Свой путь

Руда Александра

– Мускулы подкачаешь, фигурка будет – во!

– Тогда гардероб придется менять,– рассмеялась я.– Лучше уж оставим все как есть.

...Беф, как обычно, расхаживал по кабинету.

– С тобой вместе будут работать две практикантки из Софипиля.

– Что? – взвыла я.– Из моего родного города?!

– Я думал, ты будешь рада,– удивился Беф.

– Вы еще скажите, что из магического Лицея!

– Да. Урья Наут и Тяка Цал.

Я стукнулась головой об стол Наставника. Ситуация не улучшилась. Я стукнулась еще раз и тихонько застонала. Целый месяц с девушками, которые в Лицее

издевались надо мной как могли!

– Прекратить истерику! – рявкнул Беф.– Что случилось?

– Я вам гарантирую, что к концу практики кто-то из нас кого-то убьет. У нас нелюбовь еще с первого курса Лицея! Скорее даже ненависть.

– Это были глупые подростковые разборки,– нахмурился Беф.– Вы это уже давно переросли.

– Да уж, подростковые! Они были меня старше. И учились со мной в одной группе. И издева-а-али-и-ись! – провыла я.

– То, что они старше тебя, означает, что они не так одарены магически, как ты. То, что ты учишься у нас, а они остались там, это тоже кое-то значит.– Беф пытался прервать мои стенания.– Как же ты собираешься быть хорошей магичкой, если ты боишься двух девчонок?

– Да лучше два бешеных зомби, чем они!

– Отправлю на практику к некромантам,– пригрозил Наставник.

– Отправляйте!

– Хватит! – У Бефа лопнуло терпение.– Со своим страхом надо встречаться лицом к лицу. Иначе этот страх съест тебя заживо. Разговор окончен.

– ...Когда они приезжают? – Моя соседка по комнате в общежитии Лира гладила меня по спине.

– Завтра,– сказала я в подушку. Три дня прошли в стенаниях и в ожидании предстоящего ужаса.

– Может, Отто попросить проводить тебя? Для храбрости? Или давай я завтра на практику не пойду, с тобой посижу в библиотеке.

– Я пришел! – Отто ввалился в комнату с большим бутылем.– Новая разработка специально для тебя. Успокоительное. Два глотка – и ты спокойна, как мертвец в склепе.

– Это не яд? – спросила Лира.

– Давай! – Я вырвала бутылку из рук полугнома и присосалась к горлышку.

– Отдай! Всего два глотка! Перед событием! Ола, Ола, ты меня слышишь?..

Сознание уплывало по мягкой теплой реке. Разговоры доносились до меня, как через вату.

– Дозировка большая! – Это Лира.

– Ничего, до завтра проспится, разбуди только ее.– Отто.

– Завтра давать пить?

– Два глотка! И бутыль спрячь, вдруг оно привыкание вызывает?

– Чего-о-о ты-ы-ы туда намеша-а-ал? – Голоса удалялись и терялись в волнах реки.

– Магия, валерьянка, мелисса, пион...

– Ола, вставай, вставай же! – Лира теребила меня за плечо.– Твои уже приехали, сейчас пора на практику идти!

– Ага.– Я довольно потянулась. Выспалась просто замечательно.– А где успокоительное?

– Вот. Я тебе отмерила. Больше нельзя.

– Дай еще! А то никуда не пойду! – Я попыталась вылизать чашку, но язык до дна не достал.

Лира вздохнула, вынула из-под кровати бутыль и осторожно капнула в подставленную посуду.

– Только по доброте душевной. Запомни!

Я шла в библиотеку и улыбалась миру.

Старенький библиотекарь инструктировал двух модно одетых девиц.

– Ольгерда, присоединяйтесь. Итак, вы будете работать в отделе старых

манускриптов. Никакой магии, а то они рассыплются. Осторожность и только осторожность! Если хоть один манускрипт пострадает, вас ждут страшные последствия. Ольгерда, вас назначаю старшей. Покажете тут все нашим гостьям. Почему вы улыбаетесь?

– Я? Ой, простите! – Я не заметила, как рот сам по себе растягивается в улыбке.

– Серьезнее надо относиться к заданию,– пожурил меня библиотекарь и провел в зал манускриптов.

Моей работой было классифицировать старые магические записи: эти открытия устарели, эти еще пригодятся, это знание не используется... Работа кропотливая, нужно постоянно заглядывать для уточнения сведений в словари и учебники. Ну, спасибо, Наставник! Удружил! Я с грустью подумала о своих одногруппниках, которые сейчас сидят в общем зале библиотеки, делают вид, что занимаются каталогами, а на самом деле большую часть времени смеются и сплетничают.

– Итак,– я вывалила из сумки приготовленные для работы принадлежности,– вы занимаетесь своим, я своим. Хорошо?

– Ольгерда, неужели ты даже не поздороваешься со своими бывшими одногруппницами? Что так? – промурлыкала Урья.

– Девочки, я очень рада видеть вас, но, если мы сейчас не приступим к работе, мне придется доложить о том, что вы мешаете рабочему процессу! – Знаю, что ябедничать некрасиво, но ввязываться в словесные перепалки совсем не хотелось.

Через два часа за моей спиной послышался шепоток и хихиканье. Вы когда-нибудь чувствовали, что над вами тайком смеются? О, поверьте, это намного хуже, чем когда смеются открыто. Так вы хоть знаете, что не так и по какому поводу. Но смешки за спиной сводят с ума. Когда вы поворачиваетесь к насмешникам, они демонстрируют полную серьезность и внимание к вашим проблемам. А потом опять взрыв смеха. А есть еще категория доброжелателей, которые участливо и сочувственно сообщают: «Ты знаешь, тут над тобой смеются. Нет, не знаю почему, я же не с ними. Я же твой друг. Но давно смеются. И знаешь, наверное, тебе пока не стоит показываться в этой компании».

Все это я пережила в полной мере в свои лицейские годы, выработала определенный иммунитет, сегодня к тому же подкрепленный успокоительным, поэтому просто смешками меня пронять трудновато. Первый рабочий день закончился относительно мирно.

Когда я выходила из библиотеки, Урья взяла меня под руку:

– Ольгерда, мы же твои подруги. Расскажи нам, как ты тут живешь? Я смотрю, ты стиль одежды поменяла. Неужели у тебя наконец-то появился мальчик?

– Дорогая,– в тон ей ответила я.– Моя жизнь тебя абсолютно не касается. И подругами мы никогда не были. До завтра.

– Как все прошло? – спросила Лира. Она ждала меня в комнате с коробкой шоколадных конфет.

– Лучше, чем ожидалось,– пробурчала я с полным ртом.– Можно еще штучку?

– Ешь, ешь. Это все для тебя. Шоколад – очень полезная штука. Я тебе как лекарь говорю.

Три дня я даже не пользовалась успокоительным. Мы активно работали, не отвлекаясь на выяснение отношений. Вечером третьего дня землячки увидели меня с Отто.

На следующее утро в библиотеке меня встретила выжидающая тишина.