Святая Русь

Зайцев Борис Константинович

…монастырь принял новый стиль. – Новый стиль в греческой церкви и в монастырях Афона ввел в 1923 г. Константинопольский патриарх Мелетий Метаксикатис, однако Руссик и другие славянские обители этому решению не подчинились.

Лавра св. Афанасия одно время отпала в «латинство» (при Михаиле Палеологе). – Никсйский император Михаил VIII Палеолог (1224–1282), чтобы сохранить отвоеванные у латинян Византию и Константинополь, вынужден был в 1274 г. формально принять унию (соединение православного и католического вероисповеданий), признав главенство папы римского.

Галла

Плацидия (389–450) – дочь римского императора Феодосия 1 Великого и сестра императора Гонория, который отправил ее в ссылку в Византию. Очевидно, на пути в изгнание она побывала на Афоне. Впоследствии отвоевала римский трон для своего сына Валсетиниана.

…оттенок некоего православного бенедиктинизма. – Бенедиктинцы – члены католического монашеского ордена, основанного в Италии ок. 530 г. Бенедиктом Нурсийским. Бенедикт впервые ввел строгий устав, детально регламентирующий монашескую жизнь.

…говорили о Рильке… – Райнер Мария Рильке (1875–1926) – австрийский поэт; совершил две поездки в Россию, где встречался с Л. Н. Толстым. Особенно близкая Зайцеву религиозно-пантеистическая настроенность поэта выражена им в сборнике «Часослов», где автор выступает в образе страждущего русского монаха.

Никакие Комнены или Палеологи сюда не заглядывали. – Комнены (Комнины) и Палеологи – династии византийских императоров (первые правили в 1081–1185, вторые – в 1261–1453 гг.).

Иоанн Цимисхий – император Византии в 969–976 гг.

В семидесяти стадиях от обители… – Стадия – греческая мера длины (от 150 до 185 м).

…канонизируя… за государственную деятельность: Константин Великий, св. Александр Невский. – Римский император Константин I Великий (ок. 285–337) и великий князь Новгородский и Владимирский Александр Невский (в схиме Алексий; 1220 или 1221–1263) были канонизированы церковью в святые не только за выдающуюся государственную деятельность, но еще и за то, что они выступили самыми активными защитниками христианской веры.

…решающее слово о. Иоанна Кронштадтского… – О нем подробно см. в этом томе очерк «Иоанн Кронштадтский» и примеч. к нему.

…лишь к сорока годам выкипает в нем «дядя Ерошка». – Брошка – персонаж повести Л. Н. Толстого «Казаки» (1863).

Вот что прочел я в книжице смиренного о. Селевкия… – Имеется в виду «Рассказ святогорца, схимонаха Селевкия, о строе жизни и о странствовании по святым местам: Русским, Палестинским и Афонским…» (СПб., 1860).

Вот мягкий, тонкий архимандрит Макарий… – Макарий (в миру Михаил Иванович Сушкин: 1821–1889) – архимандрит русского Пантелеймонова монастыря на Афоне, значительно поднявший духовно-нравственный авторитет обители. Он устроил монастырские подвория в России и других странах, открыл свою типографию, в которой было издано более ста книг и брошюр, разошедшихся тиражом в десятки миллионов экземпляров.

…не менее известного духовника обители о. Иеронима… – Иероним (в миру Иван Павлович Соломенцев, в монашестве Иоаниикий; 1803–1883) – духовник монастыря св. Пантелеймона, учитель и сподвижник Макария в его духовно-просветительской деятельности.

Я пытался найти след Леонтьева, жившего тут в семидесятых годах. –

Константин Николаевич Леонтьев (1831–1891) – великий русский мыслитель, прозаик, публицист, дипломат, врач; по словам близко его знавшего Л. Н. Толстого, «Леонтьев стоял головой выше всех русских философов». В 1871 г. он, будучи консулом в Салониках, пережил глубокий душевный кризис, усиленный тяжелой, смертельно опасной, как он считал, болезнью. Это вынудило его бросить консульство и отправиться 24 июля на Афон. Здесь, в Руссике, под духовным попечительством о. Иеронима и о. Макария, в долгих беседах с ними Леонтьев провел около года и готовился принять монашеский постриг, но, получив отказ старцев, возвратился в августе 1872 г. в Константинополь. Тайный постриг под именем Климента Леонтьев принял лишь незадолго до смерти, 23 августа 1891 г., в Оптиной Пустыни.

Леонтьевские впечатления об Афоне схематичны и одно-сторонни. – Опубликованы следующие статьи и мемуарные очерки К. Н. Леонтьева о Святой горе: «Четыре письма с Афона (1872 года)» (1912), «Панславизм на Афоне» (1873), «Пасха на Афонской горе» (1882), «Воспоминания об архимандрите Макарий, игумеие русского монастыря св. Пантелеймона на горе Афонской» (1889), «Мое обращение и жизнь на Святой Афонской горе» (1900).

«Яко крин сельный, тако отцветет». – Из Псалтири, псалом Давида 102-й, ст. 15: «Дни человека, как трава; как цвет полевой, так он отцветет».

…«по хребтам беспредельно-пустынного моря»… – Из «Илиады» Гомера.

…как Никэ Самофракийская… – Нике (Ника) Самофракийская – знаменитая древнегреческая скульптура богини, персонифицирующей победу; хранится в парижском художественном музее Лувр.

«В море далече». – Из молитвы на всенощной: «Услыши ны, Боже, Спасителю наш, Упование всех концов земли и сущих в мори далече…»

Валаам^*

Газета «Возрождение». Париж, 1935. 20 окт. – 22 дек.; 1936. 26 янв. – 5 марта. № 3791, 3805, 3812, 3826, 3840, 3854, 3889, 3903, 3931 (под первоначальным заголовком «Финляндия»). Первое книжное издание «Валаама» (с посвящением Н. Г. Кауше): Таллин: Странник, 1936. Печ. по изд.: Зайцев Б. Избранное.

Г. Адамович (см. его очерк в этой книге), включив Зайцева в число тех писателей, которые к эстетической стороне православия, к его «поэзии» наиболее чувствительны, далее рассуждает: «Рассказ о путешествии на Валаам формально не может быть отнесен к главнейшим произведениям Зайцева. Несомненно, однако, что это одна из книг наиболее для него показательных. По самому характеру своего слога, по ритму своего творчества Зайцев в описании далекого, уединенного северного монастыря оказался в сфере, его вдохновляющей. Никто другой не нашел бы таких слов, таких эпитетов, создающих иллюзию, будто окружает человека не живой, крепкий суетный мир, а какой-то легчайший туман, вот-вот готовый рассеяться». И далее критик резюмирует: «Замечательно, что Валаам значительно глубже и цельнее афонских записок Зайцева… Не пришел ли Зайцеву на помощь север?.. Природа тут укрепляет человека в его аскетическом лиризме, поддерживает его, а не искушает». Предваряя нью-йоркское издание зайцевской трилогии о русской святости, Вяч. Завалишин отметил: эта его книга овеяна столь характерной для него «молитвенно одухотворенной поэзией» (в кн.: Зайцев Б. Избранное. Вступление. С. 6).