Свой выбор
Шрифт:
— Драко еще не поднялся? — спросил Люц жену.
— Вот-вот должен вскочить, — с нежностью улыбнулась Нарцисса. — Он ни за что не пропустит возможность открыть подарки.
Традицию праздновать Рождество в доме Малфоев завели после двухлетия Драко. Конец 1981 и большая часть 1982 стали трудным временем для семьи. Судебные тяжбы, раздача взяток и оплата штрафов изрядно опустошили хранилище Малфоев. Пришлось даже продать ферму гиппогрифов. И самому Люциусу, и Нарциссе хотелось хоть как-то отгородиться от трудностей и порадовать маленького Драко, который начинал плакать
В последующие годы от нововведения не отказались, зато к идее присоединились многие другие семьи, не без боя вырвавшиеся из передряг. При виде детей, наслаждающихся подарками, многие хоть на время отпускали проблемы и не вспоминали прошлое. Люциус взглянул на Снейпа, и по взгляду приятеля зельевар понял, что Малфой думал о том же.
Сверху раздался грохот, а потом — быстрый топот. И через несколько мгновений в столовую влетел бело-голубой вихрь.
— Драко, — попытался призвать сына к порядку Люц, но все было бесполезно. В день подарков их единственный с Нарциссой ребенок становился совершенно неуправляем. Никакие окрики не срабатывали.
— Ух ты! — восхитился Драко, замерев перед елкой. Волосы встрепаны, голубая пижама перекручена.
Посмотреть, и правда, было на что. В этом году гора подарков оказалась в два раза больше, чем во все предыдущие. И Люциус мог смело гордиться собой за то, что немалая доля подарков сына от них с Нарси. А ведь на самое первое Рождество Малфоев Драко не получил даже новую игрушечную метлу. Это лишь в глазах общественности Малфои остались богатенькой семьей, а на самом деле несколько лет после войны им приходилось жить довольно скромно и обдумывать любую трату, чтобы каждый доступный галеон пустить в дело и вернуть себе свое состояние, которое зарабатывали многие предыдущие поколения.
— Ну, чего ты ждешь? — спросила Нарцисса с улыбкой. — Не хочешь открывать подарки?
С того самого первого Рождества существовала в доме Малфоей и своя особенная традиция распаковки подарков. В какой бы компании семья не отмечала этот праздник, утром никто не начинал рассматривать подарки без Драко. Именно Драко садился на ковер возле елки и выбирал коробку или сверток. И только ему дозволялось рвать бумагу и разбрасывать клочки обертки по всей комнате, чтобы добраться до содержимого. Если подарки были для родителей, то Драко дозволялось первым их рассмотреть, пощупать и чуть ли не на зуб опробовать. А подарки наследника нужно было хвалить, даже если дарителями выступали сами родители.
Драко расплылся в широкой улыбке, плюхнулся на ковер и потянул на себя длинную коробку. Северус чуть искривил губы в понимающей улыбке. Пусть юный волшебник и проявлял похвальную усидчивость на уроках, его самой большой страстью пока был квиддич и полеты. И в коробке ожидаемо оказалась новенькая метла, тот самый Нимбус 2000, которым грезил мальчишка с лета.
— А-а-а! — вскричал Драко, выпутав древко из серебристой бумаги. — Неужели?!
На несколько минут гора подарков
— Драко, ты обязательно полетаешь на ней, но чуть позже, — мягко сказала сыну Нарцисса. — А сейчас давай посмотрим, что еще мы получили в этом году.
Миссис Гринграсс, подруга леди Малфой, прислала ей переливающийся серебром отрез ткани из шелка черного акромантула.
— Гвиневра весьма щедра, — одобрительно покивал Люц, трогая невесомую ткань. — Это ее положительный ответ на наше предложение?
Леди Малфой взглянула на сына, рвавшего обертку на следующем подарке, и нейтральным тоном ответила:
— Да. Мы заключили предварительное соглашение. Стоит подождать хотя бы до лета, прежде чем подписывать договор. Но… хорошо, что Гринграссы нас не отвергли.
Северус мысленно вздохнул. Разговоры о будущей женитьбе Драко Нарси начала заводить на его третий День рождения. И ей было из-за чего беспокоиться. Война изрядно проредила чистокровных из достаточно старых семей. А у тех, что остались, было, в основном, по одному ребенку. И девочек оказалось гораздо меньше, чем мальчиков. А подпорченная репутация Малфоев только усложняла положение Драко на брачном рынке.
Ничего не подозревающий или хорошо притворяющийся Драко в это время потрошил многочисленные подарки от однокурсников, довольно щурясь при виде очередной коробки с конфетами или печеньем.
— А это твой, крестный! — воскликнул юный волшебник, прочитав карточку на следующем подарке.
Снейп оценивающе взглянул на небольшой предмет, завернутый в матовую темно-зеленую бумагу.
— По виду… это книга, — хмыкнул Люциус, уже обзаведшийся этим утром парочкой бутылок вина для своей коллекции — подарки Нотта и Паркинсона.
Брюнет усмехнулся в ответ. Северус Снейп вел настолько скрытный образ жизни, что находилось очень мало желающих сделать ему подарок, но если все же такие самоотверженные люди выискивались, то зельевар получал от них очередной дубль какой-нибудь «очень редкой» книги или не слишком актуальный справочник по растениям и минералам.
Не надеясь на что-то стоящее, Северус взирал на возню Драко без большого энтузиазма. Лучшие книги профессор все равно покупал себе сам, а потому в качестве подарка предпочел бы деньги. Вот только нельзя же рассылать всем вежливым дарителям письма перед праздниками с предложением не мучиться, а сразу вложить в упаковочную бумагу галеоны.
«Дамблдор бы обдумал такую рассылку, если бы это не подпортило его репутацию доброго и бескорыстного старца», — подумав, отметил про себя зельевар. Альбуса мало что могло смутить. А другим остается только изворачиваться и зарабатывать то тут, то там. Северус как раз думал о приобретении нового набора черпаков для собственных экспериментов. Обычные школьные инструменты подходили разве что для варки зелий для Больничного крыла. Но большинство этих зелий Снейп еще в свои школьные годы мог сварганить даже в чайнике на обычной газовой плите. Для чего-то большего обычные котлы и приборы не годились.