у Иво. Маж, в общем-то, тоже почти сразу отказался от него, но неприятный осадок остался у всех, и некоторое время ехали молча.

«Шестерка» кружила по району,

предпочитая двигаться туда, где было менее плотное движение, и заехали они в такие места, которых Иво не знал. Вокруг были то гаражи, то низкие узкие пятиэтажки, изредка разбавленные более высокими зданиями, то вдруг въезжали в квартал с высокими и красивыми домами сталинской эпохи.

Сквозь рев обходящегося без выхлопной трубы мотора прорезался писк телефона.

– Да? Ага. Ага. Передаю. – Атаниэль убрал трубку от уха. – Маж, расскажи ему про свой побег и остальное, что спросит, если не будет серьезных причин не говорить. Он сказал, где Вереск будет через час.

Телефон исчез из руки Атаниэля, и тут же раздался голос Мажа:

– Что именно интересует, тутти-ту? Ясно. Я убил дейвона Алишера Измаилова, тутти-там, и сильно покалечил верог Анну Котову, возможно, она умерла позже. Значительных повреждений зданию не наносил. Во второй визит был взорван кабинет верог Стаса Тарасова, тутти-ту. Да, Стас мертв. Дверь выбило. Нет. Нет. На тот момент внутренней охраны на верхних этажах не было. Да. Сколько? Мы подумаем над вашим предложением, тутти-там.

Атаниэль протянул руку к невидимому Мажу, и трубка материализовалась в его руке.

– Он предложил нам информационную поддержку и сто тысяч евро, тутти-ту, за то, чтобы мы просто доставили внутрь Одиннадцатого равелина предмет, похожий на ноутбук, и проследили за тем, чтобы он там находился в течение получаса, тутти-там.

– Безумие, – выразил свое мнение Атаниэль.

– По-моему, это невозможно, – подтвердил Иво.

– Вынужден с вами согласиться, тутти-ту, – подвел черту Маж. – Но, с другой стороны, мы можем согласиться, взять аванс и получать нужную информацию, а потом вернуть аванс и сказать, что не смогли.

– И поссориться с Наблюдателями? – поинтересовался элохим, выкручивая руль на повороте. – Дурацкая идея. Ты можешь ополчить против себя целое объединение, да хоть десяток, а потом уехать в другую страну и как-то там пристроиться. Но у Наблюдателей всего несколько орденов, и у каждого ордена есть глаза и уши чуть ли не в каждой деревне, обладающей слабеньким источником. Давай лучше кинем слаш или верог – эти вообще плевали на сородичей.

– Ну, тутти-ту, нет так нет, – философски ответил альв.

Между Невой и Рыбацким проспектом, на самом берегу, с которого открывался шикарный вид на заречную часть Петербурга, в маленьком открытом кафе сидели командор «разговаривающих» и рука «действующих» Санкт-Петербургского отделения ордена Изумрудных Крыльев. Кроме них, в кафе никого

не было, только спала за стойкой девушка-барменша, да в изрядном отдалении на траве лежали несколько загорающих дам бальзаковского возраста.

Если кто-то собирался зайти в кафе, он подходил метров на пятьдесят, неловко переминался, а затем решал, что ему сюда не нужно, и обходил кафе по широкой дуге, даже не понимая, почему решил так поступить.

– Если о том, что ты делаешь, станет кому-то известно, ты останешься один, – заявил лысый. – Магистр занял свой пост недавно, но хватка у него жесткая, и прощаться со своими планами из-за твоих промахов он не будет.

– А я ничего и не делаю, – усмехнулся его сероглазый собеседник. – О том, кто я и откуда, мальчишки не знают, ни с кем другим я не общался, никаких документальных отсылок на орден нет, «открытие памяти» никому из них, скорее всего, делать не будут – вряд ли они вообще доживут даже до нормального допроса. Тот я, каким ты меня видишь сейчас, исчезнет завтра утром.

– А о каком «предмете, похожем на ноутбук», ты говорил им?

Сероглазый пристально посмотрел на командора, но тот не понял намека.

– Нет никакого предмета, – наконец признался блондин. – Мне надо каким-то образом манипулировать ими, проще всего это делать, тщательно дозируя информацию. Ну и для того, чтобы они чувствовали себя более уверенно и не отвлекались на мелочи, я бы хотел дать им денег. Если все пойдет хорошо и я подсажу их на свою информацию, то, полагаю, две-три акции они переживут и при удачном стечении обстоятельств и тщательном планировании нанесут серьезный ущерб «Ложе» и Оку. При этом можно будет сделать так, чтобы впоследствии мальчишки косвенно указали как на помощников на Желтое Око.

– А зачем ты помог оборотню найти Часовщиков?

Лысый не должен был знать об этом эпизоде, но собеседник не удивился.

– На него у меня свои планы, – ответил он. – В отличие от остальной троицы, каждый из которых малопредсказуем по той или иной причине, Вереск – чистый лист, и с ним можно и нужно работать. Кроме того, мне надо было повесить на него жучка.

– Ты можешь стать хорошим командором «действующих».

После этой фразы лысый встал и, не прощаясь, вышел из-за стола. Он зашагал к Рыбацкому проспекту, на котором стоял его неприметный, но достаточно комфортабельный новый автомобиль «Рено Лагуна».

– А ты должен был стать «слушающим», – сказал сероглазый, убедившись, что командор отошел на достаточное расстояние.

Затем тоже встал, помахал рукой спавшей барменше и глянул на стоявшую через дорогу четырнадцатиэтажку – над ее крышей любой видящий сквозь Пелену мог увидеть серебристый шар диаметром метров восемь, словно повисший между антенн.

И пошел в ту же сторону, куда недавно удалился уже отъезжающий командор.

Глава 13