Своими глазами

Рыженков Вячеслав Борисович

Но по порядку. Уже перед сном, в палатке, Розик еще раз, на бис, изобразил нам свою песенку: "Спустилась ты... с крутых вершин. А - аа - а!". Потом мы выдали ее хором, но вполголоса. И вот Олег пошел на третий заход, полным криком. Мы уже напелись, принялись его утихомиривать, а он продолжать шуметь и дурачиться. В общем всполошили весь лагерь, к нашей палатке подбегали узнать, не случилось ли чего. Только постепенно шум затих.

А примерно еще через полчаса, те из нас, кто еще не спал, услышали шорох. Скреблись под днищем нашей палатки. Нет, нет - не происходило ничего таинственного! Это были Андрей

Зверев и Моченов Серега, которые пришли за пожарным топориком.

На следующий день мы узнали, для чего им понадобился топор. Не успели понежиться на солнышке после завтрака, смотрим - плывет по Волге лодочка, а в ней они, вчерашние полуночники. Конечно, кто тут усидит на месте, все подбежали к самой воде. Но Серега с Андрюшкой и не думали причаливать, мол лодок много, идите сами, рубите цепи и тросы, а потом катайтесь. Впрочем, они в этот день лодку брали с опаской и далеко от заливчика не отъезжали. Так что местные лодочники не вдруг заметили беспорядок.

Мы их, местных, увидели вечером, на зорьке. Совсем недалеко от нашей стоянки причалили мужики, сбросили на берег край сети, а потом один остался держать за веревку, а двое других повели лодку. Они описывали по воде большую дугу, сеть разворачивалась, волочилась за ними следом и погружалась в воду. Дуга замкнулась на берегу, немного в стороне от первой точки. Рыбаки ухватились за края сети и дружно потянули ее к себе. Мы стояли чуть выше на берегу и смотрели, разинув рот.

Когда выбирали рыбу из вытянутой сети, ничто не могло удержать наших ребят на месте. Местные, впрочем, отнеслись к нашему присутствию спокойно. Они больше смутились маленьким уловом. Спросили, давно ли мы здесь стоим, купались ли днем и махнули рукой. Мол, надо ехать в другое место. Из улова они взяли только несколько щучек, прочую рыбешку отдали нам, да еще Сашка Романов украдкой откинул в темноту щуренка побольше.. Его тоже подобрали, и на следующий день у нас была уха.

Кроме ухи случилось еще три события: бой на воде, посещение коров и рывок на другую сторону Волги.

В затеянном водяном сражении от нашей палатки участвовал только Костя Сорокин, его посадили на весла. В этот день к первой уведённой лодке прибавилась вторая, таким образом - лодка против лодки, по три человека, то есть шестеро сражающихся. Прочие - зрители. Самое большое время заняло не само сражение, а его суматошная подготовка. Ребята бегали, с важным видом таинственно совещались, затем собирали камни.

Весь бой прошел так быстро, что кто-то из слегка запоздавших зрителей его уже не увидел. Но в основном было много шуму и разбрызгивания воды. Камни, в общем, тоже предназначались для поднятия брызг и фонтанов, друг в друга никто ими не кидался. Если бы иначе, дело бы не обошлось без раненых и убитых.

Ближе к обеду, когда ведра уже стояли на кострах, откуда-то сбоку, с восточной стороны прямо на нашу стоянку вылезло небольшое коровье стадо. Коровы вели себя спокойно и мирно, аккуратно обошли наши костры и только одна или две продвинулись ближе к палаткам. Но как можно было допустить такое вторжение?

Вперёд высыпали все, кто был в лагере. Кто с голыми руками, кто с ремнем или палкой. Коров, впрочем, бить никто не рискнул, зато шумели, орали, бегали и размахивали руками. Ремнями щелкали на манер кнутов, зная, что коровы

подчиняются похожим звукам. Стадо постепенно миновало наше беспокойное шумное место, но мы продолжали с криками тянуться следом, пока за дальними кустами не скрылась последняя корова.

Прошло полчаса. С той же стороны, откуда пришли коровы, вынырнул заросший щетиной, приземистый мужичонка, в сапогах, длинном пиджаке и с кнутом на плече. Ясное дело, это был пастух.

– Ребята, коровы прошли?

– Прошли, прошли...

И пастуха понесло. Выкрикивал разные слова он минут десять, мешая отборную сплошную матершину с короткими смысловыми вставками. Можно было понять, что "какой-то черт их мотоциклом гонял" и "развели здесь курорты". В конце концов дядя выговорился и быстро засеменил дальше, что-то бормоча под нос себе на ходу. Нам настолько смешной показалась эта встреча, что долго еще этот нелепый пастух всплывал в веселых разговорах.

Ближе к вечеру все, кто хотел поплавать на лодке - наплавались. Лодка стояла одиноко, уткнувшись носом в песок. Стало ясно, что пришла наша очередь. В лодку забралось четверо: Вовка Галенков - Чинарик, Калитеевский Витька, я и местный мальчишка лет двенадцати. Кажется, его звали Сережка, он с недавнего времени ежедневно посещал нашу стоянку, и с благословения Алевтины с нами обедал и ужинал. Она его расспросила о жизни, и к чему-то в его рассказе отнеслась с сочувствием.

Мы довольно резво отрулили от берега, а потом, переглянувшись, налегли на весла. Лодка пошла к противоположному берегу Волги. Очень быстро мы поняли, что это действительно великая река. Наш берег стремительно удалялся, а тот и не думал приближаться. Зато с низовьев наперерез шел большой пассажирский теплоход. Шел он не шибко быстро, но и мы плыли, как нам казалось, еле-еле. Вот еще не хватало, попасть ему под киль или колеса. И вместо того, чтобы подождать в сторонке, мы гребли изо всех сил.

Но на волжском просторе для всех хватило места! В конце концов, мы конечно благополучно разминулись и даже не помню, успели проскочить или наоборот, удачно не успели.

На том берегу не нашлось ничего интересного. Какие-то ржавые трубы, намытый песок... Длительных экскурсий, разумеется, никто устраивать не собирался, опасались отойти от лодки. Но всё-таки немного передохнули, прежде чем возвращаться восвояси. Назад гребли не в пример слаженнее, весла четко шли в такт, особенно это хорошо получалось у Витьки с Чинариком. Хотя всё равно, легко и быстро пересечь Волгу было нельзя. Алевтина Васильевна стояла на берегу и время от времени то ли призывно взмахивала рукой, то ли грозила нам кулаком. Нас ждало, как минимум, строгое внушение...

А уже вечером к месту нашей стоянки, тоже на лодке, подъехали двое строгих вежливых мужчин. Они попросили проводить их к руководителю, а затем объяснили, что на первый раз в милицию решили не обращаться. Конечно, разговор шел о тех же лодках, которые, всё-таки, к счастью все оказались на месте. Правда, не все привязаны.

Алевтина, даже с некоторым злорадством вывела вперед Андрюшку и Серегу. С таким пояснением, что вот мол, забирайте этих и отпУстите только тогда, когда они сделают всё, что от них потребуется. Не помню, когда возвратились наши лодочники, но весь следующий день они дежурили на кухне.